Глава 250. Пора за работу
Утро следующего дня.
Редкий момент затишья — сегодня не нужно было никого избивать или чего-то опасаться. Гудяо мирно посапывал в большом бронзовом треножнике, когда тяжелая крышка внезапно распахнулась.
Над ним тут же показалось лицо Цзянь Фаня, не предвещавшее ничего хорошего.
— Довольно спать. Пора и за работу приниматься, не думаешь?
Гудяо невольно вздрогнул. От страха едва не осыпались те немногие перья, что только-только начали отрастать на его голове. В глубине души он всё ещё надеялся на чудо. Глядя на Цзянь Фаня своими крошечными глазами-бусинками, зверь затрепетал.
— Ты ведь, как-никак, Древний Божественный Зверь, — вкрадчиво начал Цзянь Фань. — Обладаешь силой предвидения, умеешь указывать путь. Найти какие-нибудь небесные сокровища для тебя — пара пустяков.
— Провизию я уже подготовил. Так что — в путь!
С этими словами в бронзовый треножник приземлился увесистый мешочек с маньтоу. Увидев эти пресные белые булки, Гудяо сначала опешил. Но когда до него дошло, что именно имел в виду этот человек, единственное перышко на его макушке буквально встало дыбом!
Что этот тип несет?! Он хочет, чтобы легендарный зверь отправился на поиски величайших артефактов мира с мешком хлеба?! То ли он безнадежно отстал от времени, то ли человеческие сердца окончательно прогнили!
Этот парень лишил его всего оперения, избил до состояния обычной дикой курицы. Теперь его мог обидеть даже самый посредственный заклинатель. И в таком виде он выгоняет его одного на поиски сокровищ?! Хоть Гудяо и был птицей, но Цзянь Фань в этой ситуации вел себя совсем не по-человечески!
Птицу захлестнула волна праведного гнева и обиды. Он в ярости вскинул голову, глядя на Цзянь Фаня. Глаза-бусинки даже покраснели от негодования.
— Не хочешь, значит? — Цзянь Фань вскинул бровь. В его правой руке затрещали разряды молнии. Казалось, еще мгновение, и разрушительная мощь обрушится на бедного зверя.
— А-а-а-а-я-я! — истошно заверещал Гудяо.
«Убивают! Птичку убивают!»
В ужасе он пулей вылетел из треножника и в мгновение ока оказался у самого порога антикварной лавки.
Как раз в этот момент в дверях показались посетители — мужчина и две молодые женщины. Гудяо тут же нырнул за спину одной из девушек, вцепившись в ее подол мертвой хваткой.
— Думаешь, если спрячешься за чужой спиной, я тебя не достану? — Цзянь Фань усмехнулся, его губы тронула легкая улыбка.
Он уже собирался вытащить строптивую птицу, но его взгляд задержался на гостье. Цзянь Фань на секунду замер. Затем на его лице просияла понимающая улыбка.
— Вот оно что. Ладно, считай, что на этот раз ты принес пользу. Можешь оставаться.
— Старик Бай, сколько лет, сколько зим! Выглядите превосходно, — приветствовал он вошедших.
Это был Бай Чжэньшань в сопровождении своих внучек. Спустя полмесяца лицо старика заметно округлилось, кожа приобрела здоровый румянец, а энергии в нем было хоть отбавля.
— Ох, всё благодаря вам, Маленький Божественный Доктор! — радостно воскликнул Бай Чжэньшань, спеша пожать руку юноше. — Мой сын наконец-то пришел в себя третьего дня!
— Ваше чудесное лекарство действительно сотворило чудо! Сын чувствует себя намного лучше, чем раньше!
— А Юньин, эта девчушка, от счастья столько слез пролила, что только сегодня отеки с глаз спали.
— Дедушка! — Бай Юньин вспыхнула до корней волос. — Ну что ты такое говоришь! Никто и не думал плакать!
Она смутилась и поспешила перевести тему:
— Мы сегодня пришли из-за сестры Юньцин. Не трать время Маленького Божественного Доктора почем зря.
— Ох, и впрямь, развоевалась, — хохотнул Бай Чжэньшань, но тут же посерьезнел.
— Маленький Божественный Доктор, мы здесь из-за моей второй внучки, Юньцин. Несколько дней назад у нее внезапно начались приступы лунатизма!
