Глава 444. 66-й этаж (1)
444화 66층 (1)
К тому времени, как появление Башни на Земле стало восприниматься как нечто обыденное.
— Ха…
Регрессор стоял в роскошном номере отеля и, глядя в окно на раскинувшийся внизу город, горько усмехался.
В книгах часто встречается выражение «привыкнуть к смерти». Нам показывают персонажей, которые, умирая раз за разом, в какой-то момент начинают относиться к собственной гибели как к чему-то само собой разумеющемуся.
— Бред…
Ким Джунхо, человек, который, пожалуй, пережил больше смертей, чем кто-либо другой в истории человечества, мог с уверенностью это опровергнуть.
Если бы нужно было описать смерть Регрессора одним словом, это было бы «выжимание».
Тот краткий миг, когда жизнь угасает, когда все вокруг тускнеет и отдаляется. Чувство, будто составляющие тебя частицы распадаются одна за другой, пока ты окончательно не превращаешься в ничто…
А затем, в мгновение ока, все возвращается на круги своя, словно ничего и не было. Руки, ноги, чувства – все восстанавливается в первозданном виде, но…
Душа, вынужденная раз за разом терпеть этот ужас, постепенно изнашивается.
Неважно, была ли это мгновенная и безболезненная смерть или долгая и мучительная. Разница лишь в степени износа, но сам процесс стачивания души остается неизменным.
Поэтому Регрессор считал: если и есть на свете люди, которые действительно привыкли к смерти или стали к ней безразличны, то они, скорее всего… не привыкли, а просто утратили способность чувствовать. Но можно ли называть «человеком» того, кто больше ничего не чувствует?
— Ха-а…
Такое будущее пугало его больше всего.
Ведь он, как и любой другой юноша, когда-то мечтал о простых вещах: много зарабатывать, не переутомляться на работе и найти красивую девушку.
Когда он обрел выдающуюся способность, его сердце затрепетало от восторга. Он был вне себя от счастья, узнав, что его навык – «Возвращение», считающееся даром высшего порядка.
Но если ценой за это должны были стать бесконечные циклы смертей, он бы скорее предпочел вовсе не иметь никакой силы.
Еще в Туториале он понял: если он продолжит умирать, поднимаясь на Башню, то в конце концов сломается. Станет монстром.
И все же он продолжал восхождение. На то было две причины.
Во-первых, его сила была слишком велика.
Ангелы твердили, что Башня – это Испытание, ниспосланное Богом людям. Значит, и навыки, полученные ими, тоже дар свыше, и Возвращение Ким Джунхо не было исключением.
Стоит взглянуть на это под другим углом. Возвращение – это, несомненно, читерская мощь. Но почему она досталась именно ему? Просто повезло?
Возможно. Но если подумать о том, что ее даровал Бог… Может, это значит, что Башня настолько сложна?
В какой-то момент в далеком будущем люди могут провалить прохождение Башни просто потому, что у них не будет Регрессора. Они могут впасть в отчаяние от нехватки сил и встретить ужасный конец.
И если он допустит это… совесть просто загрызет его.
Кто-то может возразить: «Разве отсутствие Регрессора означает, что Башню нельзя пройти? Это, конечно, отличная способность, но на чем основаны такие выводы?»
Ответ прост.
— Потому что я уже… жил этой жизнью.
Регрессор уже прожил одну жизнь. Потрясенный ужасами Туториала, он отказался от восхождения и дожил до шестидесяти лет, пока не погиб, став жертвой преступления, совершенного Игроком.
Ким Джунхо устроился на работу, притворялся обычным человеком, снял небольшую квартиру в Сеуле, обустроив себе скромное убежище. И так до тех пор, пока в шестьдесят лет его не убил окончательно обезумевший Игрок. (Из-за травмы Туториала о личной жизни он даже не мечтал).
Башня так и не была покорена. Человечество не вымерло, но и не освободилось.
Туториал продолжался. Пропавших без вести было так много, что обычные случаи исчезновения даже не расследовались. Преступность, разумеется, процветала.
Конечно, некоторые способные Игроки во главе с Чхве Дживон пытались навести в обществе порядок, но…
— В какой-то момент и они исчезли.
Такие Игроки бесследно пропадали во время восхождения. Набирались ли они сил где-то в глубинах Башни или действительно погибли – узнать было невозможно. Так или иначе, даже спустя десятилетия Башня на Земле оставалась непокоренной.
Та прошлая жизнь стала для Ким Джунхо движущей силой, заставлявшей его карабкаться наверх вопреки желанию. Раз он вернулся назад после смерти в шестьдесят лет, не было никаких гарантий, что он не вернется снова, если умрет от старости.
Умирать и возвращаться. Снова и снова. В бесконечной жизни была своя прелесть, но такой выбор казался ему слишком безответственным.
Он помнил крики матери, чей ребенок исчез, будучи призванным в Туториал. Помнил бесчисленные жертвы преступлений Игроков.
Обладая силой Возвращения, можно создать лучший мир. А не делать то, что в твоих силах, – это халатность.
— Нужно хотя бы попытаться.
Так Ким Джунхо, ведомый наполовину собственной волей, наполовину обстоятельствами, продолжал путь. Но здесь крылась фундаментальная проблема.
