Глава 1262 - «Правда» выплывает наружу
Новость о том, что профессор Е Минъюй выгнала Е Ханя из числа своих учеников, молниеносно облетела всю Академию. Но куда важнее было другое: грязь, которой так долго поливали Цинь Удао, наконец-то смыли дочиста!
Студенты наперебой обсуждали случившееся:
— А этот Е Хань оказался той ещё гнидой! Надо же было так подставить Цинь Удао! Неудивительно, что Удао вернулся с такой дикой жаждой крови!
— Вот-вот! Представь, если бы тебя так оболгали и вышвырнули из Академии, неужели ты не мечтал бы перерезать всем глотки?
— Похоже, Чжэн Вэй был с Е Ханью за одно!
— Ещё бы! Профессор Е заявила, что отчислит Е Ханя и выставит приказ о его ликвидации. Интересно, поймают его или нет?
— Свежие новости! Профессор Чжэн вступился за Е Ханя и сделал его своим личным учеником!
— Что?! Я признаю, что парень талантом не обделён и его звали «звездой завтрашнего дня», но с его-то гнилым нутром...
— Эх, да ничего ты не понимаешь! Профессор Чжэн давно точит зуб на Цинь Удао, тут своя игра!
— Братан, на, закури и рассказывай подробнее!
Вся Академия гудела, перемывая кости подлецу Е Ханю. Всё вернулось на круги своя: ещё пару дней назад они точно так же поливали грязью Цинь Удао. Впрочем, чему удивляться? В отличие от триумфально вернувшегося Цинь Удао, высокомерная «звезда завтрашнего дня», маячившая над головами рядовых студентов, у многих вызывала лишь зависть и раздражение.
***
Личный факультет профессора Чжэна.
Профессор Чжэн смотрел на стоящего перед ним Е Ханя с нескрываемым одобрением. Он вступился за юношу не только из-за вражды с Цинь Удао — его гораздо больше привлекал колоссальный потенциал парня.
Совсем недавно он водил Е Ханя на замер боевой мощи, и тот полностью оправдал своё прозвище. Во всей Академии вряд ли набрался бы десяток студентов, способных с ним сравняться.
Профессор Чжэн жаждал смерти Цинь Удао! Но вместе с тем ему нужна была выгода, и у него не было причин отказываться от столь ценного кадра, особенно учитывая, что Е Хань пылал той же ненавистью к Цинь Удао. У них была общая цель.
Сейчас Цинь Удао находился под покровительством Цзе Хунчжуан, и профессор Чжэн не мог действовать открыто. Эта заслуженная женщина-профессор стояла по статусу выше него и была из тех редких людей, кто мог позволить себе отказать самому Императору.
Но приняв Е Ханя, он изменил расклад! Профессорам запрещено нападать на студентов, но разве студентам запрещено драться между собой? К тому же Цинь Удао сам сделал первый ход, убив Чжэн Вэя. Если руководство Академии попытается наказать Е Ханя или привлечь его самого, профессор Чжэн всегда сможет заткнуть им рты прецедентом с Чжэн Вэем.
«Хе-хе...» — глаза профессора Чжэна вспыхнули ледяным блеском, а губы искривились в довольной ухмылке. — «Всё готово! Преимущество на моей стороне! Цинь Удао, жди своей смерти! Я заставлю тебя узнать, чем обворачивается неуважение к профессорам!»
Пока профессор Чжэн смаковал будущую триумфальную победу, к нему подошёл Е Хань.
На лице юноши мелькнуло невольное отвращение. Раньше он терпеть не мог таких людей, как профессор Чжэн. Но сейчас у него не оставалось выбора. Чтобы остаться в Академии и отомстить Цинь Цзыжуэю и Цинь Удао, ему приходилось цепляться за этого человека. Иначе его просто уничтожат, а за пределами Академии на него тут же начнётся охота.
Делать было нечего, приходилось уживаться.
— Профессор...
— Эй! — перебил его профессор Чжэн, нахмурив брови. — Е Хань, как ты должен меня называть?
Превозмогая тошноту, Е Хань выдавил:
— У-учитель...
