Глава 85. Тусин-лин Западной Хань
Зрители в чате вовсю спорили о происхождении жетона. Кто-то прочил ему эпоху Тан, кто-то — Южные и Северные династии; стрим превратился в одно сплошное поле для догадок. Нашлись и «диванные эксперты», на ходу сочинявшие красивые легенды об этой вещице.
И в самый разгар этой дискуссии голос Чэнь Ибая прозвучал как гром среди ясного неба: «Это искусная подделка!»
Чат буквально взорвался.
[?????]
[Я не ослышался? Стример сказал, что это фейк?]
[Ха-ха! Ну и клоун! Я эксперт по бронзе, и тут по одним только следам коррозии и технике золочения видно — вещь чистейшая! А стример мелет чушь. Вызывайте полицию, тут шарлатан!]
[Стример, если не шаришь — иди матчасть учи, а не строй из себя знатока!]
[Глаза протри, пес! Ты хоть видишь, с кем в эфире?]
[Всё, спекся наш «мастер». Обычная пустышка. Расходимся, пацаны…]
[Позор в прямом эфире!]
Глядя на то, как толпа поливает его грязью, можно было подумать, что карьере Чэнь Ибая пришел конец. Миллионная аудитория готова была отписаться в ту же секунду. Даже Ван Хайчуань, наблюдавший за всем этим, недоуменно нахмурился. Жетон в руках Янь Сюэфэй выглядел безупречно: естественная патина, характерное золочение — любой, кто хоть немного смыслил в оценке, признал бы его подлинным.
«Почему же Чэнь Ибай называет его подделкой? Это не похоже на уровень наследника Моцзинь», — Ван Хайчуань снова почесал затылок, но тут же его осенило. — «Стоп! Если корпорация «Шэньдин» так заморочилась с этим созвоном, значит, здесь точно есть какой-то подвох!»
Профессор поправил очки и едва не уткнулся носом в экран, пытаясь разглядеть детали, но вердикт остался прежним: вещь древняя, никакой современной химии.
— О? Господин Моцзинь, вы уверены… что это подделка? — Янь Сюэфэй, чье лицо по-прежнему занимало половину экрана, не выказала гнева. В её голосе слышалось лишь легкое удивление. — Может, стоит повнимательнее изучить бронзовую ржавчину и позолоту?
Чэнь Ибай лишь спокойно покачал головой:
— Изучать тут нечего, это «ловушка». Просто она пролежала в земле очень долго. По моим оценкам, её выкопали где-то в конце эпохи Цин. Сама же вещица относится к периоду конца Суй — начала Тан!
[?????]
Эти слова окончательно сбили зрителей с толку.
[Стример, ты же только что сказал «подделка», а теперь говоришь — эпоха Тан? Ты там не перегрелся?]
[Хорош заливать! Ты еще скажи, что знаешь точный час, когда её откопали!]
[Это он так хайп ловит? Сначала одно, потом другое?]
[Да какой хайп, он просто чат почитал и переобулся на ходу!]
Янь Сюэфэй тоже не удержалась от вопроса:
— Стример, так почему же вы назвали её подделкой?
Чэнь Ибай усмехнулся:
— Это действительно подделка, но я не говорил, что она современная! Это «танская копия под Хань»! Если быть точным — суйско-танская имитация жетона Тусин-лин времен Западной Хань!
Не давая девушке вставить и слова, он продолжил объяснение:
— Раз уж зашел разговор, я проведу для вас бесплатный ликбез по истории гробниц. Те, кто хоть немного интересовался этой темой, знают, что в эпохи Цинь и Хань процветал культ пышных захоронений. В летописях сказано: «Треть всех доходов Поднебесной шла на храмы предков, треть — на прием гостей, и треть — на наполнение гор и холмов». «Наполнение холмов» — это и есть строительство усыпальниц. То есть на одну только гробницу императора уходила треть бюджета страны!
— Ханьские императоры начинали строить свои последние пристанища уже на второй год после восхождения на престол. Стройка могла длиться десятилетиями! Это считалось делом государственной важности. В эпоху Западной Хань даже было создано специальное ведомство — Тусин-сы , которое отвечало исключительно за проектирование и возведение императорских покоев.
— Чтобы работа спорилась, император даровал ведомству особый жетон — Тусин-лин . Обладатель такого жетона мог в любой момент мобилизовать крестьян и ремесленников по всей стране, конфисковать любые стройматериалы и даже казнить неугодных по своему усмотрению!
