Глава 620 - Сожаления прошлых дней
*Динь-дон...*
[Поздравляем Хозяина с уничтожением Избранника Судьбы!]
[Награда: Сила +2000]
[Награда: Попытки обратного призыва +50]
[Награда: Статус Верховного Милитариста]
[Награда: Пилюли долголетия +10]
[Награда: Навык «Регенерация конеченостей»]
Награды Системы в этот раз оказались невиданно щедрыми. Единственное, что смутило Цинь Удао — статус милитариста. Ему ведь уже давали нечто подобное? Зачем второй?
В его голове тут же зазвучал лебезящий голос Системщика-Пахаря:
— Босс, не извольте беспокоиться! Всё, что есть у других, у вас должно быть в сто крат лучше! Эта регенерация куда круче, чем у того чешуйчатого недоразумения!
Системщик-Раскаяние:
— Хе-хе, точно-точно! Босс, это я накликивал! Я старался! Берите всё, а если не надо — я насильно запихну!
Системщик-Донат:
— Босс, не верьте этой крысе! Раскаяние просто вину заглаживает за то, что слил обратные коробки Лю Жуянь и остальным бабам!
Системщик-Злодей:
— Подтверждаю!
Системщик-Пожиратель:
— Угу!
Цинь Удао не стал вступать в перепалку со своими системными гномами. Он обернулся к стоявшим позади людям.
Отряды Секты «Дэнтяньмэнь», Семьи Чжоу и Храма Аида состояли из элиты. Как бы ни старались солдаты Ши Чанфэна, бой завершился за считанные минуты.
Закончив зачистку, наёмники и мастера выстроились в ровные шеренги. В их глазах горело фанатичное поклонение.
Многие из них раньше слышали о Цинь Удао лишь из легенд. Но сегодня они увидели всё своими глазами.
Остановить на таран броневик и голыми руками размозжить космического мутанта...
Если сейчас Цинь Удао скажет, что может по щелчку пальцев уничтожить планету, эти люди поверят ему без тени сомнения.
— Все отлично поработали, — с мягкой улыбкой произнёс Цинь Удао.
— РАДЫ СЛУЖИТЬ!!! — громовой клич сотряс скалы.
— По возвращении передайте руководству: все премейные выплачиваются в десятикратном размере. Кроме того, каждый, кто сегодня пролил кровь, получит флакон с генетической сывороткой.
— СПАСИБО, ГОСПОДИН ЦИНЬ!!!
Услышав о десятикратной оплате и редчайших сыворотках, люди окончательно потеряли голову от восторга.
Несокрушимая сила, невероятная щедрость, жестокость к врагам и забота о своих — именно о таком лидере мечтает каждый войн! Теперь, укажи им Цинь Удао на штурм любой столицы мира, они пойдут не задумываясь.
Канарейка, слушая, как толпа скандирует имя Цинь Удао, слегка поморщилась. Ей показалось это недостаточно выразительным.
Шагнув вперёд, она приложила кулак к груди и во весь голос выкрикнула:
— ВЕРНОСТЬ!
Наёмники на секунду опешили, а затем в едином порыве взревели, отчего с гор осыпались камни:
— ВЕРНОСТЬ! ВЕРНОСТЬ! ВЕРНОСТЬ!
Цинь Удао с улыбкой ответил на приветствие и перевёл взгляд на Канарейку. Та хитро мигнула ему лучистыми глазами, выглядя невероятно мило и подкупительно.
Циньлуань У и Суйюйин, наблюдая за этой картиной, печально опустили головы.
Они снова проиграли Канарейке. И тогда, в прошлом, и сейчас — её верности и острому уму у них не было равных.
Отдав распоряжения, Цинь Удао подозвал ключевых фигур:
— Вы выдвигаетесь в Киото и ждёте моих указаний. Минчжэ, расставь людей.
Лю Минчжэ кивнул:
— Сделаю, босс. ЧАсть людей я отправлю охранять Бар «Роза», наши объекты Семьи Лю, а также Семью Тянь и Семью Чу. А когда ты вернёшься — официально объявим войну Хо Тяньсюну! Посмотрим, с какой стати этот выскочка решил, будто достоин возглавить План «Два Дракона».
В глазах Лю Минчжэ читалось презрение.
Он был рождён злодеем, и признал Цинь Удао лишь потому, что тот подавил его своей абсолютной, нечеловеческой силой и способностью воскрешать мёртвых с помощью Кольца Ада.
А Хо Тяньсюн? Для Лю Минчжэ он был никем.
Годы назад Лю Минчжэ сам чуть не стал участником Плана «Два Дракона», но Первое Кресло отбраковало его — не из-за слабости, а из-за чрезмерной жестокости.
Поэтому Лю Минчжэ считал Хо Тяньсюна мелкой сошкой, неспособной даже стоять в тени Цинь Удао.
Цинь Удао кивнул, затем подошёл к Анжеле и Канарейке. Он нежно поцеловал обеих девушек в лоб:
— Ждите меня в Киото.
— Да, мой Бог! — Анжела молитвенно сложила руки на груди.
Канарейка же надула губки, приблизилась к самому уху Цинь Удао и шепнула:
— Вредный наставник... В прошлый раз ты меня использовал и сбежал! На этот раз я тебя никуда не отпущу! Я сделаю так, что ты три дня с крова встать не сможешь!
Цинь Удао едва не поперхнулся.
Он вспомнил их прошлую ночь, когда Канарейка со слезами молила о пощаде...
— Не смей вспоминать! — заметила его ухмылку Канарейка и покраснела до корней волос, закрыв его лицо ладошками. — То была случайность! Я подготовилась и изучила кучу теорий! Теперь я вернусь как королева!
— Ладно-ладно, королева... — Цинь Удао потрепал её по голове, обменялся взглядом с Лю Минчжэ и шагнул в глубину ущелья.
Ли Пяомяо смотрела ему вслед с немой тоской. Как бы ей хотелось, чтобы он и с ней был так же ласков... Если бы не то глупое недоразумение! Сто жизней перерождений! Разве хоть одна женщина могла сравниться с ней по глубине чувств к Цинь Удао?!
Но она сама всё разрушила...
Её прекрасное тело дрожало, сердце разрывалось от запоздалого раскаяния и адской боли.
Циньлуань У и Суйюйин испытывали те же муки. Они были его ученицами, они должны были стоять рядом с ним и греться в лучах его теплоты вместе с Канарейкой. Но они своими руками оттолкнули своего Наставника.
И сколько бы они ни пытались искупить вину, эта боль жгла их изнутри.
Глядя на удаляющуюся спину Цинь Удао, Циньлуань У заколебалась, а затем несмело подошла к Канарейке:
— Младшая сестра... Не могла бы ты замолвить за нас слово перед Наставником?..
— Стоп-стоп-стоп! — Канарейка тут же замахала руками, прерывая её. — Даже не начинай! Я еле-еле... Кхм! Я с таким трудом заслужила прощение Наставника! Если я начну просить за вас, он и на меня прогневается! Так что никаких заступничеств. И вообще...
Канарейка насмешливо прищурилась:
— Вы ведь, кажется, уже нашли себе нового «наставника»? Вот у него и просите!