Глава 542. Великая печать изгнания демонов
Лэн Юэ обернулась. Вид шрамолицего, неспешно выходящего из-под обломков, не вызвал у неё особого страха.
На поле битвы Сяо Чэню частенько попадались группы не в меру дерзких воинов, желавших поживиться за его счет. С ними он расправлялся быстро, а калек оставлял на попечение Лэн Юэ.
Поглотив янскую сущность множества практиков, суккуб частично восстановила силы. Теперь она не была той беспомощной жертвой, чье искусство обольщения мог разрушить мечник средних лет.
— О? — Лэн Юэ ощутила исходящую от шрамолицего ауру демонической души и негромко пробормотала:
— Надо же, человек из Культа Преисподней.
Шрамолицый поначалу не придал суккубу значения, но, заметив за её спиной тонкий хвост, нахмурился. У этого мальчишки в спутницах оказалась суккуб.
Культ Преисподней был основан как прибежище для тех, кто примкнул к демонитам. Они поклонялись Богу Демонов из Бездны, и эта традиция сохранялась по сей день.
Каждый адепт при вступлении в культ должен был запечатлеть свою душу на изваянии Бога Демонов и поклясться на внутреннем демоне в вечной верности божеству.
Только так можно было превратить боевой дух в демоническую душу и обрести великое могущество, а также доступ к техникам и знаниям демонов. Исключением были лишь те, чей боевой дух мутировал сам по себе.
Но шрамолицый к таким не относился. Его клятва перед изваянием Бога Демонов была нерушимой. Одним из условий было табу на убийство демонитов – нарушение этого правила грозило откатом и карой от внутреннего демона.
Принося клятву, шрамолицый не придал этому значения. Демоническое бедствие давно миновало, и демониты казались чем-то бесконечно далеким. Это правило было для него практически бесполезным.
Кто же знал, что сегодня рядом с целью, которую приказал устранить вице-глава, окажется суккуб.
Некоторое время он раздумывал, после чего бесстрастно произнес:
— Отойди и не мешай мне. Я не могу убить тебя, но покалечить – вполне.
Он не питал к Богу Демонов истинной преданности, это был лишь способ получения силы. К самим демонитам он и вовсе не испытывал уважения – они были для него лишь досадной помехой.
Лэн Юэ нежно улыбнулась и мягко ответила:
— Не могу.
Всего два слова, но произнесенные её чарующим голосом, они заставили даже волевого шрамолицего на мгновение впасть в забытье.
Тот поспешно взял волю в кулак, прогоняя наваждение, и холодно бросил:
— Хорошо же. Раз ты первой применила против меня искусство обольщения, значит, ты и напала. Если я случайно пришибу тебя, это не будет считаться нарушением.
Обладая демонической душой, он был невероятно силен. Несмотря на ранг полушага к Боевому Владыке, его мощь могла тягаться с мастерами уровня Тяньу. Обычные практики его уровня не были ему соперниками.
Потому он вел себя крайне высокомерно, не считая Сяо Чэня серьезной угрозой, а суккуба и вовсе не принимал в расчет.
Уголки губ Лэн Юэ чуть приподнялись. Глядя на парящий за его спиной гроб, она с иронией заметила:
— Интересно, на каком ярусе твое Искусство перемещения в гробу? Надеюсь, ты еще сможешь вернуться.
С этими словами её руки начали сплетать невероятно сложные и древние печати. Лицо девушки стало торжественным, фиолетовый знак на лбу ярко засиял, а от её тела начала исходить аура глубокой древности.
Шрамолицый почувствовал необъяснимую угрозу. Он поспешно отступил на три шага и тоже начал складывать печати. В это время во дворе один за другим стали подниматься восемь гробов.
Внутри находились демонические мертвецы четвертого ранга, специально созданные Культом Преисподней. Сила одного такого мертвеца была сопоставима с Боевым Королем высшего ранга на пике, а их тела были настолько укреплены, что обычные техники едва ли могли нанести им вред.
С восемью такими марионетками шрамолицый мог одолеть даже Боевого Владыку стадии Великого Достижения.
Однако Лэн Юэ закончила свои печати первой. Между её ладоней вспыхнула ослепительная фиолетовая печать, которую она резким движением толкнула вперед.
Печать взорвалась, разворачиваясь в воздухе сложнейшим массивом с множеством узоров. Пурпурное сияние формации накрыло и шрамолицего, и его восемь гробов.
