Глава 926 - Род Цинь ошибался!
Сколько бы раз владыка павильона ни обращался в кровавый туман, даровавшую самообладание гордыню как рукой сняло. В его груди закипела первобытная, слепая ярость.
— Цинь Удао! Я…
*Бум!*
— Да послушай же ты…
*Бум-м-м!*
— Сука, да я тебя…
*Бум-м-м-м-м!!!*
Пустыня превратилась в изрытое месиво, иссеченное бездонными ущельями и кратерами. Цинь Удао швырял владыку павильона в поднебесье, точно тряпичную куклу, а затем с чудовищным размахом вбивал обратно в твердь.
Бесконечные барханы содрогались в судорогах. Каждое падение отзывалось в ушах оглушительным, сокрушающим рокотом, подобным раскатам грома посреди ясного дня.
Цинь Удао в очередной раз сжал горло владыки павильона и со всей дури вогнал его в песчаную толщу. Взметнувшаяся до самых облаков туча сухого вихря окрасилась в алый цвет — в ней распылились остатки плоти его противника.
*Ву-у-унг…*
На этот раз процесс регенерации заметно замедлился. Когда плоть снова соткалась в единое целое, лицо владыки павильона было мертвенно-бледным. В его налитых кровью глазах впервые мелькнул липкий, животный страх.
Но испугала его не сила ударов Цинь Удао.
Он почувствовал, как иссякает, истончается питавшая его воля Небесного Законоположения!
Если эта сила иссякнет окончательно, то как он сохранит свое бессмертие?!
Кровь, что он веками по капле собирал из жил членов Рода Цинь, вознесла его могущество на небывалую высоту, но сама суть его неуязвимости держалась исключительно на воле Небес.
Ни одно смертное существо не способно жить вечно. Но Небо — может!
И теперь эта всемогущая вышняя сила неумолимо утекала?!
Лицо владыки павильона исказилось. Он отчетливо понял: если не покончить с Цинь Удао прямо здесь и сейчас, Небесное Законоположение попросту отречется от него и выбросит за ненадобностью!
Сжав зубы, он взмахнул рукой.
Песчаное море под их ногами закипело, расступаясь в стороны. Древние барханы распахнулись, обнажая скрытые в недрах земли тайны.
Взору открылись тысячи иссушенных, мумифицированных трупов. Кровь, выжатая из этих несчастных до последней капли, стекала в рукотворную ложбину, образуя дымящееся багровое озеро.
Пальцы владыки павильона сплелись в древнем мистическом знаке. Багровое озеро моментально забурлило, превращаясь в густой кровавый пар, который устремился к нему и впитался в каждую пору его тела.
С каждым вдохом этого алого тумана его аура раздувалась, словно готовый взорваться нарыв. Глаза налились нечеловеческим багрянцем, а каждый взмах кулака сопровождался оглушительным схлопыванием воздуха.
— Это еще не все! — взревел владыка павильона, исказив лицо в жуткой гримасе. — О Небесное Законоположение! Помоги мне в последний раз! Позволь мне стереть эту тварь из бытия!
*Бум-м-м!!!*
Вспыхнул слепящий, колючий белый свет. Он въелся в багровое марево, окутавшее владыку павильона, переплетаясь с ним в единый смертоносный кокон.
Дико взирая на стоящего неподалеку Цинь Удао, тот захлебнулся восторженным хриплым криком:
— Перемещение!
Столб нестерпимого сияния поглотил обе фигуры. Когда свет рассеялся, под их ногами оказалась бесконечная, поросшая сочной травой равнина незнакомого мира.
Владыка павильона искривил губы в злорадной ухмылке:
— Видишь?! Вот она — истинная мошь Небесного Законоположения! Оно способно перенести нас даже на абсолютно новую, нетронутую планету! Цинь Удао, ты силен, я признаю это. Но тебе никогда не одолеть само Небо! Мое предложение все еще в силе! Отступись от притязаний на владение миром — и твори, что душе угодно! Но если продолжишь упорствовать…
Белоснежное сияние вокруг него вспыхнуло с новой силой, взрывая и вырывая пластами дерн на сотни метров вокруг.
— …я лично заставлю тебя сдохнуть!
— Заставишь сдохнуть? — Цинь Удао лишь снисходительно улыбнулся.
Только что через Систему Корпоративного Раба он получил исчерпывающую информацию об этом месте. Это была совершенно новая планета, буквально только что сотворенная волей Небесного Законоположения.
Имея под рукой функцию призыва Системы, Цинь Удао мог вернуться в родной мир в любую секунду. Да и помимо Системы у него имелся черный ларец. Он позволил перенести себя сюда лишь из чистого любопытства — хотел посмотреть, на какой еще отчаянный фокус способен его оппонент.
*Хрусь! Бум-м-м!!!*
Безупречно чистое лазурное небо мгновенно затянуло свинцовыми тучами, прошлась оглушительная канонада грозовых разрядов. Казалось, сам небосвод содрогается от гнева.