— Вот и молодец! — довольный профессор расплылся в улыбке. — Теперь ты мой личный ученик, так что обязан звать меня учителем. Что, всё ещё не можешь забыть профессор Е?
Е Хань не стал отрицать и открыто признался:
— Учитель... Профессор Е была моим первым наставником, её милость ко мне превыше небес. Я действительно не могу вычеркнуть её из сердца.
— Ха-ха-ха... — В смехе профессора Чжэна послышалась издёвка. — Милость? По-моему, это называется любовью! Парень, да ты, я смотрю, запал на собственного учителя... Ц-ц-ц, ну у тебя и аппетиты!
— Я... Я такого не говорил! — вспыхнул Е Хань, вытянув шею.
— Да говоришь ты или нет, ты сам всё прекрасный понимаешь, — ухмыльнулся профессор Чжэн. — Е Хань, я всё понимаю. Профессор Е — женщина красивая, к тому же обладает той недоступностью, которая заставляет мужчин жаждать её покорения. Неудивительно, что у тебя возникли подобные мысли. Но сейчас нужно думать о главном! Первое, что тебе нужно сделать — это собраться. Ты ведь хочешь отомстить Цинь Удао? Тогда иди и уничтожь его! А я прикрою твою спину!
— Учитель... — Е Хань сглотнул, с комплексным чувством глядя на профессора Чжэна.
Когда-то он уже слышал подобное обещание защиты от Е Минъюй. Тогда эти слова тронули его до глубины души. И теперь, слыша то же самое от профессора Чжэна, он невольно вспомнил свои прошлые чувства.
Заметив этот странный, горящий взгляд, профессор Чжэн почувствовал, как по его спине пробежал мороз.
«Постойте-ка... Что за чертовщина?! Этот парень смотрит на меня как-то слишком уж... двусмысленно?!»
Неужели Е Ханю нравилась вовсе не Е Минъюй, а сам статус «Учителя»?! Причём независимо от пола?!
«Нет! Ни за что на свете!»
Ему нужен был талантливый ученик, но это не означало, что он готов жертвовать собой ради его воспитания!
Видя, что профессор Чжэн молчит с крайне странным выражением лица, Е Хань решил, что тому стало плохо, и поспешно сделал шаг вперёд:
— Учитель?
— А?! А-а-а!!! Не подходи к нему! — Очнувшийся профессор Чжэн инстинктивно отпрянул назад, с ужасом уставившись на ученика.
Е Хань застыл в полном недоумении. Он понятия не имел, что произошло и почему профессор Чжэн смотрит на него как на чудовище.
Поняв, что сплоховал, профессор Чжэн сухо откашлялся:
— Кхм-кхм... Е Хань, твой учитель иногда... Да что там, я всегда терпеть не мог, когда ко мне кто-то прикасается! Ты подошёл слишком близко, вот я и перепугался. Не пойми неправильно, это просто рефлекс.
— Да, учитель, — Е Хань продолжал смотреть на него с искренней заботой.
От этого взгляда профессору Чжэну стало окончательно не по себе.
В то же время на территории Цзе Хунчжуан.
Цинь Цзыжуэй вальяжной походкой зашёл в дом и, смерив косоглазым взглядом Цинь Удао, разразился хохотом:
— Ха-ха-ха-ха! Цинь Удао! Наконец-то ты повержен мной! Ну же! В честь рождения истинного Короля, преклони свои ко... Ой!
Поскольку Цинь Цзыжуэй задрал нос к самому потолку, он не заметил выбоину на полу, споткнулся и на середине фразы с грохотом рухнул прямо перед Цинь Удао! На колени!
Глядя на растянувшегося у его ног Цзыжуэя, Цинь Удао с трудом подавил смешок, протягивая руку, чтобы помочь ему подняться:
— Цзыжуэй, ну к чему такие крайности? Я же твой брат, не стоит отдавать мне столь великие почести. Вставай скорей.
— Я... Я... Я...
Лицо поднятого на ноги Цинь Цзыжуэя сначала побелело, затем налилось пунцовой краской, перешло в фиолетовый, и наконец в его голосе послышались самые настоящие слезы:
— Я уничтожу тебя, а-а-а-а-а-а-а!!!