Глава 32 «Бешеная собака, выскочившая в прямом эфире»
Ничего не делая, получать в день по 2600 юаней – это и значит «считать деньги лежа».
— Стример, хватит просто готовить! Скажи хоть слово: сколько соли класть, сколько масла, как огонь контролировать? Дай нам поучиться.
Зрители внизу – хозяйственные мужчины и примерные жены – одной рукой готовили обед, а другой строчили комментарии в планшетах и телефонах, не сводя глаз с прямого эфира.
Стримеров-кулинаров было пруд пруди, но никто не был так хорош, как Линь Ваньфу. Именно поэтому он сумел привлечь внимание и обжор, и учеников поваров.
— Ладно, без проблем. Сейчас научу вас готовить блюдо кантонской кухни: соломку из редиса и кальмаров с молодой кукурузой. Возьмите нужное количество кукурузы, опустите в кипящую воду на минуту, с кальмарами поступите так же…
— А рыба-белка?
— А кисло-сладкие ребрышки?
— Не спешите, всё по порядку. Сначала подкиньте Маленькому Фермеру донатов, поддержите, так сказать, честную компанию.
В этот момент некий тип, листая ленту, наткнулся на стрим Линь Ваньфу. Его палец замер, и он стал молча наблюдать, как Линь Ваньфу управляется у плиты.
— О? Это же Линь Ваньфу, нищеброд чертов! Что, после университета работу не нашел? В стримеры подался? — Он услышал просьбу о донатах.
— Линь Ваньфу, нищеброд ты этакий. По старой памяти одноклассника подкину тебе пятьсот юаней. Можешь не благодарить, продолжай кривляться в своем эфире!
Услышав это, Линь Ваньфу отложил половник, чтобы посмотреть, кто из одноклассников оставил такое сообщение.
Надо же, какое совпадение – наткнуться именно на его стрим.
— Кто это тут у нас? Да, я Маленький Фермер, всё верно. Но я кормлю себя собственными руками, в отличие от тех, кто родился с золотой ложкой во рту и только и умеет, что сорить родительскими деньгами. Без мамы с папой ты кто вообще такой?
Кто бы это мог быть?
Тот тип не унимался. Сначала назвал Линь Ваньфу нищебродом, а следом припечатал:
— Нищеброд, а строишь из себя невесть что. Пятисот юаней тебе на неделю еды хватит, так что не благодари.
Эти комментарии так и сквозили желчью.
Если говорить об одноклассниках, то и в старшей школе, и в университете у Линь Ваньфу было несколько богатеньких знакомых. Он лишь гадал, кто именно из них решил над ним поглумиться.
— Великий стример, не обращай внимания на этих мерзких отбросов! Давай следующее блюдо, мы хотим учиться!
— Вот-вот, забей на этого самоуверенного урода. Вот тётушка научится готовить, и я пришлю тебе огромный донат! — Написала одна домохозяйка.
— Ладно. Собак нынче развелось много, даже в интернете так и норовят выскочить и облаять. Жуть какая, — Линь Ваньфу не услышал имени, поэтому и возиться с таким «одноклассником» не стал.
— Правильно, стример дело говорит! Видимо, чьего-то пса с цепи спустили, вот он в сеть и вылез лаяться!
— Ха-ха-ха! — Подписчики в чате так и покатились со смеху.
Наверное, тот знакомый Линь Ваньфу сейчас был готов разбить телефон.
Он скинул пятьсот юаней, а в ответ не только не получил благодарности, но и был осмеян всеми фанатами как бешеная собака. От ярости он едва не швырнул мобильный телефон об пол.
— Ма-дэ! Нищеброд проклятый, еще и строит из себя чистоплюя! Да пошел ты! Смеешь называть меня собакой? Только попадись мне в городе – живым в свою деревню не вернешься!
Полдень!
Родители Линь Ваньфу вернулись домой.
Коробки со свадебным печеньем, конфетами и сигаретами «Двойное счастье» с помощью деревенских парней перекочевали в дом.
Помимо сладостей, Линь Тяньфань и остальные притащили компьютер, принтер и огромный холодильник. В маленьком одноэтажном доме стало совсем тесно.
Тех парней, что помогали, Линь Ваньфу оставил на обед.
Потому что позже у мамы Линь Ваньфу будет для них еще одно задание.
