Глава 1144 - И каким же богом ты себя назвал?
С другой стороны Цинь Удао продолжал с упоением молотить принцем о камни. Вскоре все нападавшие инопланетяне превратились в кровавую кашу.
Цинь Удао поднял руку, повесив полуживого принца вверх ногами. Глядя на израненное, измочаленное существо, он уже собрался что-то сказать, как принц вдруг свирепо зарычал через силу:
— Мерзкий человечишка! Ты пожалеешь! Я — принц Солнечной Империи! Я — Бог! Понимаешь?! Будущий Бог Солнца! Ты смеешь так поступать со мной?! Я заставлю тебя...
*Бум-м-м!!!*
Голос обрубился. Цинь Удао сжал инопланетянина за ногу, на его руке вздулись стальные мускулы, и он с силой метнул его в висящий неподалеку звездолет.
Корабль от мощнейшего удара мгновенно взорвался огненным шаром!
Смотря на дымящееся тело принца, свалившееся вместе с обломками, Цинь Удао неторопливо подошел ближе. От былого величия «божества» не осталось и следа. Его тело напоминало рваный кусок мяса, наружу торчали перебитые кости, кожа лопнула, а из многочисленных ранок сочилась темная кровь.
Цинь Удао посмотрел на него сверху вниз и ласково улыбнулся:
— Надо же... оказывается, и боги истекают кровью? Кстати, так каким ты там богом себя называл?
— Я...
Не дав ему закончить, Цинь Удао просто обрушил на его голову тяжелый сапог. Вспыхнул кровавый фонтан, и принц превратился в лепёшку.
Звездолет был уничтожен, инопланетная свита растерта в порошок. В живых оставался лишь один пришелец — тот самый телохранитель, спустившийся вместе с принцем.
— Это действительно он... — Страж, судорожно сжав кулаки, пятился назад. — Нет! Невозможно! Как он мог выжить?! Он же погиб! Тот, кто повелевал Адом и обладал божественностью Безумной Крови, не мог вернуться к жизни!!! Мне надо... надо срочно доложить об этом в империю...
— И куда это ты собрался? — Раздался над ухом холодный женский голос.
Страж с ужасом обернулся, но прямо перед ним уже стояла Лэн Цяньсюэ, похожая на властную королеву Тьмы. На лбу инопланетянина выступил холодный пот. Понимая, что от Цинь Удао ему не уйти, он поддался животному инстинкту: животный страх сменился безумной яростью!
Страж зарычал и обрушил свой массивный кулак на Лэн Цяньсюэ.
Иззящный кулачок Лэн Цяньсюэ, обтянутый черной кружевной перчаткой, настречу встретил его удар. В следующее мгновение телохранитель просто взорвался, обратившись в алое облако.
Глядя на оседающую пыль, Лэн Цяньсюэ презрительно бросила:
— Бог? Слабак.
Цинь Удао тем временем стоял молча, слушая оповещение системы. Надо признать, этот пришелец оказался ценной добычей. Награда за него превысила куш за Сяо Увэя вдвое!
Целых сто тысяч очков!
Впрочем, сейчас Цинь Удао интересовали не очки. Он обратился напрямую к Системе Корпоративного Раба:
«Этот охранник вроде бы узнал меня? И ещё: почему награда за «Настоящую Жизнь», которую я получил ранее, отсутствует в системном пространстве?»
Системщик-Пахарь засуетился и начал тараторить:
[Хозяин! Настоящая Жизнь была создана для того, чтобы ты прожил совершенно новую жизнь и благодаря этому подавил Безумную Кровь!]
[Поэтому я использовал самый быстрый способ: за одну секунду в реальном времени ты прошел через полный жизненный цикл в мире за пределами этой планеты! Не стоит благодарностей! Я просто выполнял свой долг!!!]
«...»
Цинь Удао молчал, но проступившие на его лбу вздувшиеся вены говорили сами за себя.