— Как только наступает ночь, она в беспамятстве выходит из дома. Если ее не разбудить, она может идти так бесконечно, будто спит на ходу.
— В первый раз мы были не готовы. Она ушла так далеко, что оказалась на окраине соседнего города! Только там ее заметил патрульный полицейский и привел в чувство.
— Во второй раз ее перехватил охранник у самых ворот. С того первого случая прошло уже пять дней. И это повторяется каждую ночь без исключения.
— В последнее время вся семья была на иголках из-за моего сына. Мы думали, это обычный лунатизм. Приглашали психиатра, он выписал какие-то таблетки.
— Но вчера ночью служанка заметила, как Юньцин снова уходит. Она пыталась до нее дозваться, но та не реагировала.
— Благо, наша няня немного разбирается в народных приметах. Она уколола Юньцин иголкой в средний палец, и только тогда та очнулась.
— Сегодня я хотел привести ее с собой, чтобы вы лично всё осмотрели, но побоялся несчастного случая в дороге.
— Поэтому решил спросить сначала: вы понимаете, что с ней происходит?
Цзянь Фань вскинул бровь, в его глазах промелькнул интерес. Старик Бай оказался человеком крайне осторожным. Поняв, что болезнь внучки носит странный характер, он решил исключить любые риски.
Будь на месте Цзянь Фаня обычный врач, он бы, скорее всего, вспылил: мол, как можно ставить диагноз без пациента? Но для Цзянь Фаня это было высшим проявлением доверия.
Благодаря мистической силе Божественного Расчета, вся суть происходящего с Бай Юньцин уже была перед его взором. Взгляд Цзянь Фаня стал странным. Помолчав немного, он задумчиво произнес:
— Думаю, с вашей внучкой происходит не только это. Были и другие странности, верно?
Лицо Бай Чжэньшаня озарилось надеждой, он закивал.
— Да-да, именно! Маленький Божественный Доктор, ваши способности поразительны! Я чуть было не забыл самое главное.
— Юньцин говорит, что каждый раз, когда она просыпается после этих блужданий, у нее остается чувство, будто кто-то звал ее во сне. Она уходит из дома, чтобы найти этого человека.
— По словам ребенка, голос принадлежит мужчине. И он очень похож на голос моего покойного старшего сына... отца Юньцин!
— Скажите, может ли это быть связано с моим сыном?
При обычном лунатизме люди не обращаются к мастерам вроде Цзянь Фаня. Старик был уверен, что болезнь внучки ненормальна именно из-за ее слов. Почему каждый раз она слышит голос покойного отца?
Бай Чжэньшань, потерявший сына в преклонном возрасте, всё еще глубоко скорбел. И столкнувшись с подобным, он втайне надеялся на чудо.
Первой его мыслью было, что сын хочет что-то сообщить семье.
На самом деле он пришел сегодня не только за лечением. Он надеялся, что Цзянь Фань сможет вызвать душу его сына, чтобы они могли увидеться в последний раз и утешить его горе.
Встретившись с полным надежды взглядом Бай Чжэньшаня, Цзянь Фань медленно кивнул.
— Это дело действительно напрямую связано с вашим старшим сыном.
Бай Чжэньшань и Бай Юньин тут же просияли. Они не были трусами, а если речь шла о призраке родного человека — чего им бояться?
Но не успел старик озвучить свою просьбу, как Цзянь Фань продолжил:
— Однако тот, кто зовет вашу внучку во сне — вовсе не ее отец.
Дед и внучка замерли в замешательстве. Дело связано с сыном, но голос в снах принадлежит не ему? Разве это не противоречие?
Бай Чжэньшань нахмурился и осторожно спросил:
— Маленький Божественный Доктор, что вы имеете в виду? Не хотите ли вы сказать... что Юньцин не родная дочь моего сына?
— Нет, я вовсе не это имел в виду, — Цзянь Фань лишь покачал головой, удивляясь ходу мыслей старика. — Бай Юньцин — плоть и кровь вашего сына, ваша родная внучка.
— Но в (во сне) ее зовет не он.
— Подождите, подождите, я совсем запуталась! — Бай Юньин тоже выглядела растерянной. — Вы же только что сами сказали, что это связано с моим дядей?