Глава 346: «Это еще что за штуковина?»
Боевая мощь Божественной Статуи была велика: она расправлялась с чёрными монстрами с легкостью, не оставляя от них живого места. Даже простой топот вызывал ударную волну, способную на мгновенное убийство врага.
Но число монстров было запредельным. К тому же они использовали чисто самоубийственную тактику: просто перли напролом, считая победой возможность забрызгать статую своей чёрной кровью. Злая аура, заключенная в этой крови, понемногу, но эффективно подтачивала божественную силу статуи.
Стратегия «муравьи загрызают слона» идеально подходила этим тварям. У них не было страха, они не отступали. Выбрав цель, они сражались до последнего, пока одна из сторон не падет.
Цинь Чуань решил повременить. С одной стороны, епископ-предатель явно не выложил все козыри. С другой – активация статуи должна была привлечь внимание соответствующего божества. Как только взор бога обратится сюда, правила игры изменятся.
Цинь Чуань планировал роль рыбака, ждущего, пока аист и рак измотают друг друга, но для этого нужно было терпение. Преждевременное вмешательство лишь поставило бы его в невыгодное положение.
Он снова перевел взгляд на поле боя. Битва статуи с монстрами была в самом разгаре. Каменные плиты площади скрылись под слоями плоти и обломков костей, потоки чёрной крови растекались повсюду, наполняя воздух тошнотворным смрадом.
— Хорошо идет, — прошептал Цинь Чуань. — Давайте поднажмите, выпустите друг другу кишки.
…
Под непрекращающимся натиском монстров корпус статуи начал трескаться, но исход битвы был еще не предрешен. С неба спустился столб света, вернув изваянию первозданную силу. Утраченные куски не восстановились, но трещины исчезли. Статуя с новой яростью принялась крушить врагов, заставляя их вопить от боли.
Предатель-епископ нисколько не обеспокоился. С ухмылкой торжествующего заговорщика он воздел искаженные руки к небу и выкрикнул серию странных звуков.
Цинь Чуань прислушался, погрузившись в раздумья. Манера произношения напоминала язык Древних Богов, но с некоторыми отличиями. С самого начала он подозревал, что источником Чёрной Чумы были именно они – уж слишком знакомой была эта аура гниения и искажения. Однако после общения с Алессой он усомнился. Это не было чистой силой Древних Богов. Вернее, не совсем ею. Запах Чёрной Чумы был куда омерзительнее.
У Цинь Чуаня возникла догадка: не болезнь произошла от Древних Богов, а сами они были порождением Чёрной Чумы или её первоисточника.
— Босс Древних Богов? — Пробормотал он про себя. — Становится всё интереснее.
Не отрывая взгляда от сражения, Цинь Чуань затаил дыхание. После призыва епископа он максимально скрыл свою ауру, чутко фиксируя любые изменения в пространстве.
Внезапно он вскинул голову к небу. Он почувствовал, как оттуда на Бейли-Сити уставился чей-то скрытый взор. Око Разрушения Пустоты позволило ему пронзить облака ночного неба и увидеть исполинский, внушающий ужас контур, нависший над землей.
Существо было настолько огромным, что занимало почти весь обзор. По грубым прикидкам, размером оно было с планету.
Божественное тело таких масштабов обладало поистине бесконечной мощью. Обычный бог против такой громадины не продержался бы и пары раундов. Его полоска здоровья должна быть невообразимой длины; даже если он позволит бить себя просто так, неизвестно, сколько времени на это уйдет.
Цинь Чуань почувствовал укол бессилия. Его нынешние атрибуты позволяли мгновенно убивать существ легендарного уровня, он мог бы потягаться даже с апостолами или избранниками. Но перед этим божеством он ощущал себя ничем.
К счастью, тень в небе лишь наблюдала, не предпринимая активных действий. С такими габаритами один удар мог бы разнести этот мир в щепки. Но раз Бейли-Сити существовал спустя десять тысяч лет, значит, мир уцелел. Скорее всего, это была лишь проекция, явившаяся на зов епископа.
Тем не менее, одного присутствия фантома хватило, чтобы Божественная Статуя, едва восстановившая силы, начала рассыпаться. Свежезалеченные трещины пошли вновь, становясь всё глубже.
Раздался хруст. У статуи отвалилась рука, следом – нога. Будь она из плоти, такие раны стали бы смертельными. Но даже каменному изваянию с такими потерями стало трудно отбиваться от монстров. Оно больше не успевало защищаться, его захлестнула волна врагов, и божественная аура начала стремительно угасать.
Епископ даже не взглянул в ту сторону. Как только появился фантом, он пал ниц, его искаженное лицо светилось фанатичным восторгом. Взор существа сфокусировался на предателе.
Цинь Чуань тоже не сводил с него глаз. Прямо на глазах епископ начал преображаться: его тело раздулось, теряя последние человеческие черты, а злая аура усилилась в сотни раз. По игровым меркам он превратился как минимум в босса легендарного уровня сотого ранга.
Когда трансформация завершилась, исполинский фантом в небе начал бесследно таять. Обновленный епископ поднялся и разразился громовым смехом:
— Такая великая сила… Какое наслаждение!
Но не успел он закончить фразу, как к нему бесшумно подлетела чёрная метательная пластина. Епископ лишь презрительно усмехнулся. Какой-то мелкий воришка возомнил, что сможет ранить его внезапной атакой из тени? Раньше он был болен и доживал последние дни, но теперь он переродился, обрел великую мощь. Что ему какая-то железка? Да пусть их будет хоть сотня!
Но едва эта мысль оформилась, как из тени вырвался целый рой стрел. Они вонзились в его тело, и в долю секунды епископ осознал, что его плоть превращена в решето, а жизнь угасает, как свеча на ветру.
— Что это?! — Он застыл в шоке.
С его нынешней силой он должен был стоять вровень с богами, ну или хотя бы не иметь равных среди смертных. Только великие герои могли бы бросить ему вызов, а таких в Бейли-Сити не было. Он годами вынашивал свой план, всё просчитал. Он был уверен, что весть о падении города не разлетится еще пару недель. А к тому времени он был бы уже далеко. Но реальность преподнесла сюрприз.
Впрочем, мучиться вопросами ему долго не пришлось. С другого фланга прилетело еще несколько клинков, окончательно аннигилируя его жизненную ауру. Следом возникла Сфера Пустоты, заточившая в себе и останки епископа, и разбитую статую, и ближайших монстров. После серии вспышек от статуи остались лишь осколки, а в воздухе повис светящийся белый шар.