Чэнь Ибай сделал глоток воды, прочистил горло и продолжил:
— Но, согласно историческим хроникам, Тусин-сы просуществовало недолго. Император «склеил ласты» раньше, чем стройка завершилась, а его преемник распустил ведомство. Тусин-лин превратился в бесполезный кусок бронзы…
— Красавица, тот жетон, что у тебя в руках, сделан в эпоху Суй или Тан. А значит — это подделка, копия того самого древнего символа власти. Зачем в те времена кому-то понадобилось копировать ханьский жетон — этого я не знаю…
Когда он закончил, хейтеры в чате внезапно притихли. Его речь звучала слишком убедительно и логично; простому обывателю было не за что зацепиться, чтобы оспорить его слова.
[Похоже… стример и впрямь что-то смыслит?]
[А может, он просто сказки красиво рассказывает?]
[Не думаю. Я смотрел его прошлые эфиры, когда он про гробницу Кан-вана вещал — там всё так же четко было…]
Ван Хайчуань, в отличие от толпы, знал наверняка: Чэнь Ибай говорит чистую правду. В летописях действительно упоминалось это загадочное ведомство, и существовали краткие, буквально в пятнадцать иероглифов, упоминания о жетонах. Профессора поразило другое: откуда Чэнь Ибай знает такие тонкости? Он не просто знал историю, он с первого взгляда определил, что это танская имитация!
«Гений! Настоящий гений! Неужели Моцзинь-сяовэй действительно знают всё — от движения звезд до тайн земных недр?»
[Археолог Ван Хайчуань подарил «Маленькое сердечко»]
В порыве восхищения профессор отправил подарок. Правда, контраст между сотней «Карнавалов» и одним «Сердечком» был настолько разительным, что это выглядело почти комично. Чэнь Ибай, заметив этот скромный дар от своего «номера два», лишь загадочно улыбнулся — он уже начал догадываться, кто скрывается под этим ником.
Возвращаясь к делу: Чэнь Ибай вовсе не был всезнающим мудрецом. Просто жетон Янь Сюэфэй попал прямиком в зону его профессиональной компетенции. Мастера Моцзинь могли не знать имен всех поэтов прошлого, но всё, что касалось древних могил, они знали назубок. С этим жетоном была связана одна тайная история, о которой Чэнь Ибай предпочел не распространяться в прямом эфире…
Что же касается Янь Сюэфэй, то, выслушав объяснение, она, вопреки ожиданиям, не расстроилась и не удивилась. Она лишь коротко бросила: «О, понятно», и небрежно убрала «подделку» обратно в шкатулку.
Такая реакция озадачила Чэнь Ибая. Складывалось впечатление, что она с самого начала знала правду.
«Ты что, решила меня проэкзаменовать?» — подумал он, щурясь. Вслух же он произнес с улыбкой:
— Красавица, нужно ли посмотреть что-нибудь еще?
— Нет, спасибо, господин Моцзинь! На сегодня всё… — Девушка мило улыбнулась и отключилась.
[Корпорация «Шэньдин» подарила Доуле №1 × 10]
[Корпорация «Шэньдин» покинула трансляцию]
Уходя, они оставили щедрые чаевые. Что ни говори, а богачи умели уходить красиво.
— Ну что ж… если у кого-то есть вопросы по фэншуй — милости прошу… — Чэнь Ибай продолжил стрим, который затянулся до половины второго ночи.
Завершив эфир, он первым делом проверил баланс. Подарки, донаты и прочие бонусы в сумме составили один миллион четыреста пятьдесят тысяч юаней! После вычета комиссии платформы на его счету осталось более семисот тысяч.
«Деньги просто из воздуха…» — подумал он. Неудивительно, что в наши дни все так рвутся в блогеры. Быть «инфлюенсером» чертовски выгодно!
Чэнь Ибай вывел все средства — они пригодятся ему для большого дела. Затем он засел за компьютер, чтобы побольше разузнать об этой «Корпорации «Шэньдин».
«Выбросить почти миллион ради оценки фейка? Или это был тест?» Ни одна из версий не казалась ему до конца убедительной.
Поисковик выдал гору новостей о благотворительности корпорации — типичный образ меценатов. Но копнув глубже, Чэнь Ибай наткнулся на пост об истории успеха их основателя. В нем утверждалось, что предки Янь Тяньцзю были верхушкой Сёлин-куйшоу , в эпоху войн сотрудничали с милитаристами при разграблении гробниц Цин и даже якшались с японцами…
Пост мог быть заказухой конкурентов. Но если говорить о лидерах Сёлин конца эпохи Цин — начала Республики, то их фамилия действительно была Янь. Более того, Чэнь Ибай был знаком с ними лично…