Глава 1314 - Какое ещё Путь Бездушия?
Академия «Лазурный Дракон».
После прошлых событий атмосфера в учебном заведении стала невыносимо тяжелой. На лицах студентов не было и тени улыбок — лишь сплошная, давящая злоба. Действия Цинь Удао буквально смешали честь их Академии с грязью.
Поскольку преподаватели сквозь пальцы смотрели на выходки учеников, те начали устраивать вылазки и нападать на студентов Императорской Академии. Столкновения происходили ежедневно, с обеих сторон хватало раненых.
Но даже побеждая в драках, ученики «Лазурного Дракона» не испытывали радости. Ведь каждый раз разбитые соперники лишь ядовито ухмылялись им в лицо:
— О-о, глядите-ка, опять эти из «Лазурного Дракона»! Надо же, ваших элитных отродков и даже группу преподавателей наш старший брат Удао раскатал в тонкий блин!
— Какая ещё великая Академия? Обычное сборище пустых балаболов!
— И не говори! Ещё и мстить приперлись, ха-ха! Ну победили вы нас — и что? Поглядеть на вас — да вы же до смерти напуганы старшим братом Удао!
— Не были бы напуганы — не срывали бы злобу на рядовых учениках!
— Ха-ха-ха! Поумоляйте нас! Встаньте на колени, и мы попросим старшего брата Удао проявить к вам милосердие, когда он вернется!
Слова эти ранили больнее клинков. И победа превращалась в кошмар.
…
Заброшенный корпус Академии.
Старик всё так же размеренно подметал опавшие листья. Внезапно перед ним возникла невероятно красивая женщина.
На ней было элегантное синее платье, идеально подчеркивавшее изящную, грациозную фигуру. Мягкий небесный оттенок ткани придавал её образу нежность и чистоту, а легкий шлейф колыхался от дыхания ветра, наводя на мысли о возвышенной академической утонченности. Утонченные черты лица, ясные, исполненные глубокого спокойствия глаза — вся она дышала мудростью и мягкостью наставника.
Это была Дуань Юймэй.
Она смотрела на старика со сложным чувством:
— Дядя… Почему вы никогда не говорили, что находитесь здесь?
Старик поднял голову и вздохнул:
— Юймэй, а что изменилось бы, знай ты об этом?
— Но вы должны были сказать! — в голосе женщины прорезались истеричные нотки. — Неужели Божественная Сила Бездушия настолько сильна, что вы забыли о кровном родстве?!
— Хе-хе, — ухмыльнулся старик. — Сильна ли она — не знаю. Но душевный покой дает точно. Кстати… а где твой Замок Сердечной Связи? Он ведь исчез, верно?
— Замок?.. — пробормотала Дуань Юймэй. — Откуда вы знаете?.. Неужели… Неужели он исчез из-за…
«Точно! Так и есть!»
Дуань Юймэй озарила страшная догадка, и её голос задрожал:
— Удао… Он приходил к вам?!
— Да, приходил, — не стал скрывать старик. — Хороший у тебя был ученик. Он так и не принял Силу Бездушия до конца, но, используя пытку этого Пути, сорвал с себя Замок Сердечной Связи. Живьем вырвал из груди. Ты ведь должна была почувствовать это ещё тогда? И только спустя столько лет до тебя дошло?
— Вырвал?.. — Дуань Юймэй побледнела как полотно.
Она слишком хорошо знала, какую адскую боль приносит попытка вырвать Замок Сердечной Связи! Но она и помыслить не могла, что Цинь Удао пойдет на такую крайность! В этом ведь не было необходимости! Она ведь всегда считала его своим учеником!
Почему?..
— Хочешь спросить, зачем он это сделал? — старик посмотрел на неё с искренней жалостью и презрением.
Дуань Юймэй подняла на него растерянные, полные слез глаза.
— Юймэй, ты выросла точно такой же глупой, как моя невестка. Ты свято верила, что не причиняешь ему вреда, а сама планомерно уничтожала его. Он предпочел вытерпеть адскую муку сорока девяти дней, лишь бы порвать связь с тобой! Неужели ты до сих пор не поняла, насколько глубоко ранила его? К чему сейчас эти слезы? Позднее раскаяние не стоит и ломаного гроша. Прошло слишком много лет. Уж слишком поздно.
— Нет! Не поздно! — закричала Дуань Юймэй, точно уколотая иглой. — Я всё исправлю!
Старик окинул её холодным взглядом:
— Парень вырвал сердце, чтобы забыть тебя, а ты веришь, что всё можно вернуть?
— Я не виновата! — глаза женщины налились кровью. — Он обижал другого ученика! Что я должна была делать?! Я наставница, я обязана быть справедливой!
— Справедливой? — Старик качнул головой. — Или ты просто хотела продвинуть более талантливого, чтобы не терять лицо? Ты сама знаешь ответ. И ещё… тот парень, Удао — он хотя бы раз лично признался, что избивал младшего?
— Он признался! Он сам сказал!.. — Дуань Юймэй окончательно разразилась всхлипами.
— Делай что хочешь, — махнул рукой старик и побрел прочь.
Дуань Юймэй долго смотрела ему вослед, пока её глаза не вспыхнули безумной надеждой:
«Тогда я умоляла его стать моим учеником… Почему я не могу сделать это снова?! Мы просто сделаем вид, будто ничего не было! Начнем с чистого листа! Да! Я поиграю в строгую наставницу, шутливо подразню его, скажу больше не обижать младшего… Ему ведь нравилась такая легкая атмосфера! Точно, так и сделаем!»
Она шептала эти безумные речи, окончательно погружаясь в собственную иллюзию.
Верхний ярус главного корпуса Академии.
Здесь собрались так называемые «Семенные ученики» — элита элит.
— Вэньтянь! — строгая девушка хмуро посмотрела на юношу. — Ты говорил, что Цинь Удао был твоим старшим братом. Каким он был человеком?
— Я… — Вэньтянь горько улыбнулся, и в его глазах прошмыгнул глубоко запрятанный «ужас».
Заметив этот взгляд, остальные ученики мгновенно вспыхнули:
— Так и знала! Порядочный человек не стал бы творить подобное! Мы хотели проявить к нему уважение ради тебя, Вэньтянь, но теперь вижу — жалеть его нельзя!
— Друзья! — испуганно запричитал Вэньтянь. — Я ведь ничего не сказал! Не поймите неправильно! Старший брат… он неплохой человек!
— Довольно! — отрезала девушка. — Ты слишком добр, Вэньтянь! Но в нашем мире доброта — это слабость!