Глава 229 - Осмелился сойтись со мной в ближнем бою?
— Цинь Удао… — Лю Минчжэ опасно прищурился, от его фигуры веяло гибельным холодом.
В этот момент зазвенел телефон Гу Шаоцина. Быстро выслушав собеседника, он с озабоченным лицом подошёл к Лю Минчжэ и шепнул:
— Брат Лю, Тянь Пиншэн привёл людей. Цинь Удао всерьёз намеревается запереть нас здесь. Предлагаю уходить, пока они не сомкнули кольцо. Я заранее забронировал номера в отеле. Выберемся — и сможем нанести ответный удар. В отличие от этого психованного Цинь Удао, который палит без разбора, мы не можем позволить себе действовать бездумно!
Лицо Лю Минчжэ менялось в цвете. Поколебавшись пару секунд, он поднялся со стула:
— Что ж, господа, вижу, у вас тут собственные разборки. Не смею мешать. Когда уляжется пыль, я вернусь, и мы договорим о свадьбе.
С этими словами Лю Минчжэ направился к выходу. Гу Шаоцин бросил на Цинь Удао многозначительный взгляд и проследовал за ним.
Родственники Семьи Ан хотели было остановить Лю Минчжэ, но в сложившейся обстановке они боялись даже подать голос.
Едва Лю Минчжэ и его люди покинули банкетный зал, Старейшина Юга выступил вперёд и с ненавистью уставился на Цинь Удао:
— Цинь Удао! Я знаю, что за твоей спиной стоит Корпорация «Иньлун» из Моду! Но думаешь, это даёт тебе право творить беспредел?! Наши древние кланы давно заключили пакт с высшим руководством страны! Мы не подсудны мирским законам, и если смертные вроде тебя смеют поднимать на нас руку, мы имеем полное право…
Старейшина Юга сорвался на полуслове. Ибо Цинь Удао поднялся со своего места.
В то же мгновение, когда Цинь Удао встал в полный рост, на помещение обрушилась настолько чудовищная, подавляющая аура, что Старейшина Юга невольно отшатнулся на несколько шагов.
На его лице застыл дикий ужас. Подобное давление он ощущал лишь от прославленных Великих Мастеров старой школы. Это было удушающее, давящее чувство. Но Цинь Удао отличался от них: от него разило такой концентрированной, кровавой жаждой убийства, которую можно было заковать лишь ценой тысяч отнятых жизней!
Цинь Удао усмехнулся:
— Не подсудны мирским законам? Вы и впрямь возомнили себя пупом земли?
Старейшина Юга, пересилив страх, процедил:
— Что ты понимаешь, сопляк?! Ты слишком молод и не ведаешь тайн этого мира! Этот мир куда шире и опаснее, чем ты способен вообразить! Будь ты хоть трижды президентом корпорации, перед нашими древними родами ты лишь…
*ШУ-У-УХ!*
Раздался оглушительный свист рассекаемого воздуха.
Ещё секунду назад сидевший за столом Цинь Удао в миг оказался прямо перед носом Старейшины Юга!
Но тот не даром носил звание мастера боевых искусств. Поражённый невероятной скоростью врага, он тем не менее мгновенно среагировал. Его кулак, окутанный синеватым свечением внутренне энергии, вылетел вперёд с грохотом раскатистого грома, рассекая воздух.
«Знает, что я мастер боевых искусств, и всё равно смеет сойтись со мной в ближнем бою?! Сам напросился… А-а-а-а-а-а!»
Торжество старейшины не пролилось и доли секунды, сменившись диким, нечеловеческим воплем. Его кулак даже не коснулся лица Цинь Удао — встречающий удар Цинь Удао просто вдребезги размозжил его руку!
Кисть вместе с предплечьем превратилась в кровавую кашу, брызнув во все стороны обломками костей и мясо.
Цинь Удао добродушно улыбнулся:
— А ты крепкий орешек. Крепче обычных!
