Глава 1096 - Мы же все свои!
Возглавлявший шествие старейшина, проходя мимо Цинь Удао, одарил его налитым ненавистью взглядом.
— Жалкий примыш, подобранный из жалости, да как ты смеешь вести себя столь дерзко?! Неужто Семья Цинь обнищала настолько, что некому...
*Бум-м-м!!!*
Громоподобный гул бесцеремонно оборвал надменный клёкот. Старик не успел даже договорить фразу — ему в лицо уже нёсся наливной, разящий свинцовой тяжестью кулак.
Глаза старца вылезли из орбит. Находившиеся рядом охранники попытались было рвануть наперерез, но чудовищный порыв ураганного ветра, порождённый ударом, сбил их с ног. В следующее мгновение раздался оглушительный треск: старейшина вместе со всей своей свитой телохранителей от одного-единственного удара Цинь Удао разлетелся в кровавую пыль. Алая взвесь с головы до ног заляпала стоящего неподалёку Цинь Юя.
Тот застыл на месте, ошарашенно хлопая глазами.
Что за чертовщина?! Никто ведь не предупреждал его, что местный Избранник Судьбы окажется *такого* пошиба! Что за дичь? Даже если Избранник Судьбы решителен и беспощаден, ты, блин, хоть дай старому пердуну договорить! Где это видано — бьют в морду, даже не дослушав угрозы?!
— Сопляк, да как ты смеешь?!
— Наглец!
— Вон дерзость!
Остальные родовые старейшины опомнились первыми. Увидев, как их глава — самый почитаемый и старый патриарх — вместе с несколькими стражниками превратился в кровавый кисель от одного взмаха руки, они испытали дикую смесь ужаса и ярости.
Если не обуздать этого безумца прямо сейчас, они сами превратятся в мясо на разделочной доске!
Цинь Удао с глубочайшим презрением оглядел перепуганную ораву старейшин. На его губах заиграла холодная усмешка.
— Вы, никчёмный мусор, даже не заслужили чести сдохнуть от моих рук.
С этими словами он вытащил телефон и набрал номер.
*Бабах!*
Дубовые ворота родового поместья слетели с петель от мощного пинка. Ляо Бинь во главе отряда Кровавой Стражи вихрем ворвался внутрь. Не теряя ни секунды, бойцы Кровавой Стражи мёртвым кольцом окружили залу.
Ляо Бинь стремительно шагнул к Цинь Удао. Одного взгляда на господина ему хватило без лишних расспросов — он лишь молча взмахнул рукой. Бойцы Кровавой Стражи сжали в руках тяжёлые железные лопаты и с диким рёвом ринулись на старейшин.
Личная охрана рода тут же вступила в бой с нападавшими. Но на что могли рассчитывать обычные наёмники против Кровавой Стражи, прошедшей через адские сыворотки, укрепляющие пилюли и суровые закалки древних боевых искусств?
Хотя стражники поместья считались первоклассными бойцами, в первом же столкновении несколько из них мгновенно расстались с жизнью. И дело было не только в колоссальной разнице в боевой мощи... но и в том, что эти безумцы орудовали... мать их, лопатами!
С таким оружием охране ещё никогда не приходилось сталкиваться! Они понятия не имели, как от него защищаться!
Лопатой можно было рубить, сносить головы, оглушать и колоть — поистине универсальный и абсолютно непредсказуемый инструмент!
*Глухие удары сыпались один за другим...*
Гулкие, тошнотворные звуки раскатывались по зале. Встречая сопротивление охраны, Кровавая Стража бьёт наповал, не оставляя шансов. Но стоит им дорваться до старейшин — и сила ударов резко падает. Они методично, смакуя каждый взмах, забивали стариков лопатами, заставляя тех заходиться в диких, исступлённых воплях.
Командовал отрядом Ляо Бинь, и бойцам не требовалось никаких устных приказов — одного взгляда командира хватало, чтобы понять задачу. Действовали они с искушённой, животной жестокостью.
— А-а-а-а! Хватит! Не надо! Мы сдаёмся! Пощадите! Цинь Ле! Цинь Юй! Скажите им хоть слово!
— Не убивайте меня, не убивайте! Я был не прав!
— Я же старик, я... А-а-а-а-а!
Слушая ничтожные мольбы о пощаде, Цинь Удао лишь тихо усмехнулся:
— Выходит, перед лицом смерти великие старейшины превращаются в столь жалких гиен? Старейшины? Ха-ха... Смех, да и только.
