Глава 1003 - Делай со мной всё, что пожелаешь!
Продукт от Системщика-Пахаря — это знак наивысшего качества! Стоило ему лишь слегка приложить руку, как возможности других систем остались далеко позади. За считанные минуты в головах Отца Ши и Лю Пяосюй пронеслась вся их прошлая жизнь — до мельчайших подробностей, с эффектом полного погружения! Они заново пережили даже те эмоции, что испытывали тогда.
Спустя некоторое время Отец Ши и Лю Пяосюй медленно выпрямились. Они сидели на диване, словно марионетки с перерезанными нитями, с остекленевшим, пустым взглядом. Лишь спустя долгое время к ним вернулся разум.
Первым опомнился Отец Ши. Его лицо исказилось от нечеловеческой боли, муки и жуткого смущения. Он уставился на Цинь Вэньфэй налитыми кровью глазами и прохрипел:
— Вэньфэй!.. Как ты могла… Как ты могла убить свою сестру?!
— Ха-ха… — Цинь Вэньфэй лишь холодно усмехнулась.
Пока эти двое пребывали в трансе воспоминаний, Цинь Удао уже успел кратко объяснить присутствующим, что именно он делает. Услышав его слова, Ши Цайде окончательно впала в прострацию. Она догадывалась, что Цинь Вэньфэй могла переродиться, но никак не ожидала, что *все* вокруг знают про перерождение! И уж тем более не могла вообразить, что Цинь Удао способен транслировать чужие прошлые жизни прямо в мозг!
Цинь Вэньфэй было искренне любопытно, что скажут её горе-родители, когда восстановят память. Что ж, теперь всё встало на свои места. Она не ошибласть. Отец Ши остался всё тем же законченным выродком! Забив собственную дочь насмерть, он не испытывал ни капли вины! Лю Пяосюй, казалось, хотела что-то сказать, но смолчала — а значит, ничем не отличалась от своего муженька. Разница была лишь в том, что один резал заживо, а вторая подавала нож!
— Папа, мама… — Цинь Вэньфэй повернулась к Матери Цинь и Отцу Цинь, и её глаза заблестели от горьких слёз. — Простите меня! Я правда не должна была давать им этот шанс… Я только зря потратила ваше время, и время сестры Ваньжун с братом Удао.
— А моё?! — подал голос Цинь Цзыжуэй.
Цинь Вэньфэй даже не посмотрела в его сторону, продолжить ровным тоном:
— Мне следовало поступить как настоящей главной героине — выбросить из сердца все иллюзии и просто прийти за местью!
— Глупенькая моя! — Мать Цинь крепко прижала Цинь Вэньфэй к груди. — Не плачь. Чтобы ни случилось, твой брат Удао со всем разберётся! Ты наша родная дочь, и только мы — твои настоящие родители!
— Вэньфэй! — Лю Пяосюй, видя эту сцену, вспыхнула от ревности и паники. Это её дочь! Как она смеет обнимать чужую женщину?!
Но не успела она выкрикнуть и слова, как между Отцом Ши и Лю Пяосюй соткалась фигура Цинь Удао. Его тяжелые ладони опустились им на плечи. В глубине его глаз все ещё тлели багровые сполохи — отголоски кровавой расправы над Ли Шия.
Слегка изгибая губы в глумливой ухмылке, Цинь Удао произнёс бархатным, глумливым тоном:
— Послушайте… Вы ведь хотите жить, верно? Отлично! На ваше счастье, я парень некровожадный. Все знают, что я человек добрый, и без причины мухи не обижу. Так давайте сыграем в одну игру! Ши Цайде — ваша любимая доченька, да? Вы ведь как родители души в ней не чаете! Я даю вам уникальный шанс сделать её по-настоящему частью себя… Сшамайте её! Сожрите без остатка — и будете жить!
К концу фразы голос Цинь Удао зазвенел ледяной сталью.
От этих слов троицу из Семьи Ши пробил крупный озноб. Сожрать Ши Цайде?! Разве такое может прийти в голову человеку?! Кто вообще станет есть людей?!
