Глава 589. Великая эпоха
В глубине задней части Пика Цинъюнь Сяо Чэнь сидел перед водопадом. С безмятежным видом он наблюдал за тем, как с обрыва с грохотом обрушиваются потоки воды, образуя нескончаемый цикл.
Три дня назад он окончательно освоил финальный, обобщающий прием Техники Сабли Четырех Сезонов – Круговорот Четырех Сезонов, который назвал «Нескончаемый цикл».
Техника Сабли Громовой Кары достигла стадии Великого достижения, постижение Техники Сабли Четырех Сезонов было завершено, а культивация вряд ли могла совершить резкий скачок в столь короткий срок.
Что касается других его навыков – таких как Мантра Перемен и Мантра Силы из Истока Боевого Святого, а также эксклюзивного приема Боевого Духа Лазурного Дракона, Удара, Покоряющего Дракона, и техники перемещения Искусство Лазурного Дракона, Парящего в Облаках…
По разным причинам эти боевые искусства, которые на Континенте Тяньу считались едва ли не вершиной мастерства, он пока практиковать не мог.
Сяо Чэнь рассудил, что не стоит изнурять себя тренировками. Теперь он каждый день приходил к водопаду, чтобы просто смотреть на воду или болтать с Ао Цзяо.
Он спокойно ждал назначенного дня, закаляя свое состояние сердца.
Для практики Мантры Перемен требовался куда более глубокий уровень культивации, иначе техника оставалась лишь поверхностной имитацией, которую противник мог легко раскусить.
Мантра Силы, хоть и была сокрыта в Сабле Лунной Тени, не имела четкого метода тренировки. Сяо Чэнь пребывал в полном недоумении, не зная, как подступиться к ней.
Что же касается Удара, Покоряющего Дракона, то Сяо Чэнь уже дважды использовал его, преступая пределы своих возможностей. Те болезненные последствия до сих пор были свежи в памяти. Если он хотел жить, то не смел даже думать о том, чтобы применить этот прием снова.
Он догадывался, что для этого удара важен не столько уровень культивации, сколько состояние физического тела.
Только когда тело достигнет определенного уровня крепости и сможет выдержать ужасающую отдачу энергии, он сумеет полностью подчинить себе эту силу.
— Мантру Перемен ты сможешь продолжить изучать, когда достигнешь ранга Боевого Владыки, — спокойно заговорила Ао Цзяо из Сабли Лунной Тени. — Сан Му в свои ранние годы тоже не сразу прославился благодаря ей. Но есть и другая вероятность: возможно, Исток Боевого Святого тебе просто не подходит, поэтому ты никак не можешь достичь истинной стадии воплощения техник противника.
Сяо Чэнь безразлично улыбнулся:
— Ничего страшного. У каждого свой путь. Император Грома был мечником, а я – мастер сабли. Пытаться в точности повторить его путь изначально было делом накладным.
Сабля есть сабля, а меч – это меч. Между мастером сабли и мечником пролегает глубокая, непреодолимая пропасть.
Мастер сабли властен и могуч, в его искусстве нет места иным чертам.
Мечник же совсем другой. Меч – благородный муж среди оружия. Каким бы деспотичным и мощным ни был мечник, в его движениях всегда будет сквозить толика утонченного изящества.
Разумеется, кто из них сильнее, а кто слабее – вопрос открытый. Всё зависит исключительно от личного мастерства воина.
Ао Цзяо с некоторым удивлением заметила:
— Кажется, я недооценивала тебя, мой непутевый хозяин. Ты хочешь сказать, что не желаешь становиться вторым Императором Грома, а хочешь быть собой – белоризым сабельником Сяо Чэнем?
Сяо Чэнь лишь улыбнулся, не подтверждая и не отрицая ее слова, и перевел тему:
— Я часто слышал, что Император Грома в свое время на Турнире Пяти Наций одолел множество гениев великих кланов. Интересно, какое же место он тогда занял?
Эпоха Императора Грома, как и нынешняя, была временем зарождения расцвета боевых искусств – временем, когда повсюду рождались гении и бесчисленные герои заявляли о себе.
Именно после великой битвы на Помосте Ветра и Грома имя Сан Му прогремело на весь Континент Тяньу.
Однако из-за того, что с тех пор прошло слишком много лет, сведения о том, какое именно место он занял, в Царстве Великая Цинь оставались туманными и противоречивыми.
Ао Цзяо только собиралась ответить, как вдруг почувствовала чьи-то шаги и осеклась:
— Кто-то идет.
— Ха-ха, Сяо Чэнь, ну и бездельник же ты! Нашел время любоваться водопадом, — к нему подошел сияющий Лю Суйфэн. Улыбка не сходила с его лица.
Сяо Чэнь обернулся, и в его глазах вспыхнул интерес. Он сложил руки в приветствии:
— Поздравляю. Ты прорвался на ранг Боевого Короля.
