Глава 54.1
Не говоря уже о том, что Линь Сичи и Сюй Фан уже целый год встречались — даже раньше, когда между ними ещё не было таких отношений, они никогда не расставались так надолго.
Линь Сичи привыкла первой делиться с Сюй Фаном любыми новостями, будь то что-то важное или пустяковое. А ещё ей нравилось задирать его без повода, раздражать до злости, а потом начинать уговаривать.
В её мире Сюй Фан занял место, которое невозможно было заполнить чем-то другим.
А теперь, когда он остался без телефона, между ними словно поставили непроницаемую стену.
Внутри образовалась пустота.
Она машинально ковыряла листки календаря, пока не услышала, как Линь Сигэн с усмешкой предлагает:
— Может, купить тебе ещё тридцать календарей?
Линь Сичи даже не подняла глаз, только аккуратно сложила оторванные кусочки бумаги и спрятала их обратно между страниц. Затем хлопнула себя по щекам, приводя мысли в порядок, и с серьёзным видом ответила:
— Двадцати семи хватит.
Линь Сигэн фыркнула:
— Он ведь всего на месяц уехал.
Она развернула очередной конспект и пробормотала, качая головой:
— Никогда не понимала влюблённых.
Наступила тишина.
Спустя несколько минут Линь Сичи вдруг тихо позвала:
— Линь Сигэн.
В её голосе прозвучала грусть:
— Мне немного тоскливо.
Линь Сигэн оторвалась от тетради и недовольно посмотрела на неё:
— Всего на месяц! Когда ты поступила в Юаньган, мы по несколько месяцев не виделись, но ты даже не хандрила.
— Но я могла тебе звонить. — Линь Сичи потерла глаза и устало пробормотала:
— Сегодня он сказал мне, что если не поедет, то этот год учёбы просто пропадёт впустую.
— Ну да, так и есть. Разве можно взять и не поехать?
Линь Сичи замялась, немного поколебалась, но всё же призналась, едва слышно:
— Мне даже хочется, чтобы он вообще бросил учёбу… Я бы его обеспечивала.
— …
Её голос стал ещё тише, но в нём звучала неподдельная искренность:
— Только я, наверное, не смогу его содержать.
— Так что пусть лучше учится дальше… У-у-у…
* * *
С другой стороны.
Сюй Фан втащил чемодан в выделенное для них общежитие.
Комната на восемь человек. Двухъярусные кровати. Ни кондиционера, ни малейшего намёка на комфорт — только два стареньких трёхлопастных вентилятора на потолке, лениво вращающиеся и издающие скрипучий звук.
Все уже были на месте. В тесной комнате и без того было жарко, а теперь, когда восемь парней расположились кто на кроватях, кто прямо на полу, разбирая вещи и громко болтая, духота казалась невыносимой.
Сюй Фан присел на корточки, щёлкнул замком — чемодан открылся с лёгким скрипом.
Пара комплектов одежды, предметы первой необходимости… Половину чемодана занимали упаковки с едой, источающие притягательное сияние, будто золотой запас.
Комната тут же погрузилась в напряжённую тишину.
Одна секунда. Две.
— Охренеть… Сюй Фан, да ты целый склад еды с собой притащил! — кто-то ошарашенно выдохнул.
Эти слова стали сигналом — в следующую секунду толпа ринулась к чемодану, будто стая голодных волков. Упаковки исчезали в руках молниеносно, и не прошло и полминуты, как всё содержимое было подчистую разграблено.
Висок Сюй Фана дёрнулся. Он выругался сквозь зубы, но сопротивляться не стал. Всё равно он не особо увлекался снеками — взял их только потому, что Линь Сичи настояла.
По комнате тут же разнёсся хруст чипсов.
Где-то сбоку раздался голос Юй Туна:
— Чёрт, нас ждёт месяц первобытной жизни… У меня стойкое ощущение, что моя девушка бросит меня.
— Не переоценивай себя, — другой парень, без тени сочувствия, выхватил у него пачку снеков. — Она уйдёт не из-за этого, а потому что ты страшный как смерть.
— Пошёл ты! — Юй Тун взвился. — Сам-то до сих пор один!
В суматохе кто-то задел пачку, и несколько чипсов рассыпались, часть из них — прямо в чемодан Сюй Фана.
Он скосил взгляд на виновников беспорядка, не говоря ни слова.
Юй Тун небрежно стряхнул крошки с пальцев, ткнул его в щёку и укоризненно протянул:
— Фан, ну чего ты такой жадный? Это же всего несколько чипсинок.
Второй парень, не мудрствуя лукаво, нагнулся, сгреб их с чемодана и закинул в рот:
— Да какая разница, всё равно же съедобные!
Сюй Фан только прибыл, а уже хотел обратно.
Приют для бездомных животных, куда направлялась Линь Сичи, находился в западной части Сичэна, в довольно удалённом месте. Автобусы туда не ходили, и после высадки ей пришлось шагать пешком ещё полчаса.
Она шла, ориентируясь по карте в телефоне, и, вытирая пот со лба, уже начала ощущать, что буквально закипает под палящим солнцем. Только когда силы почти закончились, перед ней, наконец, появилось искомое здание.
Приют оказался довольно просторным: одноэтажное строение в форме буквы «U», в центре — большой пустырь, а по обеим сторонам — клетки, в которых находились собаки самых разных пород.
Обстановка здесь была скромной, здание явно повидало многое: краска на стенах облупилась, штукатурка местами осыпалась. Из-за того, что внутри держали больше сотни животных, воздух был пропитан тяжёлым запахом.
На месте уже собралось около десятка человек, они стояли в кругу и оживлённо беседовали.
Перед ними находилась женщина с короткими волосами — судя по всему, она была здесь за главную. В руках у неё был блокнот, и она что-то объясняла группе.
Заметив Линь Сичи, женщина скользнула по ней взглядом, затем сверилась со списком и неуверенно уточнила:
— Линь Сичи?
Та нерешительно кивнула.
Женщина улыбнулась. У неё была загорелая кожа, и выглядела она молодой и энергичной.
— Все на месте. Для начала представлюсь: я Юй Ни, руководитель этого приюта.
После неё представились и несколько волонтёров, которые работали здесь давно.
— Тогда начнём, — Юй Ни указала на клетки и на дом. — Основная работа — это разгрузить корм и припасы, которые нам пожертвовали, убрать вольеры и помещения для кошек, а также покормить животных.
После этого она распределила обязанности, ориентируясь на физические возможности и предпочтения добровольцев.