«То есть ты хочешь сказать, что за одну секунду я прожил целую жизнь... и снова, мать твою, был конченным лизоблюдом?!»
[Э-э... Хе-хе...] — Системщик-Пахарь виновато хмыкнул. — [Хозяин, тут моей вины нет! Если бы ты не пробудился, твоя карма Короля Лизоблюдов всё равно заставила бы тебя выбрать самый простой и эффективный путь подавления Безумной Крови! Это твой личный выбор... Э-э... Ладно! Хозяин, а давай свалим всё на Раскаяние, а?]
Услышав это, Системщик-Раскаяние в ментальном пространстве едва не зарыдал:
[Опять я?! Эта награда была не от меня! Почему чуть что — сразу я?! Сколько можно отрываться на мне?!]
Системщик-Злодей холодное отчеканил:
[Заткнись!]
[Да вы охрен... $#@!...]
Убедившись в деталях у Системщика-Пахаря, Цинь Удао вернул сознание в реальный мир и тяжело вздохнул. В его разуме действительно прибавилось воспоминаний. Это и была так называемая Настоящая Жизнь. Он словно переместился в эпоху военных кланов, но только в инопланетном обществе, где у него был совершенно иной статус.
И похоже, обитатели тех миров прекрасно знали о его родословной!
Раньше он планировал отправиться в космос только тогда, когда Дун Мэнцин выйдет с ним на связь. Но теперь было очевидно: лететь придется раньше. И полученные системные навыки вроде бесконечного дыхания и полета были созданы именно для этой цели.
Цинь Удао перевел взгляд на дымящиеся обломки корабля.
«Солнечная Империя? Бог Солнца? Что это вообще за хрень? С какого перепугу они возомнили себя богами на Земле? Это ведь всего лишь пришельцы из параллельного мира. Пространственный провал над небом ясно дал понять: их корабль просто зафиксировал координаты этой планеты и прошёл сквозь гиперпространственные врата».
А что насчет остальных инопланетян? Неужели все «боги» из мифов и кинолент — это просто пришельцы из далеких галактик?
Цинь Удао впервые проявил искренний интерес к этой теме. Основной мир был так называемым миром женских романов, этот параллельный — миром раскаяния, везде разворачивалась безумная мешанина из Избранников Судьбы и Злодеев Судьбы. А каков же тогда глубокий космос?
— Удао... — Из размышлений его вывел нежный голос Лэн Цяньсюэ.
Цинь Удао повернулся. Глаза Лэн Цяньсюэ были туманными, полными всепоглощающей страсти. Всякий раз, когда она смотрела на него так, им требовалось не меньше трех дней и трех ночей, чтобы погасить этот пожар.
На прекрасных щеках Лэн Цяньсюэ выступил густой румянец:
— Послушай... на этот раз я хочу... прямо здесь, на этой горе!
Цинь Удао чуть не усмехнулся, но раз уж Лэн Цяньсюэ сама изъявила желание, отказываться он не собирался. Он подошел к Лян Цзинминь и Лю Руюй, чтобы успокоить их. Обе женщины были обычными людьми, и сегодняшнее зрелище полностью разрушило их привычную картину мира. Лю Руюй, обожавшая острые ощущения, быстро пришла в себя, а вот Лян Цзинминь всё еще пребывала в прострации.
Цинь Удао мягко обнял Лян Цзинминь за плечи:
— Ступайте с Руюй домой. Я вернусь через пару дней.
— Хорошо... — Тихо пролепетала Лян Цзинминь. Таков был ее характер: с тех пор как она отдала сердце Цинь Удао, каждое его слово стало для нее законом.
Стоявшая неподалеку Лю Жуянь до крови прикусила губу, до скрежета сжав кулаки.
«Лян Цзинминь можно! Лю Руюй можно! Даже Лю Фань стал личным телохранителем Удао! Почему из всего рода Лю только мне закрыт путь к нему?!»