С этими словами его огромная ладонь стальными клещами сомкнулась на горле Старейшины Юга. Используя мастера как живой таран, Цинь Удао с размаху обрушил его тушу на толпу сектантов Секты «Сяньхэ»!
*Бум! Бум! БУМ!*
Лишь Старейшина Севера успела отскочить, остальные же приняли на себя всю силу удара импровизированного снаряда. Зал заполнился хрустом ломающихся костей и воплями боли. Хвалёные мастера перед лицом Цинь Удао выглядели беспомощными куклами.
Ан Цзинвэнь наблюдала за этим с широко раскрытыми глазами. Она знала, что Цинь Удао силен, но чтобы его физическая оболочка обладала настолько чистой, нечеловеческой мощью?! Атаки сектантов, напитанные внутренней энергией, попадая по Цинь Удао, производили эффект лёгкого поглаживания — они не то что не могли нанести рану, но даже не заставили его отступить ни на сантиметр! При этом сам Цинь Удао вообще не задействовал внутреннюю энергию.
«Он что… настоящий монстр?!»
Сначала Лю Минчжэ, ловящий пули голыми руками, теперь Цинь Удао, крошащий боевых мастеров словно цыплят. Здесь не было техники — лишь абсолютная, превосходящая сила и скорость. Через пару секунд все тридцать элитных учеников секты были буквально впечатаны в стены зала.
А Старейшина Юга превратился в бесформенный мешок с костями, в котором не осталось ни единого целого сустава.
*ХЛОП!*
Цинь Удао брезгливо бросил его останки на пол и повернулся к забившейся в угол, дрожащей Старейшине Севера.
— Где именно проводится ваше это… Собрание Древних Боевых Искусств?
Женщина замерла. От пережитого ужаса её душа едва не покинула тело. Лишь когда Цинь Удао шагнул к ней, она очнулась.
— Я повторяю вопрос: где пройдёт собрание?
— На… на горе Тяньцзюэ… возле Киото…
— Понятно, — Цинь Удао улыбнулся. — Спасибо за содействие.
— Не… не за что… — пролепетала Старейшина Севера, трясясь всем телом. — Го… господин… вы… вы ведь не убьёте меня?
— Не глупи, тётушка, — мягко ответил Цинь Удао. — Я не убиваю женщин. Иди.
— Ох… Спасибо!
Старейшина Севера была моложе остальных старейшин и к тому же являлась женщиной. Улыбка Цинь Удао заставила её поверить в спасение. Она облегчённо перевела дух и поспешно развернулась, шаг за шагом отдаляясь от монстра. Но едва она повернулась спиной, в её глазах вспыхнула лютая, ядовитая ненависть.
«Как только я вернусь в Секту "Сяньхэ", я подниму всю обитель и мы вернемся за твоей головой! Ты думаешь…»
*БУМ!!!*
Додумать мысль она не успела. Страшный, сокрушительный удар пришёлся ей прямо в лопатки.
Это был изувеченный труп Старейшины Юга, который Цинь Удао с силой пинал ей вслед, словно футбольный мяч!
— Кха-а-а! — из её рта брызнул фонтан крови, женщина пробила собой каменную статую и замерла без движения.
Цинь Удао, отряхнув носок туфли, спокойно заметил:
— Терпеть не могу, когда шипят за моей спиной.
Затем он перевёл взгляд на сжавшихся от страха членов Семьи Ан:
— Вы ведь тоже слышали, как она шептала гадости про меня за моей спиной?
Родственники Ан Цзинвэнь закивали с такой частотой, словно были заводными куклами:
— Слышали! Слышали! Она точно говорила про вас гадости!
— Да-да! Отпетые гадости!
— Туда ей и дорога!
— Рассчиталась по заслугам!
Цинь Удао удовлетворенно кивнул:
— Вот и я о том же. Заорала на весь зал, конечно вы слышали.