Видя, что Отец Ши и Лю Пяосюй онемели от ужаса, Цинь Удао доброжелательно улыбнулся:
— Что такое? Куски слишком большие, тяжело проглотить? Не переживайте, я могу помочь с разрезкой. Ах да! Чтобы у вас разгулялся аппетит, давайте я покажу вам ещё кое-что интересное.
С этими словами его руки вновь озарились вспышкой. На этот раз в сознании супругов Ши развернулась драма прошлого мира, но уже глазами самой Ши Цайде! Они своими глазами увидели, как именно Ши Цайде подставляла Цинь Вэньфэй, как совращала Ван Фэна и как в конце концов довела Цинь Вэньфэй до безумия, вынудив ту в отчаянии перегрызть ей горло.
Это воспоминание было коротким, но оно во всех красках обнажило беспрецедентную, ядовитую гниль Ши Цайде!
Очнувшись, Отец Ши и Лю Пяосюй уставились на приёмную дочь с лютой ненавистью и глубочайшим раскаянием.
— Цайде! Как ты могла?! Вэньфэй ведь твоя старшая сестра! Откуда в тебе столько яда?!
— Папа! Мама! — лицо Ши Цайде стало мертвенно-белым.
Она никак не ожидала, что Цинь Удао обладает подобными трюками. Вспыхнувшая паника затуманила разум, она хотела было выкрутиться, но слова застревали в горле.
— Вэньфэй! — со слезами на глазах выкрикнула Лю Пяосюй, полная чувства вины. — Прости меня! Прости! Мама не уберегла тебя! Это всё моя вина!
Цинь Вэньфэй смотрела на неё совершенно холодными глазами, а её голос звучал так, будто она обращалась к абсолютно чужому человеку:
— Запоздалая любовь дешевле грязи под ногами. Отныне у меня только один отец и одна мать.
Цинь Цзыжуэй почесал затылок:
— А если ты замуж выйдешь, у тебя че, другие родители появятся?
Цинь Вэньфэй огрызнулась:
— Тогда я выйду за брата Удао! И родители останутся теми же!
Цинь Ваньжун мгновенно впилась в Цинь Вэньфэй колючим, недовольным взглядом. Заметив эту реакцию, Цинь Цзыжуэй ехидно оскалился — его коварный план сработал! Этот манёвр назывался «перевод удара на другого», которому его в своё время научил Лю Минчжэ. Нефиг Вэньфэй проявлять к нему неуважение!
Лю Пяосюй и Отец Ши хотели продолжить мольбы, но над их ушами раздался шепот настоящего дьявола:
— Ну что, теперь мотив появился? Вы сами её схаваете, или мне затолкнуть её вам в глотки?!
Супруги Ши опомнились! Точно! Этот монстр перед ними! Он ведь сказал, что подбросит им мотивчик, чтобы сожрать Ши Цайде! Мотив есть, но они же не людоеды!
Ши Цайде охватил животный страх. Цинь Удао вообще не испытывал к ней никаких чувств! А её «верные псы» не успеют прийти на помощь за столь короткое время! Поняв это, Ши Цайде стиснула зубы и мгновенно преобразилась, приняв вид беззащитной, невинной жертвы.
— У… Удао… На самом деле, когда я впервые увидела тебя, я сразу влюбилась! Правда! Я действительно полюбила тебя без памяти! В прошлой жизни всё было так же… Ты меня не видел, но я видела тебя! Именно из-за этой любви я так завидовала Цинь Вэньфэй! Почему ты был её братом?! Почему она купалась в твоём ласковом внимании?! И поэтому… Поэтому я пошла на эту глупость и подставила её! Но теперь, перед лицом смерти, я не хочу больше ничего скрывать!
Ши Цайде выглядела так, словно собрала в кулак всю свою храбрость. Она поднялась с дивана, сделала шаг к Цинь Удао и слегка повела подол платья, обнажив белоснежную, идеальную ножку. Она маняще выгнула грудь, прерывисто дыша. Это выглядело чертовски соблазнительно.
Голос Ши Цайде дрожал от фальшивой печали:
— Удао, если мне суждено умереть от руки любимого человека, для меня это станет высшим счастьем! Делай со мной всё, что пожелаешь! Пусть в этой жизни мне не удалось завоевать твоё сердце… Позволь мне хотя бы в следующей быть рядом с тобой!