Глава 263. Регрессор доказывает (3)
=== [제 263 화] ===
— Ха-ха-ха!!
— О-хо-хо-хо!!
Веселый смех эхом разносился по горам. Птицы и мелкое зверье в испуге разлетались и прятались, а крупные хищники, почуяв размер толпы, благоразумно обходили их стороной.
Отряд светловолосых мужчин и женщин с обнаженным торсом, а за ними – пятеро игроков. Лидеры группы, разумеется, Воины, а следом – мы.
— Тц…
Итальянец недовольно цыкнул.
— Я, конечно, не военный, но мы вроде как идем убивать злодея. Разве можно так шуметь?
— Ну… может, у них есть какой-то план?
— Ой, да что ты смыслишь, акробат.
— Заткнись.
Пока игроки препирались между собой, я сосредоточился на другом.
— Дживон.
— А?
— Ты как, в порядке?
— В каком смысле?
— Насчет убийства Черного мага.
Начиная с 25-го Этажа, Башня настойчиво подталкивала нас к убийству людей. Даже если они были частью системы Башни, само осознание необходимости лишить кого-то жизни вызывало инстинктивное отторжение. Я переживал, как это скажется на Чхве Дживон, которая всегда крайне негативно относилась к насилию.
— …Честно говоря, мне это не по душе. Но выбора нет.
Дживон ответила довольно спокойно.
— Если бы была какая-то хитрость, но когда задание прямо требует чьей-то смерти, я мало что могу сделать. Радует хотя бы то, что цель – злодей или тот, кто сам жаждет конца.
Раз задание требует – придется выполнять. Такова была ее позиция. Впрочем, она добавила, что нужно быть осторожными и не привыкать к убийствам. Она-то себя проконтролирует, а вот это замечание, скорее всего, адресовалось мне.
— Не волнуйся.
— Уверен?
— Вполне.
За пустыми разговорами мы продолжали путь. Сначала отряд пробирался сквозь глубокие сугробы, но к полудню авангард остановился, и игроки тоже замерли.
— Друзья! Ну и выносливость у вас!
Сказал Вожак, вытирая пот со лба. Его мускулистое тело буквально пылало жаром.
— Да мы всего пару часов прошли.
— Идти по снегу – непростая задача! Видимо, я вас недооценил! Признаю!
Вожак дружески хлопнул ближайшего игрока по плечу, объявил привал и раздал тот самый черствый хлеб. Воины с удовольствием принялись за еду (впрочем, среди игроков желающих не нашлось).
— А откуда у вас хлеб?
— А?
В конце концов, я не выдержал и задал вопрос Вожаку напрямую.
— Вы умеете его печь? Просто не похоже на то.
— Конечно нет!
— Тогда откуда он взялся?
В обычной ситуации такой вопрос мог показаться вызывающим, почти объявлением войны, но эти люди были либо слишком простодушными, либо слишком глупыми. Я чувствовал, что он ответит честно, поэтому и спросил в лоб.
— О!
Как я и ожидал, Вожак ответил без раздумий.
— Мы нашли его под снегом!
— …Что, простите?
— В этих краях снег очень глубокий! Если хорошенько покопаться, можно найти много полезных вещей! Вот мы ими и пользуемся!
— Постойте, это же бред!
Внезапно подала голос француженка.
— Вы хотите сказать, что копаете снег и находите там еду, дома и стеклянные окна?!
— Именно!
— …
Возможно, она ждала более вменяемого объяснения, но когда Вожак с такой легкостью подтвердил абсурд, ей стало нечего сказать. Для диалога нужны два разумных собеседника.
— Вожак! Вожак!
В этот момент к нам подбежал другой Воин с широчайшей улыбкой.
— В чем дело!
— Нашли! Мясо!
— Мясо?
— Мясо!
— Ешьте сколько влезет!
На самом деле, мужики уже вовсю чавкали, не дожидаясь приказа. Это была туша северного оленя.
— Вкусно!
— Свежак!
Варвары потрошили оленя и тут же поедали его. Возможно, под снегом туша и правда сохранилась свежей, но зрелище было, мягко говоря, не из приятных.
— …
— …
Среди игроков не было слабаков, которых бы вывернуло наизнанку. Но и равнодушными они не остались. На лицах читалось явное отвращение. Ни один цивилизованный человек не смог бы смотреть на такое спокойно.
— А вы почему не едите?
Спросил я мимоходом. Вожак хоть и сглатывал слюну, оставался на месте.
— Я Вожак! Вожак должен подавать пример! А значит, должен уметь терпеть!
Он снова гордо ударил себя в грудь. После этого ответа моё любопытство достигло предела.
— Почему вы сражаетесь с Черным магом?
В этих людях сочетались фрагменты высокой цивилизации и дикое варварство. В них была какая-то внутренняя мораль, но при этом абсолютная свобода от условностей. Словно передо мной было нечто среднее между дикарем и современным человеком, причудливо перемешанное.
