ГЛАВА 64. РЕГРЕССОР ЛЮБИТ ГАЗИРОВКУ (6)
— Вот и все!
Закончив рыться в волчьей туше, Док Сухи ловко засунула мелко нарезанные кусочки волчьего сердца себе за пазуху.
— Зачем тебе это?
— Пригодится как материал для зачарования! Это поможет усилить эффект!
— Действительно? Ладно, тогда выдвигаемся. Думаю, мы достаточно отдохнули...
— Минуточку… Мне нужно вытереть эту кровь!
Оставив позади Док Сухи, которая сияла от радости по поводу своих находок, я задумался о Кан Чане.
Он был подозрителен. Слишком подозрителен.
На самом деле, если судить только по этому раунду, сомнения в Кан Чане могут показаться чрезмерными.
Но когда я заранее не предупредил о монстре в прошлом раунде, Кан Чан не ушел. Вместо этого он занимался поисками вместе с нами, совершенно не обращая внимания на присутствие монстра.
А в этом раунде, когда я сказал, что здесь есть монстр, он вдруг исчез? А потом он случайно вернулся как раз в тот момент, когда бой уже закончился, заявив, что он «одолел еще одного такого же монстра»?
Что-то тут не сходится. Если Кан Чан действительно мог ощутить присутствие монстра, он должен был уйти и в прошлом раунде. Или, по крайней мере, он должен был просто заметить его.
Другими словами, вероятность того, что Кан Чан одолел монстра и получил в награду бусину, была очень мала. Эта красная бусина, вероятно, является наградой, которую он получил на одном из предыдущих этажей, а не за убийство волка, как он утверждал.
В таком случае необходимо поразмыслить, почему Кан Чан вообще сбежал.
Есть две основные возможности.
Либо Кан Чан был в ситуации, которая не позволяла ему сражаться прямо сейчас, и поэтому у него не было другого выбора, кроме как уйти.
Либо Кан Чан на самом деле слабак, который просто блефует.
Лично мне последняя возможность показалась гораздо более вероятной.
Но как можно сомневаться в Кан Чане, учитывая его грозную ауру? Дело в том, что подобное клише уже существует в новеллах.
Есть целый поджанр типа «меня случайно приняли за крайне сильного человека».
В этих историях главный герой на самом деле слабак, но окружающие воспринимают его как невероятно могущественную фигуру.
«Ах, как и следовало ожидать от господина такого-то!» — восклицали они с восхищением, и даже могущественные фигуры со всего мира приходили выразить ему признательность, говоря: «Хм... Довольно впечатляюще...»
Однако главный герой даже в самых простых ситуациях, дрожа от страха, задавался вопросом, как ему быть. Этот разрыв в восприятии придавал юмор таким историям.
Теперь, учитывая данное объяснение, давайте подумаем еще раз.
Что, если… единственный навык Кан Чана – просто «испускать грозную ауру»?
Что, если его победа над феей была просто случайностью, результатом серии совпадений?
Но поскольку окружающие восхищались им как «Великим Кан Чаном!», его репутация росла день ото дня, и он поддерживал ее, источая грозную ауру перед всеми, кто сомневался.
Тогда Кан Чану имело бы смысл сбежать.
Он мог бы в страхе убежать, осознав, что монстр был так близко, возможно, спрятавшись где-нибудь в углу, плача и думая: «Мне страшно…»
Кан Чан. Одно только его имя казалось таким могущественным. Но на самом деле он мог быть просто «Нуб Чан».
(Примечание: Имя «Кан» означает «Сильный».)
— …
Я покосился на Кан Чана, который бесстрастно шел рядом.
Конечно, есть вероятность, что мои мысли ошибочны. Ведь это всего лишь предположение.
В конце концов, Кан Чан – первый человек, кого я встречаю, когда регрессирую. Могу проверить это позже.
Когда мы вернулись туда, где прятался волк, каменная дверь, преграждавшая нам путь, исчезла.
— Хм...
Далее нас ждал кромешный темный коридор, лишенный единого факела. Я снял со стены факел и вытянул его перед собой, чтобы осветить путь, но атмосфера была устрашающе тревожной.
— …идем дальше, верно?
Мне категорически не хотелось, но выбора не было.
Оказавшись внутри Башни, единственное, что оставалось делать – это продолжать двигаться вперед.
* * *
Хлоп.
— Ой…
Раздался болезненный стон Ан Гён-джуна.
Хотя казалось, что кто-то должен был забеспокоиться, остальные трое просто молча пошли дальше.
И не просто так; это был не первый раз, когда Ан Гён-джун натыкался на каменную стену. Должно быть, это был уже пятый раз.
— Ай…
Причина была проста. Ан Гён-джун в состоянии «одержимости» разбил свои очки и теперь плохо видел.
Как нам следует называть Ан Гён-джуна без очков? Просто «Джун»? Я размышлял о всяких глупостях, пока мы шли по сырой тропинке пещеры.
Так мы шли молча около 10 минут.
— Но почему дух разбил очки?
Вопрос Док Сухи внезапно нарушил тишину.
— Ну... Он ненавидит зеркала и стекло.
— Есть ли конкретная причина?
— Он говорит, что ему не нравится, как они искажают человеческий облик... Когда он в первый раз овладел мной, первым делом он разбил очки.
Говоря это, Ан Гён-джун неловко почесал затылок.
— Могу я тоже кое-что спросить?
Благодаря тому, что Док Сухи завела разговор, я решил спросить
кое-что, что меня интересовало.
— Этот дух… Гён-джун, ты ведь можешь видеть его своими глазами, верно?
