Глава 78 - Весёлых учений!
Раз уж зашёл — не уходить же с пустыми руками!
Лу Чэнь рассудил, что для чистоты эксперимента нужно обязательно сделать вид, что грабеж состоялся, и вынести хоть что-то ценное.
Он не спеша прогулялся по внутреннему залу хранилища. За всю свою жизнь он ни разу не бывал внутри настоящей банковской сокровищницы.
Вдоль стен тянулись бесконечные ряды стеллажей и сейфовых ячеек. На полках аккуратными пачками, затянутыми в прозрачную плёнку, лежали плотные стопки денежных купюр. Столько денег Лу Чэнь не видел даже в кино! Стань всё это его собственностью — можно было бы до конца дней жить на широкую ногу.
Впрочем, эта мысль лишь мельком промелькнула в его голове. Он был реалистом и на чужое добро не зарился. К тому же, даже захоти он утащить наличность, в одиночку много бумагам не унесёшь — тяжеловато.
Лу Чэнь прошагал мимо денег прямо к центральной стеклянной витрине, где под подстветкой покоились драгоценности. В самом центре на бархатной подушечке поблёскивал крупный бриллиант размером с хорошее голубиное яйцо.
Он небрежно взял камень, взвесил его на ладони, оценивая приятную тяжесть, и сунул прямо в карман куртки.
Затем извлёк из закромов маркер и на бронированном стекле витрины нарисовал огромную, во весь экран, ехидную рожицу. А под ней аккуратно вывел размашистым почерком:
[Весёлых учений! =͟͟͞͞( •̀д•́)]
Закончив с «художествами», Лу Чэнь вышел из коридора хранилища и вернулся в главный операционный зал.
Здесь его дожидались «заложники»: четверо кассиров, пятеро клиентов, управляющая залом Ван-цзе и трое спецназовцев, «погибших» при неудачном штурме.
Ван-цзе копошилась у самого края стены. Её губы сжались в узкую белую полоску, а испуганный взгляд то и дело косился в сторону глухого коридора. Она прекрасно слышала тот страшный грохот, сотрясший здание. Когда кассиры тихонько спросили её, точно ли это учения, она не смогла ответить — потому что сама уже ни в чём не была уверена.
— Внимание находящимся внутри! Говорит переговорщик полиции Фан Юань! Я хочу с вами поговорить!
Голос переговорщика загремел из мегафона. Сам Фан Юань стоял перед парадным входом в банк, метрах в семи от дверей. Одна его рука сжимала рупор, а вторая была поднята ладонью вперёд — классическая, подчёркнуто безобидная поза.
Но в глубине души Фан Юань прекрасно понимал: никакой он не переговорщик. Он — живая приманка.
В его ухе сидел микроскопический наушник, откуда раздавался сухой, отрывистый чеканный голос Дин Цзяньго:
— Фан Юань, заставь его подать голос. Сделай так, чтобы он подошёл к окну или к дверному проёму. Все три снайперские группы держат периметр. Как только он подставится под свет — работаем.
— Понял, — еле слышно шепнул переговорщик и снова поднял рупор:
— Человек внутри, услышь меня! Я Фан Юань, я хочу обсудить условия!
В ответ — лишь глухая, звонкая тишина.
Фан Юань выждал ровно десять секунд и повторил призыв. Снова ни звука.
Он набрал в грудь воздуха, собираясь воззвать к «налётчику» в третий раз, как вдруг…
— Фан Юань, говоришь?
Голос раздался неожиданно — не из дверей, не из разбитых окон, а из узкой решётки вентиляционной отдушины на боковой стене здания. Он звучал неторопливо, с лёгкой, ленивой смешинкой.
Сердце переговорщика ёкнуло.
Сбоку! Не у входа, не у окон — у глухой вентиляции! Жалюзи этой отдушины были жестко зафиксированы под углом вниз, и снаружи просмотреть внутреннее помещение было физически невозможно.
«Налётчик» филигранно выбрал единственное место, абсолютно недоступное для снайперского огня!
— Это я, — стараясь держать голос ровным, откликнулся Фан Юань. — Как ты там? Что происходит внутри?
— Да отменно всё! Разве что свет отключили, да душновато немного, — донёсся из-за металлической решётки голос Лу Чэня. — Вы ведь, небось, мечтаете, чтобы я красиво встал у окошка и начал вести с вами светские беседы?