Как уже говорилось, смерть стирает в человеке человечность. В процессе бесконечных циклов те части души, что делают нас людьми, постепенно отваливаются, оставляя лишь пустую оболочку монстра. Это было еще не наступившее будущее, но Ким Джунхо инстинктивно понимал – оно неизбежно.
Сейчас Ким Джунхо – просто человек с высоким уровнем. Но чтобы по-настоящему превзойти остальных, чтобы быстро стать сильнее, он обязан использовать Возвращение. А значит – обязан умирать.
Ирония судьбы: чтобы покорить Башню, нужно умирать, в то время как больше всего на свете хочется смерти избежать.
— Умирать как можно реже.
Способа не умирать вовсе не существовало. Значит, единственным вариантом было: меньше смертей, меньше Возвращений, максимум силы и максимально быстрое восхождение.
Но разве Башня – это место, где можно просто не умирать по собственному желанию? Она не станет делать поблажек только потому, что ты торжественно поклялся выжить.
А значит, если ты действительно хочешь минимизировать смерти и число Возвращений…
— Не могли бы вы подойти на минуту?
Тебе отчаянно нужна помощь других.
Регрессор начал делиться информацией. Если это могло помочь быстро пройти этаж без лишних колебаний, он рассказывал всё без утайки.
— Вы предлагаете… пойти отсюда вот сюда?
— Да.
— Хм… Хорошо, я понял.
Благодаря этому число его смертей действительно резко сократилось (на этажах, которые проходили группами), а стресс, копившийся в душе, значительно уменьшился, но…
— Это он?
— Тш-ш, парень, следи за языком.
Ценой за это стали неизбежные слухи.
Собственно, это можно было предвидеть еще с Туториала.
Избыточная уверенность. Знание будущего. Образ лидера, ведущего всех за собой.
В реальности на такое бы просто сказали: «Какой самоуверенный парень», но в Башне, где малейшая ошибка ведет к гибели, такая уверенность, раз за разом подтверждаемая безупречным результатом, наводила на мысли.
— Неужели он Регрессор?
— Или попаденец.
— Может, пророк.
Люди не были дураками, и это позволило им хотя бы примерно догадаться о природе способностей Ким Джунхо.
Статус Регрессора принес с собой куда больше неудобств, чем он ожидал. Прежде всего, стало невозможно строить нормальные отношения.
— Заткнись. Даже если эта информация уже бесполезна для нас, она может пригодиться Регрессору. Контролируйте всё до самого конца.
— Не смей болтать лишнего, даже если будешь на волосок от гибели. Ты меня понял?
Мало того что люди стали куда осторожнее обращаться с информацией…
— О… здравствуйте.
— Вы тот самый… Рег… нет-нет. Ким Джунхо, верно?
Другие Игроки радовались встрече с ним внутри Башни.
— Спасибо за прохождение! Хорошего дня!
— И вам спасибо!
Но он видел лучше любого другого: за их приветливыми улыбками и радушием скрывается незримая преграда. Доказательством служило то, что никто из встреченных в Башне даже не пытался связаться с ним за её пределами.
Он их понимал. Для них это была первая встреча, а для Регрессора – возможно, нет. То гнетущее чувство, что он уже может знать о тебе слишком многое, становилось непреодолимым барьером для простого человеческого общения.
Кроме того, ни знаменитые гильдии, ни правительства не пытались выйти на Ким Джунхо.
Видимо, они как-то договорились между собой «не трогать Регрессора». Вероятно, он казался им сладким, но крайне опасным плодом.
Конечно, были и те, кто пытался подойти к нему по-человечески.
— Ой, вы ведь тот самый Регрессор, да? Хе-хе.
Но в их глазах слишком явно читался корыстный интерес.
Те, кто хотел использовать его. Те, кто надеялся выгадать какую-то пользу. Они видели в нем не личность, а инструмент.
— Уходите.
— …Хорошо.
В итоге Регрессор закономерно оказался в изоляции. Никто не приближался к нему, и сам он не стремился к сближению.
А неизбежные смерти в процессе восхождения лишь ускоряли его медленное, но верное саморазручение.
Иногда случались дни, когда он пускался во все тяжкие. Используя знания о будущем, он зарабатывал огромные деньги, встречался с красавицами, бил баклуши и просто прожигал жизнь.
— …И что я делаю?
Но такая жизнь приносила не освежающее удовлетворение, а невыносимую пустоту. Начинали мучить фундаментальные вопросы: «Ради чего я все это затеял?»
И вот однажды, пока он лениво наблюдал, как дорогое вино за сотни тысяч вон проливается на пол, и бессмысленно смотрел в окно отеля…
В тот момент Регрессор как раз преодолевал 30-й Этаж. Прошло больше года с появления монстров на Земле, а влияние Игроков уже признали сопоставимым с государственной мощью.
— Вы Ким Джунхо?
— …Допустим. И что?
— Вам приглашение.
В его руки попало таинственное письмо.
— От Ассоциации Игроков?
— Нет.
Мужчина, передавший письмо, улыбнулся.
— Мы – Представители игроков.
Скорость, с которой Регрессор поднимался на Башню, изменилась. Его связь с Чхве Дживон оборвалась. Психика истощилась, и он выбрал жизнь затворника.
Сложение всех этих переменных привело к результату.
— Вы никогда не задумывались о том, что нынешнее общество… какое-то странное?
Мир изменился.
И изменился в худшую сторону.