Глава 9 «Жизнь на вершине»
Наступил вечер.
Отец Мо Линъэр спешно вернулся из городского района. Как он мог пропустить такое событие – приезд будущего зятя и решение судьбы дочери?
Калым уже был принят, дочь согласна, так что он, как человек широких взглядов, не стал противиться выбору Линъэр.
Поговорив с ней, Мо Лэй заметил, что парень ей явно симпатичен. Линь Ваньфу выглядел молодцом: и в комнате прибраться поможет, и на кухне мастер. Единственное, что смущало отца – не самое завидное положение семьи парня.
Но он рассудил по-мужски: если человек трудолюбив, то рано или поздно он добьется успеха.
— Папа, ты так сорвался с работы, бригадир не вычтет у тебя из зарплаты? — Спросила Мо Линъэр своего отца, которому уже перевалило за шестьдесят.
В его возрасте люди обычно уже на пенсии, получают свои три-пять тысяч от государства. Но такие блага доступны лишь городским рабочим, а фермеры всю жизнь живут лишь мечтой, надеясь, что их дети выучатся и выбьются в люди.
— Конечно вычтет, двести юаней долой, — отозвался Мо Лэй. — Дочка, ты действительно всё хорошо обдумала?
— Ну, я же не завтра замуж выхожу. У нас еще будет пара лет, чтобы присмотреться друг к другу! — Краснея, ответила Мо Линъэр.
А про себя подумала: «Этот тип – настоящий негодник. Обещал просто нажать на точки, а сам так мял, что теперь всё болит и, кажется, опухло!»
Линь Ваньфу и сам был не рад, но против природы не попрешь – молодой, горячий и вспыльчивый, он в какой-то момент просто не сдержался. Мо Линъэр же, решив, что это часть лечения, стойко всё терпела, тем более что объяснения Линь Ваньфу звучали вполне убедительно.
— Готово! Прошу к столу, — объявил Линь Ваньфу, вынося последнее блюдо. — Мама, садитесь есть, а потом продолжите разговор.
Ужин выдался на славу: блюда поражали не только обилием, но и видом, цветом и невероятным ароматом. Всё было приготовлено так искусно, что позавидовал бы шеф-повар из отеля. Запах стоял такой, что слюнки текли сами собой.
— Мама, папа, попробуйте, как я готовлю! — Линь Ваньфу без тени смущения называл родителей Линъэр Мо-папой и Мо-мамой.
— Послушай, парень, я ведь тебя знаю, — Мо Лэй не спешил поддаваться на эти уловки. — Сын говорил, ты бегаешь за моей дочерью еще со старшей школы. Кожа у тебя на лице, видать, потолще, чем у других.
— Ради своего счастья нужно бороться, Мо-папа. Поймите меня, я ведь молодой, искренне любящий и чистый душой, — Линь Ваньфу положил куриную ножку в тарелку Мо Лэя. — Обещаю, я буду любить её всю жизнь, никогда не обижу и сделаю самой счастливой.
— Парень, я не против вас и не смотрю на тебя свысока, — Мо Лэй внимательно посмотрел на этого наглеца. — Но пойми, она у меня одна, моя дорогая дочка. Если когда-нибудь разлюбишь её – просто верни её мне, но не обижай, договорились?
— Мо-папа, не сомневайтесь! Я буду любить её вечно. А если кто-нибудь посмеет её обидеть – он не увидит завтрашнего солнца! — В порыве чувств воскликнул Линь Ваньфу, ударив кулаком по столу.
Женщины лишь молча наблюдали за этим мужским разговором. Линь Е и Линь Тяньфань тоже сидели тихо, слушая, как будущие тесть и зять находят общий язык.
Мо Лэй не был зашоренным человеком. Он бывал в больших городах и никогда не считал, что сыновья важнее дочерей. Парень, который преследует его дочь четыре-пять лет, явно доказал свою преданность. К тому же жена рассказала, что тот смыслит в медицине – если он поднимет старуху на ноги, семье станет куда легче.
В сельской местности болезнь одного человека может пустить по миру всю семью, ведь лечение стоит баснословных денег.
— Так, давайте сначала поедим, а потом будем разговоры разговаривать, — вмешалась Мо-мама. — Остынет же всё!
— Точно, за еду!