Пальцы Фан Юаня на мегафоне заметно одеревенели.
В наушнике на секунду замерло даже дыхание Дин Цзяньго. Чёрт возьми, этот паршивец мгновенно разгадал их незамысловатую комбинацию!
— И да, господа полицейские, у нас тут вообще-то учения! — продолжил Лу Чэнь из своего укрытия. — Так что сдаваться я, понятное дело, не собираюсь. Вы лучше подумайте, какие условия можете мне предложить, чтобы хоть как-то заинтересовать!
Фан Юань: «…»
Дин Цзяньго: «…»
Оба опытных служаки буквально потеряли дар речи. Этот Лу Чэнь знавал тонкости полицейских протоколов получше иных оперативников!
В реальной ситуации захвата заложников переговорщик первым делом начинает втираться в доверие, увещевать, давить на совесть: «Сложи оружие, чистосердечное признание облегчит вину, подумай о близких…» А если преступник упёрт — начинается торг за еду, воду и пути отхода, лишь бы выиграть время и обезопасить заложников.
Но прямо сейчас Дин Цзяньго, сидевший в штабном автобусе, больше всего на свете боялся именно того… что Лу Чэнь возьмёт и сдастся!
Созвали такую ораву! Подтянули больше сотни бойцов СОБРа и оператиников, выставили снайперов, блокировали полрайона! Все горят азартом, копытами землю роют, мечтая скрутить дерзкого «террориста». Сначала умылись кровью на штурме, потеряли троих бойцов — и вот теперь, когда интрига накалилась до предела, когда каждый горит желанием отыграться…
Если Лу Чэнь сейчас просто выйдет с поднятыми руками — это будет всё равно что чихнуть на самом интересном месте! Конфетка вывалится изо рта прямо перед самым укусом. Безумно обидно и глупо!
Поэтому Дин Цзяньго втайне молился, чтобы Лу Чэнь продолжал кочевряжиться. И парень, надо отдать ему должное, оправдывал ожидания на все сто — оказался не по зубам ни мягким уговорам, ни жесткому давлению.
— Снайперы, доложить обстановку! — рявкнул Дин Цзяньго в рацию.
Позиций теперь было не одна, а три. Стоило налётчику хоть на миллиметр засветиться в створе — и учениям пришёл бы конец.
Первый номер: «Докладывает Первый! Цель не появлялась ни в одном из оконных или дверных проёмов. Визуальный контакт отсутствует!»
Второй номер: «Докладывает Второй! Наблюдение пустое, цели нет!»
Третий номер: «Третий… Ничего не вижу!»
Дин Цзяньго медленно опустил рацию.
Стоявший рядом замдиректора банка осторожно боком подкрался к начальнику полиции и тихо спросил:
— Директор Дин… Что делать-то будем?
Банкир уже на говно исходил от нервов. Обещали же — полчаса, и всё кончится! А идет уже третий час! «Террорист» засел внутри, про обстановку в залах ничего неизвестно…
Дин Цзяньго не ответил. Вместо этого он достал подробные чертежи здания банка и въелся взглядом в схемы.
Спустя полминуты он резко вскинул голову:
— У вас есть ключи от машинного отделения лифтов?
Замдиректора опешил, но тут же закивал:
— Да, да! Всегда с собой, на этой связке!
— Отлично. У нас есть путь внутрь, — глаза Дин Цзяньго хищно блеснули, когда он ткнул пальцем в изображение лифтовой шахты.
Крыша банковского здания — самое слабозащищённое место. Вся система безопасности заточена на предотвращение проникновения с улицы, с земли. Защита крыши в разы слабее. Но единственной уязвимостью при таком раскладе оставалась именно шахта лифта — поэтому она всегда заперта наглухо.
И теперь этот единственный ключ был у них в руках!
Проникнуть через крышу в лифтовую шахту, а затем по направляющим рельсам вертикально спуститься на первый этаж… Это скрытно, это быстро и абсолютно неожиданно. Лу Чэнь физически не успеет среагировать!
Дин Цзяньго переключил рацию на волну штурмовой группы «С»:
— Группа «С», на связь!
— На связи командир группы Чэнь Лэй! — мгновенно отозвался рация.
— Забери у меня ключи от машинного отделения… — чеканя каждое слово, приказал Дин Цзяньго. — Проникаете через крышу в лифтовую шахту и по рельсам спускаетесь на первый этаж.
— Группа «С» приняла!