Лю Суйфэн хохотнул:
— Вчера только удалось. Это всё благодаря твоим духовным камням и травам. Без них я бы ни за что не смог так быстро преодолеть барьер Боевого Короля.
— Пустяки, — спокойно ответил Сяо Чэнь. — Зачем ты меня искал?
Лицо Лю Суйфэна выразило легкое недоумение:
— Ты… я даже не знаю, что сказать. Через семь дней начинается регистрация на Турнир Пяти Наций. Нам пора выступать. Великий старейшина сейчас собирает всех учеников Павильона Небесной Сабли, имеющих право на участие.
Порог для вступления в этот Турнир Пяти Наций уже был объявлен. Как и предсказывал Лю Суйфэн: возраст до двадцати четырех лет и ранг Боевого Короля.
По сравнению с прошлым разом планка поднялась на целый ранг, но ожидалось, что участников будет даже больше, чем обычно.
В главном зале Павильона Небесной Сабли на Помосте Созерцания Небес Сяо Чэнь увидел остальных участников. Помимо него и Мужун Чуна, там было еще четверо.
Все они были ему знакомы: Му Чэнь с Пика Тысячи Ковок, Чжан Ле с Пика Тяньюэ, Юнь Кэсинь и только что совершивший прорыв Лю Суйфэн.
Из более чем пяти тысяч учеников Павильона Небесной Сабли только шестеро соответствовали критериям отбора. Зрелище, надо признать, довольно скромное.
Они обменялись кивками и улыбками. Пока Великий старейшина не прибыл, все начали непринужденно переговариваться.
Все они были старыми знакомыми, вместе прошедшими через смертельные испытания в ином пространстве, так что обид между ними не было, и беседа быстро оживилась.
Лишь Мужун Чун, верный своему высокомерному и замкнутому характеру, сидел с закрытыми глазами, погрузившись в медитацию, и не участвовал в общем разговоре.
Му Чэнь посмотрел на Сяо Чэня и с некоторым сокрушением сказал Юнь Кэсинь и Чжан Ле:
— Тогда, в ином пространстве, между нами тремя хоть и была разница, но она не казалась огромной. Прошло всего два года, а Сяо Чэнь оставил нас далеко позади.
Сяо Чэнь спокойно ответил:
— Помимо таланта и костной структуры, воину для успеха нужны возможности и Аура Удачи. Быть может, еще через два года какая-нибудь случайная встреча позволит вам всем совершить рывок.
Юнь Кэсинь покачала головой:
— Я думаю, всё, о чем ты говоришь – лишь второстепенные условия. В конечном счете то, как далеко сможет зайти воин, определяет только его характер.
Они обсудили еще несколько тем, и вскоре в зал вошел Великий старейшина Цзян Чи в сопровождении Второго и Третьего старейшин.
Цзян Чи сразу перешел к делу:
— Турнир Пяти Наций пройдет в Горной цепи Запечатанного Дракона, что в Царстве Великая Цзинь. Это слишком далеко от Павильона Небесной Сабли, поэтому мы должны выдвигаться заранее. Если у вас есть дела, даю вам полчаса на сборы. После этого – немедленный выход.
Сяо Чэнь и остальные покачали головами, давая понять, что им ничего не нужно. Цзян Чи кивнул:
— Тогда выступаем прямо сейчас!
Они последовали за Цзян Чи на улицу. На открытой площадке перед залом, неизвестно когда, пришвартовалось нефритовое судно, сверкающее подобно хрусталю и глазури.
Лю Суйфэн изумленно воскликнул:
— Это же личный Золотой корабль из яшмы и глазури Великой наставницы Шэнь! Тайное сокровище высшего ранга и высокого уровня… Неужели Великая наставница Шэнь тоже отправится с нами?
Цзян Чи с непроницаемым лицом подтвердил:
— Да. Секты со всего мира соберутся у Горы Запечатанного Дракона. Мы не можем уронить престиж Павильона Небесной Сабли. К тому же, некоторые вещи не так просты, как вам кажется. Нам необходимо продемонстрировать силу.
На носу судна стояла величественная и элегантная Шэнь Маньцзюнь. Она мягко улыбнулась:
— Цзян Чи, не стоит забивать голову младшим этими делами. Поднимайтесь на борт.
Тем временем в Царстве Великая Цинь, в Секте Мечного Тумана, на вершине одной из гор Чу Чаоюнь всматривался в плывущие перед ним облака. Его взгляд был глубоким, словно он размышлял о чем-то важном.
Стоявший за его спиной глава Секты Мечного Тумана глухим голосом произнес:
— Чаоюнь, хоть в этот раз от нашей секты и набралось девять человек, способных подать заявку, боюсь, кроме тебя, первый этап не пройдет никто.
