Глава 96. Прибытие в Циньлин
Чем глубже Чэнь Ибай погружался в раздумья, тем яснее понимал: дело принимает скверный оборот. Цыпа и его подручные сгинули в гробнице Кан-вана — Чэнь Ибай был уверен в этом на все сто, даже если их тел не нашли. Как же тогда «Тяньсинхуэй» умудрились за столь короткий срок не только перебросить силы в Циньлин, но и отыскать там захоронение, связанное с Кан-ваном?
Янь Тяньцзю, заметив странное выражение лица гостя, задумчиво произнес:
— Чэнь-сяовэй, раз уж мы заговорили начистоту, скрывать мне нечего. Тридцать лет назад я уже имел дело с этим У Даошанем. Я нанял его, чтобы найти ту самую гробницу Западной Хань... Но тогда мы потерпели крах. Не только ничего не нашли, но и потеряли уйму людей с обеих сторон.
Он тяжело вздохнул.
— У этого Обезьяна осталась копия того рисунка на шелке. И то, что спустя тридцать лет «Тяньсинхуэй» внезапно активизировались в Циньлине, означает одно: У Даошань нашел новый ключ к разгадке.
«О как, — подумал Чэнь Ибай. — А история-то с двойным дном».
Судя по тону старика, он не лгал. Значит, этот хваленый наследник Фацю, Железнорукий Белый Обезьян, на деле оказался не таким уж и всемогущим, раз тридцать лет назад сел в лужу. Но если их цель — ханьское захоронение, как они наткнулись на Лаши и символику Кан-вана? Неужели всё-таки совпадение? Но такое совпадение граничило с безумием.
Чтобы разрубить этот узел, нужно было оказаться на месте.
— Чэнь-сяовэй, — Янь Тяньцзю подался вперед, его глаза лихорадочно блестели. — Если «Тяньсинхуэй» вернулись спустя тридцать лет, значит, они уверены в успехе. Мы не можем медлить. Если вы опередите их и найдете гробницу первым, я удвою ваш гонорар. Два миллиона... нет, двести миллионов юаней! Пятьдесят миллионов я выплачу авансом прямо сейчас, остальные сто пятьдесят — по завершении дела. Что скажете?
Магнат вскинул руку, демонстрируя два пальца. Было очевидно: появление конкурентов в лице Обезьяна заставило его паниковать и швыряться деньгами.
Чэнь Ибай не любил рисковать жизнью за чужие интересы, но сейчас ситуация изменилась. Даже если бы ему не предложили ни гроша, он бы всё равно отправился в Циньлин — слишком много личных вопросов требовали ответов. Так что двести миллионов стали приятным бонусом за дело, которое он и так собирался сделать.
Заметив колебание на лице стримера, Янь Тяньцзю выхватил из кармана банковскую карту.
— Чэнь-сяовэй, на этой черной карте нет пароля. Я сейчас же распоряжусь, чтобы на нее перевели пятьдесят миллионов...
— Ну... по рукам, — усмехнулся Чэнь Ибай, принимая карту. — Я выезжаю в Циньлин прямо сейчас. Подготовка мне не нужна. Ждите новостей.
Он уже развернулся, чтобы уйти, но голос магната остановил его:
— Чэнь-сяовэй, постойте! Вы что, один собираетесь?
Янь Тяньцзю занервничал. Сделка состоялась, карта была в руках профессионала, но отпускать его в одиночку было страшно. И дело не в заботе о безопасности — старик боялся, что Чэнь Ибай найдет гробницу, обчистит ее втихую, а ему вернет пустую скорлупу. Выбросить двести миллионов на ветер и остаться с носом — такая перспектива его не прельщала.
— Одному идти против «Тяньсинхуэй» опасно, — торопливо добавил Янь Тяньцзю. — Я уже подготовил группу поддержки, опытные бойцы...
Чэнь Ибай прервал его на полуслове. Он прекрасно понимал, что эти «бойцы» — прежде всего надсмотрщики.
— Господин Янь, — отрезал он, — мы, Моцзинь-сяовэй, всегда работаем в одиночку. Мне не нужны хвосты. Когда я найду вход, я дам вам знать, и тогда вы пришлете своих людей.
Он вытащил карту из кармана и протянул ее обратно.
— Если вы мне не доверяете — ищите другого специалиста.
Опыт в гробнице Кан-вана научил его главному: лишние люди под землей — это обуза, которая мешает быстро выхватить меч и замедляет реакцию.
— Это... — Янь Тяньцзю нахмурился, его лоб прорезала глубокая морщина.
Он понимал: если будет настаивать, Чэнь Ибай просто уйдет. А другого такого мастера у него под рукой не было. К тому же, в мире «черных археологов» репутация Моцзинь-сяовэй была безупречной. Они чтили кодекс.
— Ладно, — Янь Тяньцзю заставил себя улыбнуться и отстранил руку с картой. — Мы ведь почти старые друзья, я просто хотел помочь. Если вы настаиваете на одиночном выходе — пусть будет так.
— Вот и славно. Ждите вестей, — Чэнь Ибай спрятал карту и вышел из кабинета.
Оказавшись на улице, он завел двигатель и вбил в навигатор «горы Циньлин». Семьсот километров пути — до темноты должен успеть. Но сначала — домой за снаряжением. На этот раз он пойдет один, и с его новыми силами это будет совсем другая охота. Никакой нерешительности, только холодный расчет.
Тем временем в клубе. Вскоре после ухода Чэнь Ибая в кабинет вошла молодая женщина. Это была Янь Сюэфэй, дочь магната.
— Папа, этот Чэнь-сяовэй... он же был консультантом у археологов. И вчера на стриме он так мило общался с капитаном спецназа. Ты не боишься, что он возьмет деньги, а потом просто сдаст нас полиции?
Янь Тяньцзю задумчиво прихлебывал чай.
— Не сдаст. В нашем кругу есть правила, которые не нарушают. Тем более он — наследник Моцзинь.
Он поднял взгляд на дочь.
— Сюэфэй, возьми людей и тайно отправляйся в Циньлин. Держитесь на расстоянии, ждите сигнала. Мы не можем позволить «Тяньсинхуэй» добраться до ханьского золота первыми.
— Поняла. Я всё устрою, — ответила она и вышла.
Прошло несколько часов. Вечернее небо окрасилось в багровые тона, предвещая кровавый закат. Чэнь Ибай гнал внедорожник по трассе и наконец, когда сумерки начали сгущаться, перед ним выросли величественные, окутанные дымкой хребты гор Циньлин.