Цинь Удао повернул голову к Цинь Юю:
— Цинь Юй, эти старики умоляют тебя о помощи. Что думаешь? Может, стоит пощадить их?
Глядя на улыбающегося Цинь Удао, трудно было сказать, что в этот момент бушевало в душе Цинь Юя. Его лицо оставалось невозмутимым, а на губах заиграла точно такая же мягкая усмешка.
— Раз уж мы братья, я не стану мешать твоим делам, — спокойно произнёс он. — К тому же я и сам считаю, что над нашими двумя ветвями не должно быть этих бесполезных истуканов.
— Вот и отлично.
Они обменялись взглядами и с улыбкой переглянулись, в одно мгновение решив судьбу старейшин рода.
Вопли, крики и чавканье металлических лопат по плоти заставляли волосы на головах членов Семьи Цинь вставать дыбом.
Мать Гуань, наблюдавшая за этим кровавым хаосом, не только не испугалась, но и залилась торжествующим хохотом:
— Ха-ха-ха-ха! Так их! Именно так и должен поступать мой зять! Только так Семья Цинь станет истинно великой! А когда придёт время, Сюань вместе с Удао возглавят род и вознесут его на вершину!
Спустя некоторое время крики постепенно утихли.
Старейшины превратились в бесформенное отбитое мясо. Страшная смерть. И ни один из членов Семьи Цинь не дерзнул подать голос. Главы обоих главных колен рода собственными руками подписали смертный приговор старикам, так куда уж боковым ветвям открывать пасть? Раскроешь рот — и ляжешь рядом с этими тушами!
Цинь Удао прямо сейчас продемонстрировал всю глубину своей беспощадности.
Раньше все считали, что южная ветвь рода куда могущественнее. В конце концов, за последние годы никто из тех, кто переходил ей дорогу, не закончил хорошо. Особенно после того, как Цинь Ле передал полномочия Цинь Юю, позволив тому в полной мере проявить свои таланты.
Но теперь, если спросить представителей боковых ветвей, кого они боятся больше... ответ будет один: Цинь Удао!
Тем временем у ворот послышались развязные голоса:
— Что, в этой Семье Цинь вообще некому охранять дом?
— Ни одного стражника на входе, неужели им совсем плевать на безопасность?
— Когда мы примем тут дела, придётся провести жёсткие реформы! У этой Семьи Цинь полно дыр, без нашей помощи они пропадут!
В момент, когда атмосфера в зале накалилась до предела, внутрь бесцеремонно вовалилась целая толпа.
Мужчины и женщины, обвешанные поддельными брендовыми вещами, с толстенными золотыми цепями на шеях и кольцами на каждом пальце. Казалось, они изо всех сил пытались проорать всему миру: «Смотрите, мы богачи!».
Это была родня Матери Гуань.
— Тётушка, мы пришли!
— Ой, приехали! Скорее, заходите! — Мать Гуань сияла, устремившись им навстречу.
Многие члены Семьи Цинь недоумённо переглянулись, не понимая, что происходит. И лишь те, кто успел сойтись с Матерью Гуань раньше, подобострастно бросились вперёд, рассчитывая выслужиться.
— Хи-хи... Это, должно быть, ваши родственники, уважаемая матушка? Сразу видно — орлы! Настоящая элита!
— Надеемся, вы замолвите за нас словечко перед молодым господином Удао! Если посчитать по старшинству, я ведь получаюсь троюродным братом молодого господина Удао!
— Именно, именно! Мы же все свои!
Несколько молодых людей из боковых ветвей Семьи Цинь извивались перед прибывшими в лебезении.
Каждый знал, насколько страшной силой бывает шёпотом брошенная на ухо просьба любимой женщины или её родни. И хотя родня Матери Гуань выглядела как кучка деревенского сброда, молодёжь Семьи Цинь всё равно вилась вокруг них ужами.
Мать Гуань гордо задрала подбородок. Видя завистливые и жадные взгляды родственников, она испытывала высшее наслаждение!
Как только Гуань Сюань возьмёт под контроль Семью Цинь, она обязательно выбьет себе высокую должность, чтобы все вокруг давились желчью от зависти! Это была мечта её молодости, и теперь, благодаря дочери, она наконец вырвется из грязи в князи! И пусть тогда каждый член Семьи Цинь кланяется ей в ноги!
Она пересмотрела кучу дворцовых драм и точно знала: её уровень — это статус вдовствующей императрицы!
— Тётушка, а мы все сможем получить должности в корпорации Семьи Цинь?
— Разумеется! — отрезала Мать Гуань.