*Ш-ш-ша!*
Владыка павильона лениво повел клинком — и стоящая вдалеке горная вершина бесшумно срезалась, сорвавшись вниз каменным обвалом.
— Смотри и трепещи! Такова воля Небес, и тебе ее не изменить! Наверное, ты думал, что смог сдержать мои прошлые выпады? Но с этой силой ты не справишься никогда!
Его взгляд окончательно утратил разум. Опьяняющий приток невероятного могущества кружил голову, заставляя уверовать в собственную непогрешимость. Прежде он никогда не ощущал ничего подобного. Казалось, стоит лишь пожелать — и весь мир падет к его ногам!
«Значит, я был прав… — Алые искры в его зрачках вспыхнули с новой силой. — Служить Небесному Законоположению — единственный верный путь! Род Цинь совершил роковую ошибку, восстав против Небес! И лишь я один оказался прав! Пока я жив, Род Цинь будет процветать!»
Цинь Удао расправил плечи и небрежно бросил:
— Ну что, закончил навешивать на себя усиления?
— Что? — Владыка павильона не совсем понял чужеродное слово, но пренебрежительную интонацию уловил мгновенно. Сжав челюсти, он выцедил: — Ты думаешь, тот удар, снесший гору, был пределом моих возможностей?!
— Вовсе нет, — покачал головой Цинь Удао.
Он неторопливо снял с пальца одно из колец и отправил его в хранилище, взамен надев другое.
Он снял кольцо, подавляющее Безумную Кровь.
И надел Кольцо Критического Удара.
Находясь в этом мире, пропитанном клише романов о раскаянии, Цинь Удао никогда не забывал о вероятности столкнуться с шаблоном каком-нибудь «возвращения древнего бессмертного». Чувство скрытой угрозы подспудно присутствовало всегда. По этой причине, с кем бы он ни сражался, он ни разу не выкладывался даже наполовину. Кольцо, сдерживающее Безумную Кровь, колоссально урезало его показатели — просто потому, что до сих пор не находилось противника, достойного его полной мощи.
Что уж говорить про Кольцо Критического Удара.
Но сейчас они находились на необитаемой планете, а перед ним стоял так называемый глашатай Небесного Законоположения. Грех было не воспользоваться таким шансом.
— Честно говоря, я и сам не ведаю, насколько разрушительной стала моя сила. Надеюсь лишь, что твое Небесное Законоположение окажется достаточно крепким и не развалится от первого же удара.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха!
Услышав это, владыка павильона оглушительно расхохотался. Он хохотал так истово, что из глаз брызнули слезы.
Может ли смертный быть сильнее самого Неба?! Что за бред несет этот безумец?!
*Бум-м-м-м!!!*
Внезапно глаза Цинь Удао налились густым, нечеловеческим багрянцем. Вырвавшаяся из него волна концентрированной жажды крови материализовалась физически, мгновенно окрасив весь этот мир в цвета свежей мертвечины.
Воздух затопили стенания и вопли миллиона терзаемых душ, доносящиеся из самых глубин преисподней.
— Ч-что… что это за дьявольщина?! — Услышав жуткие стенания и увидав, как реальность вокруг скручивается в кровавый узел, владыка павильона остолбенел.
Откуда в одном человеке может быть СТОЛЬКО убивающей лютости?! И почему от одной лишь смены какого-то вшивого кольца его аура раздулась до небес?!
«Нет, неважно! Я — глашатай Небес! Я не могу проиграть!» — Владыка павильона мотнул головой, прогоняя липкий подступающий ужас, и сжал рукоять меча. Белое сияние Небес и багровая аура крови сплелись на его лезвии в ослепительный вихрь.
— Цинь Удао! У меня нет времени на твои фокусы! Сдохни-и-и!!!
Он с диким криком взметнул клинок и обрушил всесокрушающий рубящий удар прямо на стоящего напротив юношу.
*Ш-ш-ша-а-а!*
Краски мира мгновенно потускнели. Вся планета оказалась поглощена исполинским, ослепительным росчерком меча. Казалось, в этот миг во вселенной смокли абсолютно все звуки.
Спустя вечность, когда свет угас, а к миру вернулись прежние цвета, на месте удара образовался гигантский провал длиной в десятки тысяч километров. Планета буквально разверзлась, расколотая до самого основания!
Лицо владыки павильона исказилось в безумном экстазе. Глядя на дело рук своих, он дрожал от всепоглощающего восторга.
Если эта сила останется с ним навсегда, то даже если перед ним предстанет истинный бессмертный — разве сможет он что-то противопоставить?!
«Да! Служить Небесному Законоположению — вот единственный верный выбор!»
И, судя по всему, в этот последний оскал клинка само Небесное Законоположение вложило свою волю! Оно во что бы то ни стало вознамерилось стереть Цинь Удао с лица земли!