Глава 709 - Башня Зеленого Листа
Минуту спустя из подворотни выковылял избитый Цинь Цзыжуэй. Он утирал сопли, бурча под нос:
«Ну подожди у меня! Вернемся в наш мир, я попрошу родителей всыпать тебе по первое число! За что ты вечно бьешь меня по моему прекрасному лицу?!»
— А? Ты что-то шептал, Цзыжуэй? — с улыбкой повернулся Удао.
— Ничего! — замахал руками тот. — Я говорю: отлично врезал, брат!
— Приятно видеть твою осознанность, — улыбнулся Удао. — Запомни, это всё ради твоего же блага.
— Запомню! Навек запомню!
Довольный Удао повел брата прямо в переулок Развлечений. Как и говорил Цзыжуэй, физиономия Молодого Маршала открывала здесь любые двери — ведь раньше Удао был главным повесой Личэна.
— Молодой Маршал-а-а-а! Вы снова к нам! Идите скорей!
— Мы так скучали-и-и!
Сладкие, опьяняющие женские голоса отовсюду ласкали слух. Воздух был густо пропитан духами. Девушки в облегающих чеонсамах кокетливо пускали табачный дым, выставляя напоказ стройные ножки, а некоторые и вовсе нарядились в матроски да школьные формы, ублажая самые извращенные вкусы богатеев. Но каждую из этих красоток объединяло одно — все они до единой узнали Цинь Удао!
Цзыжуэй только завистливо сопел: всю выгоду забирает этот гад, а ему достаются лишь побои! Ну ничего, сегодня весь переулок узает о Непобедимом Втором Гоподине Цинь! Еще в Цзянбэе он соревновался со стариком из семьи Шэнь в сауне, пока того не увезла скорая! Настало время повторить триумф!
Пока они шли, Удао снисходительно махал ручкой соблазнительницам, но к диву девиц, ни к кому не прикоснулся.
«Молодой Маршал изменился?.. — зашептались девки. — А грудь-то какая стала крепкая…»
Некоторые куртизанки ахнули, сжав бедра. Ведь раньше Цинь Удао спасал их: платил щедро, да еще и выслушивал бытовые беды, высылая адъютантов на помощь их бедствующим семьям. Для них он был почти божеством.
По памяти Удао привел брата к «Башне Зеленого Листа» — самому высококлассному заведению города. На первом этаже здесь слушали оперу, а настоящие развлечения начинались с третьего.
При виде гостей слуга у входа расплылся в подобострастной улыбке:
— Молодой Маршал! Проходите, просим!
Заведя их внутрь, он виновато шепнул:
— Господин, госпожа Жуань Ли сейчас на сцене, поет для высокопоставленных гостей, но для вас…
— Неважно, найди пару девиц для моего брата, — перебил Удао, указывая на Цзыжуэя, и сам уселся за свободный столик на первом этаже.
Слуга обомлел. Раньше Молодой Маршал всегда требовал к себе главную приму заведения.
На сцене в этот момент выступала женщина в белоснежном оперном одеянии. Изгибы ее тела, гордая осанка, изящные жесты пальцев — всё выдавало в ней не просто артистку, а аристократичную диву. Ее лицо было покрыто традиционным гримом, но сквозь него проглядывала ослепительная, гордая красота. Это была прима Башни — Жуань Ли.
Раньше Удао буквально преследовал её, но она продавала лишь искусство, отвергая его ухаживания.
И вдруг — ноль внимания?
Пока слуга тупил, Цинь Цзыжуэй выгреб из кармана горсть серебряных монет и впихнул ему в руки:
— Ты что, оглох?! Пошел живо за девками!
Увидев столько серебра, слуга от счастья едва не потерял сознание и мигом умчался.