Глава 570. Возвращение
Округ Сихэ Царства Великая Цинь. У подножия величественной, раскинувшейся Изумрудными Грядами Горной цепи Линьюнь, как и прежде, бурлил людскими потоками знаменитый на весь мир Город Сабли.
Проходящие мимо воины – кто с огромной саблей за спиной, кто с драгоценным клинком на поясе – с торжественным видом прибывали в эту святую землю мастеров сабли.
Перед городскими воротами стоял юноша в белом. На его поясе покоилась изящная длинная сабля. Он замер у самого входа, выпрямившись во весь рост, и на его красивом, чистом лице отразилась легкая тоска.
— Два года… Прошло два года, и я, Сяо Чэнь, снова здесь.
Путь от Долины Императора Грома до Павильона Небесной Сабли обычно занимал два месяца, но Сяо Чэнь мчался без отдыха, сумев сократить это время более чем вчетверо – он добрался сюда всего за полмесяца.
Весь путь, по мере того как расстояние сокращалось, сердце Сяо Чэня наполнялось всё большим трепетом.
Два года он хранил мысли о любимой в самой глубине души, не позволяя себе ни думать, ни спрашивать о ней.
Всё потому, что ему не хватало сил. Он просто не мог вернуться в Павильон Небесной Сабли, а пустые мечтания не принесли бы ничего, кроме горечи.
Если хочешь поскорее встретиться – не думай ни о чем, просто зарой свою тоску поглубже и никому не открывайся. Одиночество и горечь он испивал сам, веря, что наступит день, когда он взойдет на пик и исполнит данное ей обещание.
Но теперь, когда Город Сабли был совсем рядом, чувства, что он так долго подавлял, неудержимо вырвались наружу.
Хорошо ли ей? Как она сейчас? Залечила ли раны? Будет ли она винить его за то, что он не прислал ни единого письма?
Помнит ли она еще того неопытного юношу, который на вершине в десять тысяч чжанов выкрикнул те нелепые слова?
Помнит ли она обещание, данное тем юношей в белом?
Сяо Чэнь грустно усмехнулся и слегка покачал головой, отгоняя лишние мысли. Уплатив налог на въезд, он неспешно вошел в город.
— Хе-хе, влияние Белоризого сабельника всё еще велико. До сих пор находятся те, кто подражает его манере одеваться.
— Это нормально. Ты вспомни, что он тогда устроил в Павильоне Небесной Сабли: в одиночку сначала одолел мастеров со святых земель, а потом разгромил гениев из многих Великих Кланов Цинь. Такого таланта в нашем Павильоне Небесной Сабли не было уже несколько тысяч лет.
— Жаль только, что Сун Цюэ, эта сволочь, оказался слишком подлым. Из-за него наш Павильон лишился такого гения.
— Это точно. Ту сволочь правильно убили, поделом ему, что голову кулаком разнесли. Смерть его была заслуженной.
До Сяо Чэня донеслись тихие пересуды стражников у ворот. Обладая острым слухом, он отчетливо слышал каждое слово и невольно улыбнулся.
Бросив случайный взгляд на улицы, он заметил, что воинов в белых одеждах с тонкими саблями на поясе в городе и впрямь было необычайно много.
Город Сабли считался лишь внешним кругом Павильона Небесной Сабли. Попасть во внутренний круг было крайне трудно, и без жетона Сяо Чэнь даже с его нынешней силой не мог прорваться туда силой, не подняв шума.
Впрочем, у него был свой план. Он пришел в город именно ради него, не направляясь сразу к внутренним вратам.
План был прост: «позаимствовать» чей-нибудь жетон. Поступок не самый благородный, и Сяо Чэню оставалось лишь мысленно извиниться перед случайным младшим братом или сестрой.
Проведя в городе полдня, он быстро наметил цель – одинокую ученицу.
На вид ей было лет шестнадцать, лицо симпатичное, волосы собраны в высокий конский хвост, что придавало ей живой и задорный вид. В левой руке она держала малый хэн-дао, а на поясе у нее висел бронзовый жетон.
