Глава 206. Регрессор терпит (3)
=== [제 206 화] ===
— …Можно ли вообще называть их ангелами? Навязывают свои правила… Они что, возомнили себя нашими хозяевами?
— Может, так оно и есть.
Оставив негодующую Чхве Дживон за спиной, я на мгновение погрузился в раздумья. В историях о «восхождении на Башню» герой постоянно становится сильнее, а в конце обретает божественность, пожирает богов и превращается в Абсолюта. Подобные финалы всегда вызывали у меня массу вопросов.
Неужели создатели Башни – идиоты? Или они жаждут смерти? Даже если предположить, что они просто наблюдают за букашками внутри Башни и получают удовольствие от их роста, какой в этом смысл, если в итоге они сами из-за этого погибнут? Честно говоря, мне было трудно понять, почему Восходителям позволяют становиться настолько сильными.
Но если допустить, что они намеренно создали ситуацию, когда «несколько сверхсильных существ сосуществуют в одном мире с обывателями», то всё встает на свои места. Будь всё человечество исключительно добрым, разумным и рациональным – это одно… Но нынешняя ситуация ничем не отличается от бомбы с зажженным фитилем.
— Если предположить, что Башню создал Бог-Творец… Неужели он этого не понимает? Или притворяется, что не понимает?
Люди по своей природе не бывают абсолютно добрыми или злыми. А значит, структура, в которой один дурной помысел может привести к вымиранию всех остальных, – это структура с предрешенным финалом. Если Бог создал людей, он не мог этого не знать.
Если всё происходящее – часть божественного замысла, то Бог явно решил от нас избавиться. Решил бросить человечество. Однако здесь есть одна ошибка.
— …Возвращение.
Тот факт, что именно Бог, скорее всего, даровал мне эту способность.
Пусть у неё и чудовищный штраф, Возвращение – это очевидный читерский Навык. Способность запредельной мощи, способная в одиночку изменить историю человечества, да и всего мира. К тому же это не разовый откат и не способность с ограниченным числом зарядов. Возможность бесконечно повторять циклы сделала меня почти бессмертным.
— …
Зачем тому, кто действительно хочет уничтожить мир, давать человеку такой обманный козырь? Вот в чём мой вопрос.
— Впрочем, размышлять об этом бессмысленно.
На эту загадку я не найду ответа, даже если буду думать всю жизнь. Пока я не достигну 66-го Этажа, не схвачу Бога за грудки и не спрошу лично, идеального ответа не получить.
Какими бы ни были его намерения, моё дело определено.
— Я поднимусь на Башню.
И в процессе предотвращу запланированную погибель. Это лучшее, что я могу сделать, и единственный способ показать кукиш Архангелам и Богу. Само осознание того, что я противостою Богу, создавшему Башню, – чему-то невероятно огромному, – сдавливает грудь, не давая вздохнуть… Но я не могу сдаться только потому, что мне тяжело или больно.
— Отдохнем денек и сразу в путь?
— Да, давай.
Пройдено 20 этажей. Осталось 46.
Путь неблизкий, так что нужно поторапливаться.
**
— Вы вошли на 21-й Этаж.
Как я всегда говорю, при первом входе на новый этаж я предельно напряжен. До сих пор не бывало такого, чтобы монстр появлялся в ту же секунду, как я вхожу в Башню, но нельзя быть уверенным, что этого не случится в будущем.
— …Э?
Внезапно я почувствовал странность. В руке было зажато что-то увесистое.
— Это еще что…
Прямоугольный предмет. Задняя панель аккуратного белого цвета, а передняя – словно черное стекло. Весит примерно от полукилограмма до килограмма. На ощупь прохладный, поверхность приятно прилегает к ладони.
Это же…
— Айпад?
В моих руках был Айпад – точно такой же, каким часто пользовалась Чхве Дживон в реальности.
— Это косплей какой-то?
— Может, кино снимают? Или для YouTube?
— А сфоткать можно? Выглядит круто.
— Смотри, у него меч, кажется, настоящий.
— Надо в инсту выложить.
Только тогда до меня донеслось шушуканье окружающих. Некоторые, прикрывая пальцами вспышку и динамик, украдкой меня фотографировали. На фоне их современной одежды моя дварфская броня выглядела явно инородно.
— …
Растерявшись, я сконцентрировал ману в ушах, обостряя зрение и слух, чтобы понять, что происходит вокруг.
— Оппа, видел ту уточку на экране? Такая милашка, правда?
— Дорогая, это мандаринка.
— Оппа, просто поддакни мне.
— Прости, я же технарь…
Мимо, смеясь и держась под ручку, прошла влюбленная пара.
— Папа! Папа! А можно потрогать ту собачку?
— Хансоль, это ветеринарная клиника. Туда нельзя входить.
— Но она мне улыбается! Она такая миленькая…
— Тсс, не плачь. Если Хансоль будет хорошо себя вести до Рождества, тогда и заведем щенка. Договорились?
— Честно? Правда-правда? Папа, ты лучший!
— Дорогой!
Отец, обещающий сыну собаку, радостно прыгающий мальчишка и мать, которая явно хотела дать мужу затрещину, но сдержалась.
— Да, конечно. Разумеется. Ах, этот момент… Видите ли, я сейчас в командировке…
Спешно проходящий мимо бизнесмен.
