Глава 171. Гуань Юньлун
Проход заканчивался обрывом, уходящим вертикально вниз к самому дну провала. До трупной пагоды оставалось несколько сотен метров. Внизу вовсю гремела битва, слышались крики и рычание, так что на Чэнь Ибая никто не обращал внимания. Весь огромный зал был погружён в первобытную тьму, которую лишь изредка прорезали мечущиеся лучи тактических фонарей. Пока свет не падал прямо на него, Чэнь Ибай оставался невидимкой.
Конечно, оставалась Янь Сюэфэй. Чэнь Ибай помнил о её способности к ночному зрению, поэтому, быстро спустившись на дно, он старался держаться в тени скал, избегая её прямого взгляда. Впрочем, Янь Сюэфэй сейчас было явно не до созерцания стен — она и представить не могла, что кто-то осмелится сесть им на хвост.
Больше сотни элитных бойцов «Тяньсинхуэй» были рассеяны парой десятков монстров. Чэнь Ибай, скрытно подобравшись ближе, затаился за огромным валуном. Он снял с головы камеру и засунул её в карман. Пусть он и вёл трансляцию, но были вещи, которые широкой публике видеть не стоило.
Как только экран погас, чат взорвался негодованием.
[Что за фигня?!]
[Связь пропала? Интернету хана?]
[Да нет, звук-то идёт! Стример просто камеру спрятал!]
[Чэнь-сяовэй, ты чего творишь? Мы тут на самом интересном месте!]
[Автор, это не по-пацански! Я только что Карнавал задонатил! Либо показывай, либо деньги верни, а то жалобу кину!]
Тем временем в офисе корпорации «Шэньдин» Янь Тяньцзю, увидев чёрный экран, почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он нутром чуял: если Чэнь Ибай выключил картинку, значит, он затеял какую-то «грязную игру». И он не ошибся. Затея Чэнь Ибая была, мягко говоря, дерзкой.
Воспользовавшись моментом, когда вокруг царил полнейший хаос, Чэнь Ибай выскочил из-за камня и повалил одного из отбившихся бойцов «Тяньсинхуэй». Он накинул ему на шею пеньковую верёвку. Несчастный даже не успел понять, что произошло — он лишь отчаянно завращал глазами, его лицо побагровело, а затем посинело, и тело наконец обмякло.
Такое откровенное убийство в прямой эфир пускать было нельзя. Убедившись, что бедняга испустил дух, Чэнь Ибай быстро стянул с него Крысиный костюм, маску и капюшон, переодевшись сам. По счастливой случайности у убитого за спиной висел меч в ножнах — как раз под стать его Алому древнему мечу. Чэнь Ибай переложил свои вещи в пустой рюкзак покойника.
Всего пара минут — и Чэнь Ибай превратился в рядового бойца «Тяньсинхуэй». Убедившись, что маскировка идеальна, он снова достал камеру. На голову её цеплять было нельзя, поэтому он закрепил её на боковом ремне рюкзака. Ракурс получился почти таким же, как от первого лица, зато скрытность — на высоте.
Для зрителей эти несколько минут ожидания показались вечностью. Когда картинка вернулась, они увидели, как Чэнь Ибай вразвалочку выходит из-за камня и бежит прямо в гущу сражения.
— Чего застыл? Ты же из Тяньцянь! А ну, вперёд! — грубо крикнул какой-то пробегавший мимо бандит, заглянув прямо в объектив.
Чэнь Ибай лишь басовито буркнул в ответ:
— Угу.
Зрители, не понимая, что произошло за время «отключения», были в шоке.
[Чего?! Стример что, знаком с этими утырками?]
[Твою ж налево! Неужели Чэнь-сяовэй с ними заодно?]
[А я-то думал, он герой, а он, оказывается, из этой же банды!]
[Вы что, олени? Мозги включите! Он же переоделся! Снял шмотки с того парня. Они все в одинаковых масках, там родная мать не узнает.]
[Блин, а ведь реально. Посмотрите на одежду — один в один.]
[Ага, «заодно»... Стал бы он стрим вести, если бы был с ними. Мозги — штука полезная, жаль, не у всех есть.]
[Красава! Чэнь-сяовэй реально жжёт. Вот это я понимаю — контент!]
Чэнь Ибай тем временем перевёл телефон в беззвучный режим и спрятал поглубже во внутренний карман. Ему было не до комментариев.
— Без паники! Остальным отойти, группы Тяньцянь и Тянькунь — в кольцо! — раздался над полем боя зычный голос Гуань Юньлуна, перекрывая шум схватки.
Подчинившись приказу, бойцы начали перегруппировываться. Чэнь Ибай, смешавшись с толпой, внимательно наблюдал. Оказалось, что структура «Тяньсинхуэй» была продумана до мелочей: группы с винтовками обеспечивали огневую мощь, люди с мечами и саблями были ближним боем. Были и вспомогательные отряды со стальными тросами и крюками, и тыловики с огромными рюкзаками снаряжения. Даже «дозорные» с биноклями и приборами ночного зрения присутствовали, хотя здесь, под землей, их функции были несколько иными.
Несмотря на первоначальный испуг, люди Гуань Юньлуна действовали слаженно и профессионально. Дисциплина была железной.
Бойцы группы Тянькунь ловко закидывали на монстров стальные тросы с крюками-кошками, опутывая тварей. Как только призрачное отродье оказывалось скованным, в дело вступала группа Тяньцянь. Эти ребята явно владели боевыми искусствами, а их клинки были превосходно заточены. Однако даже их удары не всегда достигали цели: лезвия погружались в плоть монстров лишь на несколько сантиметров, словно натыкаясь на камень. Сами же твари бесновались, как безумные быки, едва не раскидывая троих-четверых дюжих мужиков, державших цепи.
Чэнь Ибай вспомнил, что у него за спиной тоже меч. Тот парень, которого он придушил, был как раз из Тяньцянь. Сейчас все его «соратники» рубились не на жизнь, а на смерть, и только он один околачивался на периферии. «Так я слишком быстро привлеку внимание», — подумал он.