Да, она хотела, чтобы они помогли разнести свадебное печенье и конфеты по всей деревне, в каждый дом.
— Сын, тут Линь Е и остальные говорят, что ты купил му земли под застройку за шестьсот тысяч юаней… Не слишком ли дорого? — Отец Линь Ваньфу немного сокрушался о таких тратах.
По логике вещей, красная цена там была тысяч триста, а Линь Ваньфу словно деньги ему девать было некуда, выложил двойную цену.
— Папа, скоро ты всё поймешь. А пока ищи людей, будем строить там виллу, чтобы к Новому году уже переехать. И родители Мо Линъэр пусть с нами живут, буду о вас всех заботиться, — сказал Линь Ваньфу, обращаясь к Мо Лэю.
— Линъэр сказала, что подыщет дизайнера. Я думаю, вы, молодые, сами этим занимайтесь, мы-то за модой не поспеваем, — ответил отец Линя.
— Что планируешь сажать на тех тридцати му? Линь Е сказал, ты на стримах за раз больше двадцати тысяч заработал, это правда? — Мо Лэй смотрел на Линь Ваньфу взглядом, полным невероятного удивления.
Он и подумать не мог, что его будущий зять такой способный. Продавать кукурузу, красная цена которой юань с небольшим, по десять юаней за цзинь… Это казалось ему золотой жилой.
Он уже твердо решил: не пойдет больше вкалывать на стройку, а останется здесь, будет помогать Линь Ваньфу с земледелием.
— Скажу еще раз: будем выращивать органические овощи. Ну же, давайте обедать, пока всё горячее, — обратился Линь Ваньфу к собравшимся.
— Вот этих слов я и ждал!
Линь Тяньфань уже сидел за столом, глядя на гору деликатесов. В животе у него вовсю урчало, но, пока хозяин дома не взял палочки, приступать к еде было неудобно.
— Вкусно! Класс! Куда там уличным закусочным, у тебя во сто крат лучше!
Парни принялись уплетать еду за обе щеки.
— Братец, а собачатину ты готовить умеешь? Мой пёс дома за месяц загрыз несколько кур. Мама велела его забить. Давай вечером забабахаем казан собачатины, выпьем по паре капель, а? — Линь Вэньгэнь с наслаждением прожевывал кусок мяса в соусе, и лицо его так и светилось от удовольствия.
— Твой пёс? Ты же говорил, у тебя чистокровная овчарка? С чего бы ей кур грызть? — Спросил Линь Ваньфу, вспомнив, что у того и правда жила овчарка.
— Да откуда я знаю! Подозреваю, что кровная линия там не очень чистая. Отдал за нее пятьсот юаней, походу перекупщик меня кинул.
Линь Вэньгэнь сглотнул слюну и добавил:
— Невестка Линъэр, ты собачатину ешь? Если да, я прямо сейчас пойду прирежу его!
— … — Линъэр, с аппетитом обедавшая, только и смогла, что лишиться дара речи.
Вообще-то она не ела собачатину. У нее дома жила простая дворняга, очень послушная и милая, поэтому она любила собак и не представляла их в качестве еды.
Когда Линь Ваньфу услышал, что Линь Вэньгэнь хочет пустить овчарку на мясо, в голове у него созрел план.
Если искусство приручения зверей и правда заставляет животных слушаться, то почему бы не забрать этого пса себе? Пусть охраняет дом, поля и разгоняет диких кабанов.
Конечно, Линь Ваньфу и сам подумывал купить китайскую деревенскую собаку.
Но раз подвернулся готовый вариант, упускать его не хотелось.
— Сделаем так: отдай собаку мне на пару дней. Если будет слушаться – оставлю себе, а если нет – тогда и зажарим ее вместе под выпивку, — предложил Линь Ваньфу, желая испытать свои новые способности.
— Идет! Сейчас притащу его к тебе во двор, — кивнул Линь Вэньгэнь.
— Ешьте скорее. Потом пойдем раздавать свадебные гостинцы, — сказал Линь Ваньфу.
— Мне тоже идти? — Спросила Мо Линъэр.
— Конечно! Пойдем вместе. Пусть все в деревне знают, что ты – моя жена.
А затем Линь Ваньфу добавил:
— Сначала закончим в моей деревне, а потом пойдем в твою. Пусть и там все знают, что я – твой муж!