— …
— …
И большинство людей, идущих, уткнувшись в свои телефоны.
Язык, на котором они говорили, был определенно корейским, вывески магазинов и текст в телефонах тоже были на корейском.
Но самое главное, эта улица…
— …Это же рядом с моей студией.
То-то она казалась такой знакомой.
Декорациями 21-го Этажа была Земля.
**
К счастью или к несчастью, но этот 21-й Этаж немного отличался от реальности.
— Вы кто?
— Вы здесь живете?
— А, да.
— …Прошу прощения.
Для начала, у моей студии нашелся хозяин. Точнее, хозяйка – незнакомая женщина. Заглянув за её плечо, я заметил кошку. К слову, в этом доме запрещено держать животных, видимо, и это правило изменилось.
— Скажите, а здесь случайно не живет… Чхве Дживон?
— Кто? Моя фамилия Пак.
— Извините.
С квартирой Чхве Дживон та же история. И дело было не только в нас.
Президенты. Знаменитости. Великие люди. Даже история прошлого.
Этот мир был бесконечно близок к Республике Корея, которую я знал, но хотя основные вехи совпадали, в мелочах он сильно отличался. Здесь не было Гитлера, этого печально известного преступника, зато была мировая линия, где Британия проявила амбиции и попыталась захватить Европу… В общем, оболочка та же, а начинка другая.
— Похоже, других Игроков тоже… нет.
Да и вообще, здесь нет ни Башни, ни Игроков как таковых. Сверхспособности? Аномалии? Это только в кино. Я прочесал соцсети, но не нашел ни единого упоминания об Игроках или Ассоциации Игроков.
Если вкратце, это своего рода параллельный мир. Я оказался в месте, почти идентичном Корее, и оно напоминало мой мир до появления Башни.
В меру мирный. В меру конфликтный. В меру стабильный.
— …Вот черт.
Именно из-за того, что мир казался таким нормальным, я не мог поверить своим глазам, глядя на всплывшее Окно сообщений.
«21-й Этаж.»
— Продержитесь 7 дней.
Выживание. Выживание. Выживание.
Эту фразу я уже видел на 4-м этаже и прекрасно знал, что она означает.
— Твою мать.
Скоро что-то начнется.
**
Я собирался немедленно начать сбор информации, но упустил из виду одну деталь.
— Э-э… М-м… Если дадите карту, я проведу оплату.
— А.
В своем мире я жил, не зная материальных ограничений, но здесь всё иначе. У меня нет ни карты, ни телефона, ни банковского счета – ничего.
Сначала я хотел снять какой-нибудь дешевый мотель и оттуда вести наблюдение, но сейчас это было невозможно. Оставив позади работника мотеля, который странно косился на мои доспехи, я добежал до ближайшего парка и присел на скамейку.
— Доспехи…
Чтобы вписаться в этот мир, броня бесполезна, но, несмотря на декорации современности, это всё еще внутренности Башни. Снимать доспехи было бы неразумно.
Теперь мне предстояло решить, как действовать дальше. Однако для решительных шагов катастрофически не хватало информации, так что делать особо было нечего.
— Айпад.
Кроме как проверить этот планшет, намертво зажатый в руке.
Я включил экран – он оказался без пароля, – и без всяких нажатий сразу запустилось видео.
— …
Оглядевшись по сторонам, я нажал на «воспроизведение».
— Приветствую вас, Восходители.
На видео поздоровался загадочный ангел. На черном фоне стоял ангел в белых одеждах, но выглядел он как-то неестественно.
— В чём, по-вашему, заключается ценность человека?
Ангел взял откуда-то смирную кошку, усадил её на колени и принялся гладить.
— Мужество – вот главная ценность человечества.
В его голосе слышалось веселье.
— Животные не могут победить инстинкты. Аппетит. Половое влечение. Сон. Животные, которые кажутся способными преодолеть желания, – это лишь результат процесса, граничащего с издевательством, в ходе которого их инстинкты были искажены. Победа над инстинктом для них – лишь другой инстинкт.
В каком-то смысле «дрессировка» – это пытка. Животное приучают к тому, что за определенное действие следует награда, а за другое – боль. Таким образом, поведение дрессированного животного – не более чем акт, продиктованный инстинктом «я не хочу боли» или «я хочу вкусняшку».
— А каково мужество человека?
Человек способен преодолеть страх смерти. Человек может отказаться от базовых потребностей. Чтобы отстоять ценности, в которые он верит, человек может пойти наперекор инстинктам. Мы называем это мужеством.
— Проявления мужества прекрасны. Люди, которые делают шаг вперед, игнорируя предупреждения инстинктов, показывают нам смысл нашего существования. Вам не кажется?
Спустив кошку на пол, ангел пристально посмотрел в экран и лучезарно улыбнулся.
— Завтра, в девять утра. Начнется Испытание. Пожалуйста, проявите свое мужество.
На этих словах видео закончилось. Время на планшете показывало три часа дня. Через 18 часов начнется Испытание Башни.
— Мужество, значит…
Не знаю, что именно ангел хочет увидеть в людях… но он явно ошибся адресом. Не скажу, что я такой уж мужественный человек.
— Жди.
Но я определенно тот, кто преодолел страх смерти.
***