Дождавшись, когда она свернет на безлюдную улочку, Сяо Чэнь подошел к ней и с мягкой улыбкой произнес:
— Здравствуй, младшая сестра.
Девушка с хвостом, увидев перед собой статного и красивого юношу в белом, на мгновение оторопела. Почувствовав, что его сила непостижимо велика, она поспешно поклонилась:
— Здравствуйте, старший брат!
В душе она так и ахнула: «С какого же он пика? Такой сильный… Он хоть и молод, но кажется куда мощнее моего учителя».
В Павильоне Небесной Сабли правила были суровыми: младшие ученики обязаны были проявлять почтение к старшим.
Сяо Чэню стало забавно от того, что девочка так легко приняла его за соученика. Воспользовавшись моментом, пока она склонила голову, он едва заметным движением руки подцепил и снял ее жетон.
— У вас ко мне какое-то дело, старший брат? — Робко спросила девушка.
Спрятав жетон в рукав, Сяо Чэнь улыбнулся:
— Никаких дел. Прости, я обознался. Пойду я.
Глядя вслед уходящему Сяо Чэню, девушка недоумевала, что это вообще было. По привычке она коснулась пояса и тут же изменилась в лице. Жетона не было!
— Стоять!
Малый хэн-дао молниеносно покинул ножны. Девушка яростно выкрикнула, и клинок сорвался с ее руки.
Сабля бешено вращалась, словно рассекая воздух надвое и порождая завывающие потоки ветра.
— Удар Таинственного Ветра?
Сяо Чэнь обернулся и, усмехнувшись, заметил:
— Тебе еще не хватает сноровки. Стоит больше тренироваться, младшая сестра.
Он легонько вытянул перст. Едва кончик его пальца коснулся лезвия, как из него вырвалась бурная изначальная энергия.
Бам!
Вращающийся хэн-дао под ударом пальца Сяо Чэня с еще большей скоростью полетел обратно.
Девушка не успела и глазом моргнуть, как сабля со свистом вернулась точно в ножны у нее в руке.
— Как же так! — на ее миловидном лице отразилось крайнее изумление. Удар Таинственного Ветра, одно из Девяти тайных искусств Цинъюнь, был разрушен вот так просто.
Только спустя мгновение она вспомнила о пропаже. Ее лицо скривилось, словно она вот-вот расплачется:
— Что за вредный старший брат! Небось сам жетон потерял и мой украл… Что же мне делать, как теперь быть?
Раз он с первого взгляда узнал Удар Таинственного Ветра, с легкостью отразил его и при этом не причинил ей вреда, девушка решила, что это наверняка какой-то гениальный ученик Павильона, который по неосторожности лишился пропуска и решил отобрать его у нее.
Уходя прочь, Сяо Чэнь перевернул жетон и посмотрел на него. Как он и ожидал, на обратной стороне было выгравировано «Цинъюнь», а на лицевой – размашистым, уверенным почерком выведено имя «Лэн Цяньцянь».
— М-да, некрасиво вышло. И впрямь жетон младшей сестры… Не обессудь, Цяньцянь, при первой возможности я тебе его верну.
Повесив поясной жетон себе на бедро, Сяо Чэнь подошел к подножию гор, где располагался Павильон Небесной Сабли, и с самым невозмутимым видом влился в людской поток.
Ученик, охранявший горные врата, лишь мельком взглянул на него. Через этот пост ежедневно проходило столько людей, что проверять каждого досконально было невозможно.
Стражи полагались на опыт: если кто-то вел себя подозрительно, его останавливали для досмотра. Но Сяо Чэнь сам долгое время был учеником Павильона, так что ни тени сомнения его вид не вызывал.
Знакомая дорога: Зеленая гора, башни, тропинки, проходящие мимо мастера сабли – всё осталось таким же, как и прежде.