Поэтому я спросил о главном. Зачем им эта битва?
— Он враг клана.
Вожак ответил вполне серьезно, хотя и продолжал коситься на тушу оленя.
— Мой отец, и его отец, и отец его отца… И даже Праотец – все погибли, бросая вызов Черному магу. Они прилагали все усилия, чтобы убить его, и ушли к Богу.
— …
— Черный маг – наш враг. Он должен умереть. Наше племя существует ради того, чтобы убить его, и наша воля непоколебима.
— …Но если вы погибнете, будет ли в этом смысл?
— Смысл? Не знаю, что ты имеешь в виду. Но если я умру – ничего страшного.
Вожак похлопал себя по животу.
— У меня три сына. И две дочери. Они снова бросят вызов Черному магу. Если не сын, то сын моего сына. Или сын сына моего сына. Когда-нибудь мы повергнем нечестивого Черного мага и вернем мир нашему племени.
— …
— Даже если я паду, будет следующий. Пока мы не сдаемся, шанс есть. Однажды мы добьемся успеха. Нынешняя неудача – лишь почва для будущего. Злой Черный маг обязательно сдохнет.
В глазах Вожака светилась воля. Чистая, искрящаяся, неподдельная воля. Непоколебимая решимость довести дело до конца.
— …И что же такого сделал этот Черный маг?
— А?
— Что он сделал, раз вы – от предков до потомков – готовы жертвовать жизнями? За что вы его так ненавидите? В чем причина?
Вожак коротко хохотнул.
— Не знаю.
— …?
— Разве это важно? Так меня учил отец. Он должен умереть, потому что он зло. Он повелевает трупами. Я Воин. Я делаю то, чему меня учили. Что здесь странного?
К тому времени от оленя остались только шкура да кости. Обычно они бы забрали и шкуру, но сейчас эти люди шли на верную смерть. Вожак зычно крикнул:
— Выдвигаемся!
— Как-то это печально.
— А мне… даже жутковато.
Глядя на них, игроки поежились. Чувство странности нарастало, но никто не мог четко сформулировать причину.
У Вожака была стальная воля, но отсутствовала свобода воли. У него была сила двигаться вперед, но не было разума, чтобы оглядеться по сторонам. Словно хорошо запрограммированные роботы, они просто шагали в огонь, навстречу собственной погибели. С надеждой на какой-то призрачный успех в будущем.
Мне хотелось многое сказать, но я промолчал. Это не помогло бы поднять боевой дух, да и всё это были лишь мои догадки.
— Сосредоточимся.
Сначала Черный маг. Размышления оставим на потом.
**
Прошли сутки. Снова наступила ночь.
— Вон там!
После изнурительного марша отряд наконец достиг горы. На склоне, откуда веяло потусторонним холодом, виднелась пещера, источающая зловещую ауру.
— Есть уставшие?!
— Никак нет!
— Тогда вперед!
— У-а-а-а-а!!
Ни длинных речей, ни последней подготовки, ни стратегии. Воины просто очертя голову бросились к пещере. Игроки, обменявшись взглядами, последовали за ними.
У входа в пещеру громоздились горы человеческих костей. Воины неслись мимо, не обращая внимания.
Пройдя глубже, мы столкнулись с полусгнившими трупами, нападавшими из тени. Воины с яростью расправлялись с мертвецами, но из-за того, что они не достигли уровня мастерства сверхлюдей, были потери. Впрочем, никто и глазом не моргнул.
Из пола вырвались острые костяные обломки. Трое Воинов погибли на месте.
Внезапно из стены высунулась огромная рука и утащила двоих.
Путь преградила гигантская рыба из костей. Четверо Воинов скончались от кровопотери.
— У-а-а-а-а!!
— Вперед!!
Смерть соратников не вызывала у них ни Страха, ни колебаний. Они продолжали бежать, как и в самом начале. Единственными, кто мысленно пожелал покойным мира, были игроки.
Так мы бежали всё дальше и дальше.
— Пришли!
— Это он!
Наконец, когда Воины остановились.
В самой глубине пещеры, едва различимый во мраке, виднелся неясный силуэт. Стоило наполнить глаза маной, как образ стал четким.
— Так вот он какой.
Черная роба. Посох с черепом. Ледяные наросты на теле. Окутывающая всё вокруг аура смерти.
И главное – чудовищно деформированное тело. Кожа фиолетового цвета, исперещенная морщинами и узлами. Он больше походил на человека-куколку, чем на живое существо.
Никому не нужно было объяснять.
Это и был Черный маг.
— По крайней мере, не будет чувства неловкости от убийства человека.
Я поудобнее перехватил меч.
У меня было стойкое предчувствие, что это существо давно перестало быть человеком.