Чу Чаоюнь обернулся и спокойно улыбнулся:
— Не беспокойтесь, глава секты. И ради самого себя, и ради той помощи, что оказала мне Секта Мечного Тумана, я приложу все силы на Турнире Пяти Наций.
Услышав это, глава секты немного успокоился. Происхождение Чу Чаоюня было таинственным, а его истинную силу даже он не мог до конца прочувствовать. Если этот юноша решит выложиться по-настоящему, он определенно войдет в первую двадцатку.
Одной только Ауры Удачи, полученной за такой результат, хватит, чтобы Секта Мечного Тумана продолжала твердо стоять на ногах в эту великую эпоху.
— Хорошо, лишних слов говорить не буду. Мы отправляемся завтра, так что сегодня приготовься.
В Южном Бескрайнем море за столом в таверне собрались Четыре героя Южного моря. На их возбужденных лицах читалось нетерпение.
— Наконец-то выступаем! Давно хотел встретиться с этими гениями из Царства Великая Цзинь и посмотреть, так ли сильны эти Восемь Великих Кланов и Десять Великих Сект, как гласят легенды.
— Третий брат, не будь слишком самоуверен. Хоть концентрация духовной энергии в нашем Бескрайнем море не ниже, чем в Царстве Великая Цзинь, их наследие всё же богаче. Не теряй бдительности.
— Старший брат прав. Но и мы вчетвером не лыком шиты. Раз уж мы смогли заявить о себе в Бескрайнем море, то и на континенте не затеряемся.
Лидер четверки поднял чашу с вином и твердо произнес:
— Верно! Если уж мы выходим в мир, то должны прославить имена Четырех героев Южного моря. Давайте, выпьем эту чашу! Пусть нам сопутствует успех, и пусть все мы пробьемся в Пятьдесят Лучших!
— Обязательно! До дна!
— До дна!
Бах!
Четверо друзей чокнулись, осушили чаши и вдребезги разбили их о пол. С громким хохотом они вышли из таверны и направились к заранее подготовленному боевому судну.
В Восточном Бескрайнем море, в запретной зоне Дворца Бога-Дракона, четверо старейшин ранга Боевого Владыки с тревогой вглядывались в пространственную трещину внутри барьера.
Надежда Дворца Бога-Дракона, Малый Король Драконов Восточного моря Сюаньюань Чжаньтянь, отправился в Мир Демонов Бездны уже два месяца назад.
Срок его возвращения истек три дня назад, но он так и не появился.
Сюаньюань Чжаньтянь обладал феноменальной памятью и никогда не забывал о договоренностях. А значит… существовала лишь одна вероятность. Смерть.
Лица старейшин потемнели. Сюаньюань Чжаньтянь был редчайшим талантом не только для Дворца Бога-Дракона, но и для всего Бескрайнего моря. За последние тысячи лет таких воинов почти не рождалось, и он неизбежно должен был стать святым.
Дворец Бога-Дракона вложил в него неисчислимые ресурсы. Если такой человек погибнет в расцвете сил, секта вряд ли сможет это перенести.
— Ваше Величество Король Драконов, мы ждем уже три дня и три ночи. Давайте выберем кого-то другого, Дворцу Бога-Дракона нужен лидер для участия в турнире, — не выдержал один из старейшин.
Острый взгляд Короля Драконов оставался спокойным. Его голос прозвучал властно и твердо:
— Не нужно лишних слов. Чжаньтянь стоит того, чтобы я ждал его еще семь дней и семь ночей. Эта грандиозная эпоха расцвета, Великая эпоха… Возвышение Дворца Бога-Дракона возможно только под его началом.
Дон! Дон! Дон!
Как только Король Драконов умолк, из-за барьера послышались тяжелые, гулкие шаги.
Каждый шаг был настолько мощным, что земля под ногами содрогалась. Старейшины вздрогнули, решив, что из пространственной трещины лезет какой-то могучий демонический зверь, и поспешно обернулись.
Из разлома вышел Сюаньюань Чжаньтянь. Он был покрыт ранами, а его фиолетовое одеяние стало алым от крови. На плечах он нес Коня Императора-Дракона, который, судя по виду, пострадал еще сильнее хозяина.
Глаза четверых старейшин округлились от изумления. Конь Императора-Дракона весил десятки тысяч цзиней. Неужели Сюаньюань Чжаньтянь, будучи сам тяжело раненным, тащил его на себе весь путь назад?
Бум!
Сюаньюань Чжаньтянь, сжимая в правой руке алебарду Небесного Квадрата, сделал резкий выпад вперед. Барьер, способный сдержать демонического зверя восьмого ранга, разлетелся вдребезги от одного удара.
— Прошу прощения. С братом-конем случилась неприятность, мы задержались дольше, чем планировали. Надеюсь, я не опоздал?