Перед входом в город Сяо Чэнь сгорал от нетерпения, но едва его ноги… вернее, он сам оказался на землях Павильона Небесной Сабли, в душе воцарилось спокойствие.
Паря в полудюйме над землей, Сяо Чэнь устремил взор на возвышающийся до небес Пик Цинъюнь. Глубоко вздохнув, он медленно зашагал вперед.
— Цинъюнь, я, Сяо Чэнь, вернулся. Сестрица Жуюэ, Суйфэн, Шао Ян, Сяомэн… как вы там?
Мимо проходили ученики Цинъюнь. Некоторые из старшего поколения находили его лицо знакомым и замедляли шаг, вглядываясь в него.
В их умах рождались догадки, но за два года внешность Сяо Чэня хоть и не изменилась кардинально, его аура преобразилась до неузнаваемости.
Юношеская незрелость и наивность исчезли без следа, уступив место зрелости и печати пережитых испытаний. Теперь он выглядел совсем иначе.
К тому же когда-то Сяо Чэнь прибыл в Павильон под именем Е Чэня, явив свое истинное тело лишь в последней битве.
Ученики сомневались, убеждая себя, что это не может быть он – ведь тот человек поклялся больше никогда не ступать в Павильон Небесной Сабли.
Посмотрев на него еще немного, они отводили взгляды, с самоиронией усмехаясь: «Слишком уж я мнителен. Белоризых сабельников пруд пруди, не каждый же из них Сяо Чэнь».
Если бы он крался и прятался, это лишь вызвало бы больше подозрений. Потому Сяо Чэнь со спокойным лицом шел совершенно открыто.
Весь путь прошел мирно, но когда до Пика Цинъюнь оставалось всего четверть часа ходьбы, ему навстречу внезапно вышла группа людей в одеяниях учеников Пика Лазурных Облаков.
Сяо Чэнь узнал идущего во главе человека и тут же опустил голову, надеясь пройти мимо, не привлекая внимания.
Возглавлял группу Сун Цяньхэ, сын Сун Цюэ и нынешний Глава Пика Лазурных Облаков. Он о чем-то весело переговаривался со своими спутниками, собираясь покинуть горы.
Когда он поравнялся с Сяо Чэнем, то поначалу не обратил на него внимания, но случайный взгляд на лицо юноши заставил его резко измениться в лице.
Сяо Чэнь был его кровным врагом, убившим его отца. Все эти годы лицо этого человека каждую ночь являлось ему в кошмарах. Увидев его во плоти, Сун Цяньхэ испытал настоящий шок.
— Стоять! С какого ты пика? Назови свое имя! — Громко выкрикнул Сун Цяньхэ, преграждая путь Сяо Чэню.
«Всё-таки узнал?»
С горькой усмешкой Сяо Чэнь нехотя обернулся. Он не боялся этого человека, просто, только-только вернувшись на Цинъюнь, он совсем не хотел искать лишних проблем.
— Сун Цяньхэ, давно не виделись, — произнес Сяо Чэнь с полным безразличием в глазах.
Это действительно был он!
Лицо Сун Цяньхэ потемнело, он прошипел сквозь зубы:
— Сяо Чэнь, ты и впрямь осмелился явиться. Тогда ты поклялся, что больше ни на полушаг не ступишь на земли Павильона Небесной Сабли. Теперь ты нарушил клятву, и я посмотрю, как ты будешь оправдываться перед Советом Старейшин!
Стоявшие за его спиной ученики Пика Лазурных Облаков с изумлением уставились на Сяо Чэня. Неужели это и есть тот самый легендарный Белоризый сабельник, о котором ходит столько слухов?
Сяо Чэнь хмыкнул:
— Прошу прощения, но ты ошибаешься. Я не нарушал клятвы. Я действительно не ступал на земли Павильона Небесной Сабли.
Сун Цяньхэ присмотрелся и увидел: ноги Сяо Чэня парят в полудюйме над дорогой. Из-за длинных полов одеяния казалось, что он идет по земле, как обычный человек.
Но его стопы на самом деле не касались поверхности.