Кулинарное мастерство Линь Ваньфу было выше всяких похвал. Даже с ограниченным набором продуктов он сотворил нечто невероятное. Стоило им попробовать первый кусочек, как на лицах отразилось блаженство.
— Ох, как вкусно! Братец, только не говори мне, что ты прятал этот талант и готовил только для своей зазнобы? — Воскликнул Линь Тяньфань, хлопая себя по колену от восторга.
Даже обычно немногословный Линь Е теперь молчал лишь потому, что рот его был занят. Он не сводил глаз с тарелок, будто хотел съесть всё в одиночку.
— Вот именно! Чтобы покорить Линъэр, я четыре года втайне изучал кулинарное искусство. И вот этот момент настал! — Пустился в хвастовство Линь Ваньфу.
— Неужели правда? — Красавица Мо Линъэр с интересом посмотрела на этого хитрого фермера. — Сказать по правде, это действительно очень вкусно. Никогда ничего подобного не ела.
— Конечно правда. Я могу обмануть кого угодно, но только не тебя, моя прекрасная невеста! — Линь Ваньфу кивнул и повернулся к женщинам. — Мамы, попробуйте вот этот суп с тофу, он очень полезен для крови.
Затем он обратился к Мо-папе, который с упоением дегустировал блюда:
— Мо-папа, бросайте вы эту каторгу на стройке. У вас же суставы вовсю болят, такая работа только калечит.
— Ваньфу, ну ты же сам видишь, как мы живем, — вздохнул тот, пригубив вина. — Кто-то же должен тянуть этот дом. Ты еще молод, многого не понимаешь.
Сейчас многие молодые люди, видя чужих отцов на дорогих машинах и в больших домах, только и делают, что винят своих родителей в бедности. Но в сельской местности, не имея образования и капитала, просто вырастить детей – это уже огромный труд.
— Теперь этот дом буду тянуть я. На стройку больше ни ногой. Я выпишу вам рецепт, подлечитесь дома. А потом, когда у нас с Линъэр будут дети, вы будете дедушкой и бабушкой по материнской линии, понянчите внуков. Будет у нас полный дом народу! — Линь Ваньфу с упоением описывал картину будущего счастья.
— Ты будешь тянуть? — Его собственная мать скептически на него посмотрела. — Ты себя-то прокормить не можешь, какой из тебя кормилец?
— Мама, поверь мне, твой сын в будущем станет самым богатым человеком в мире! — Уверенно заявил Линь Ваньфу.
— Ага, самым богатым должником, — подколол его Линь Тяньфань.
— Ешьте давайте. А потом пойдем на диких кабанов охотиться. Линъэр, ты тоже пойдешь – наловим тебе пресноводных угрей и водяных змей. Завтра приготовим твоей маме, чтобы она быстрее на поправку пошла.
Линь Ваньфу понимал, что просто так Мо Линъэр с ним в лес не пойдет, поэтому использовал заботу о матери как предлог.
— Мо-папа, я ведь серьезно. Не ходите больше в городской район. Я буду давать вам на жизнь по триста юаней в день, а со следующего месяца – по шестьсот.
Линь Ваньфу прикинул: сейчас, ничего не делая, он получает больше 860 юаней в день. Если число фанатов вырастет до десяти тысяч, доход поднимется до 1700 юаней. Этого вполне хватит на две семьи.
К тому же он теперь врач. Если время от времени лечить редкие и сложные заболевания, деньги всегда будут водиться. А если в этой невероятной Системе число подписчиков перевалит за миллион, то на рекламе и продажах через стриминг можно будет зарабатывать сотни тысяч в день.
После ужина Линь Ваньфу шепотом спросил у Системы:
— Ну как тебе моя невеста?
[В каком смысле «как»?] – не поняла та.
— Ну, в самом прямом!
[Разве ты не получил истинное наследие Императора Божественной Медицины? Ты что, сам не видишь её состояние?]
— Да я просто боюсь ошибиться. Она такая красавица, жила в большом городе… и при этом осталась чистой? Мне даже не верится!
[Хозяин, ты что, дурак? Тебе бы больше понравилось, если бы она была «с пробегом»?]
— Да нет же, просто за один день на меня свалилось столько чудес и такая удача, что я начинаю сомневаться в реальности происходящего!]