— Да. Я вижу его.
— Как он выглядит?
— Эм…
Ан Гён-джун на мгновение замолк.
— У него темная кожа... и на голове он носит что-то вроде украшения из перьев. Он без рубашки, и я не могу ничего сказать о нижней части тела, поскольку она не проявляется в форме духа. Да, и еще у него на спине копье со сложным узором.
— …
Судя по описанию, на ум приходит образ выходца из джунглей. Использование копья для метания также чем-то напоминает охотников на африканских слонов.
Однако аборигены Африки не обладают способностью вызывать деревянные копья из воздуха. Встретив на втором этаже дворянина, использовавшего магию, кажется более разумным предположить, что это дух из другого мира.
— Это должно быть тяжко.
Я нечаянно высказал свои мысли вслух. Ан Гён-джун, хрупкий по своей натуре, был одержим грубым, сильным духом.
Всегда проблематично иметь дело с кем-то, кто является твоей полной противоположностью. В армии слабаки быстро ломаются, когда сталкиваются с жестким старослужащим. И Ан Гён-джуну приходится уживаться с этим духом каждый день до того момента, пока он не заснет...
Мне стало немного жалко его.
— Это тяжко, но я в порядке.
Но вместо того, чтобы склонить голову, Ан Гён-джун слабо улыбнулся.
— Возможно, я мало что делаю сам… но предоставление своего тела «в аренду» помогает мне, не так ли? В покорении Башни.
— Наверное.
— Восхождение на эту Башню в конечном итоге принесет пользу человечеству… Я этим доволен.
— …
Я не ответил, но перевел взгляд.
Одних этих слов было достаточно, чтобы понять, что он был добросердечным человеком.
Но именно поэтому мне не следует сближаться с ним.
По мере продвижения по этажу 3-5 любой из них может умереть.
Вид того, как добрый и дружелюбный товарищ умирает снова и снова, быстро растерзает мое сердце.
Я ускорил шаг, чтобы дистанцироваться от Ан Гён-джуна.
— Теперь, когда мы услышали мою неинтересную историю… мне интересно узнать вашу, мисс Док Сухи.
— Ох, мою?
— Да. Внешне ты похожа на студентку... Могу я спросить, сколько тебе лет?
— Я учусь в старшей школе…
Др-р-р!
Земля внезапно задрожала, прервав Док Сухи на полуслове.
— Впереди...
В конце темной тропы, освещенной единственным факелом, путь нам преградила знакомая каменная дверь.
— …
Дверь была отмечена четырьмя углублениями в форме ладоней.
Переглянувшись, каждый из нас прикоснулся к этим углублениям.
Др-р-р!
Медленно, с вибрацией, каменная дверь начала двигаться.
Вскоре она исчезла, открыв взору удивительное зрелище.
— …зеркала?
Зеркала. Зеркала. Зеркала.
Перед нами развернулось пространство, полностью заполненное зеркалами.
Пол, потолок и стены, сделанные из зеркал, образовывали коридор. Это напомнило мне зеркальные лабиринты в парках развлечений.
Тусклое пространство, освещенное лишь пламенем факела, искажало наши отражения и устрашающе мерцало, а зловещий ветер завывал, словно саундтрек к фильму ужасов.
Это не могли быть просто зеркала. Это был зеркальный лабиринт на этаже 3-5. Было разумно предположить, что здесь могут быть ловушки и монстры.
Перенесет ли нас прикосновение к зеркалу в другой мир? Создаст ли двойников? Или оттуда выпрыгнут враги?
Пока я размышлял над возможностями…
— Джунхо!
Док Сухи настойчиво постучала меня по плечу.
— Что?..
Вырвавшись из задумчивости, я повернулся и посмотрел на Док Сухи.
— Нет, нет!
Позади Док Сухи Ан Гён-джун схватился за голову и стонал в агонии.
— Зеркал слишком много…
Изо рта у него текла слюна, а лицо раскраснелось.
— Ах.
Я вспомнил, что ранее сказал Ан Гён-джун.
Дух ненавидит зеркала и стекла.
— Я не дам вам сбить меня с толку!
С этого момента мне показалось, что время замедлилось.
Мы втроем, включая меня, поспешно развернулись.
В этот момент Ан Гён-джун с совершенно безумными глазами призвал свое деревянное копье, после чего метнул его со скоростью света.
Ужасающая сила разбросала повсюду осколки зеркал, которые рассекли воздух в смертоносном танце.
Я попытался убежать как можно дальше, но было слишком поздно.
Как бы я ни извивался, чтобы избежать их, я не мог предотвратить попадание крошечных осколков стекла в мою кожу.
[Статус: Травмирован
Возвращение к моменту, когда вы впервые вошли на этаж 3-5.]
В глазах потемнело.
* * *
Печаль. Беспокойство. Отчаяние. Страх.
Это все так напрягает.
Я люблю «газировку». Я люблю освежающие истории.
Я люблю истории, в которых главный герой хладнокровно преодолевает препятствия на своем пути. Это приносит больше удовлетворения, чем что-либо еще.
Но что это такое? Почему мне всегда приходится сталкиваться с такими абсурдными проблемами?
Дух, вселившийся в тело человека, ненавидит зеркала, поэтому он разбил зеркальный лабиринт, а в меня попали осколки, и мне пришлось регрессировать…
Что это за чушь?
Я был в ярости.
Я не мог сдержать этот гнев.
— …вставай, новичок.
Может быть, это ярость затуманивает мое зрение?
— Эй.
— Хм?
— Давай сразимся.
Я бросился на Кан Чана.