Лицо мужчины исказилось от ужаса:
— Это же Великая печать изгнания демонов! Высшая магия демонов… Как ты, жалкий суккуб, могла овладеть ею?!
Договорить он не успел. Сияние массива становилось всё ослепительнее. Когда блеск достиг апогея, восемь гробов, успевших показаться лишь наполовину, были втянуты обратно в землю.
Собственный гроб шрамолицего тоже породил чудовищную силу притяжения, стремясь затянуть хозяина внутрь.
Эта сила была подобна ветру десятого ранга. Шрамолицый, не желая сдаваться, рухнул на колени, мертвой хваткой вцепившись пальцами в землю.
Скрип!
Но сопротивление было бесполезным. Его пальцы прочертили в земле глубокие борозды, а лицо исказилось от панического страха. Искусство изгнания демонов было способно отправить демоническую сущность обратно в Мир Демонов.
Мир Демонов состоял из восемнадцати слоев, и в какой бы из них он ни попал, жизнь там не сулила ничего хорошего.
Хоть он и примкнул к культу, по сути он оставался человеком, привыкшим к радостям человеческого мира. Жизнь в Мире Демонов была бы для него невыносимой.
К тому же каждый слой того мира таил в себе смертельные опасности. Как он, человек, сможет там выжить – было огромным вопросом.
Но как бы он ни сопротивлялся, массив сиял всё ярче, и в конце концов шрамолицего затянуло в гроб.
Хлоп!
Крышка гроба мгновенно захлопнулась. Лэн Юэ указала перстом в пустоту, и фиолетовый массив изгнания демонов придавил гроб, заставляя его исчезнуть в руинах двора.
Закончив дело, Лэн Юэ посмотрела на десять следов от пальцев на земле. Поразмыслив, она стерла их, приведя всё в такой вид, будто здесь ничего не было, кроме обычных руин.
Три дня спустя Сяо Чэнь, наконец, пришел в себя.
Кх-кх!
С трудом открыв глаза, он зашелся в сильном кашле и, превозмогая боль, сел.
Осмотрев внутренним взором свое состояние, он лишь горько усмехнулся.
Хоть большая часть энергии и вышла через двадцать четыре драконьих отверстия, оставшаяся мощь нанесла организму колоссальный урон.
Сердце, печень, селезенка, легкие, почки, желудок и кишечник – все внутренние органы были серьезно повреждены. Каждое мимолетное движение отзывалось нестерпимой болью.
К счастью, меридианы почти не пострадали. Благодаря Драконье-тигриному закаливанию и Канону Закалки Тела Лазурной Бездны они прошли особую обработку.
Они стали крепкими, словно холодное железо, твердыми, как горный камень, и в то же время податливыми, точно осенняя вода. Обретя гармонию жесткости и мягкости, они стали почти неуязвимы для обычных повреждений.
Но больше всего его удручало то, что изначальная энергия была исчерпана полностью. Совсем ничего не осталось. Он не мог даже немного притупить боль с помощью ци.
Обычно, как бы тяжело ни прошел бой, воин всегда оставляет крупицу энергии, чтобы запустить малый или большой цикл циркуляции и восстановить силы. Если же энергия исчерпана до капли, восстановиться будет крайне сложно. Даже лучшие пилюли не помогут, пока в даньтяне естественным путем не зародится хоть малая прядь изначальной энергии.
«В этот раз я и впрямь сам себя искалечил», – Сяо Чэнь тяжело вздохнул. В самосовершенствовании нельзя переть напролом.
Он перевел взгляд на Лэн Юэ. Та с безмятежным видом смотрела в небо, будто и не замечая, что он очнулся.
— Позволь спросить, небо настолько красивое? Я пришел в себя, а ты даже взглядом меня не удостоила.
Лэн Юэ обернулась и, очаровательно улыбнувшись, пропела:
— Ну что ты, я просто не заметила.
Она подбежала и помогла ему подняться. Сяо Чэнь действительно не мог стоять сам. Лэн Юэ отчетливо видела, какую муку отражает его лицо.
— Ты так тяжело ранен. Боюсь, на этом твое испытание закончится.
Сяо Чэнь слабо усмехнулся и, отпустив её руку, ответил:
— Закончится? Ты слишком плохо меня знаешь. Такие раны мне вполне по силам. И не вздумай строить козни.
Лэн Юэ про себя проворчала: она проявила искреннюю заботу, а этот парень так ничего и не понял.