Глава 485. Странная победа
— Сяо Чэнь пришел. Даже Се Цзывэнь ему не ровня, нам против него ловить нечего.
— Сразу сдаваться надо, а что еще делать? Заведомо проигрышный бой, только силы зря тратить – после такого во второй тур точно не выйдешь.
— Говорят, в Башню Древней Пустоши двадцать мест, но по мне, так только девятнадцать. Одно-то уже железно за Сяо Чэнем закреплено.
Видя приближение Сяо Чэня, воины, собравшиеся у статуи Великого Императора Тяньу, принимались сокрушенно вздыхать.
Для них появление такого человека в этом поколении было настоящей трагедией. Оставалось только молиться, чтобы жребий не свел их с ним в первом же бою.
Сяо Чэнь не обращал внимания на пересуды. Пожелав Ся Сиянь удачи, он смешался с толпой, ожидая появления Ши Хайлуна и остальных.
Вскоре со стороны неба прилетела группа мастеров в одеждах с эмблемами Альянса Небесной Погибели. Они приземлились на высокий помост у изваяния, и возглавлял их Ши Хайлун, которого Сяо Чэнь видел на днях.
Окинув взглядом более двух сотен воинов, Ши Хайлун бросил помощнику:
— Иди, проверь список. Если кого-то не хватает, подождем еще четверть часа. Если все на месте – начинаем немедленно.
Тот кивнул и принялся за перекличку. Закончив, он снова поднялся на помост:
— Двести семьдесят шесть человек. Все в сборе.
— Хорошо, — кивнул Ши Хайлун. — Начинаем первый круг жеребьевки!
На помосте уже стояли четыре черных деревянных ящика с круглыми отверстиями, в которые как раз проходила рука.
Следуя указаниям людей из Альянса Небесной Погибели, Сяо Чэнь вместе со всеми подошел к одному из ящиков и вытянул красный деревянный жетон. На нем черной тушью было выведено число «18».
Когда жеребьевка закончилась, Ши Хайлун зычно объявил:
— Номера с первого по восемнадцатый, выходите на арены! Те, у кого красные жетоны, поднимаются первыми и вывешивают свой номер. Обладатели синих жетонов ищут арену с таким же числом и вступают в бой.
Правила были просты и понятны, а противник выбирался совершенно случайно. Сяо Чэню такой подход пришелся по душе.
Тридцать сражений за два дня в таком режиме позволяли максимально объективно оценить силу каждого участника.
Поскольку Сяо Чэню достался восемнадцатый номер, он сразу после слов Ши Хайлуна запрыгнул на одну из арен и повесил жетон на столб.
Спустя некоторое время на помост к нему, медля и запинаясь, поднялся воин из Царства Чу с крайне кислым выражением лица.
— Ну и везенье… в первом же бою на этого Демона нарваться, — пробормотал он себе под нос. Глядя на Сяо Чэня, он не чувствовал в себе ни капли боевого задора.
Оба встали в стойки и обменялись церемонными поклонами, готовясь к схватке.
Их ауры столкнулись в воздухе. Воин из Чу смотрел на спокойное лицо Сяо Чэня, и в его голове всплывали многочисленные слухи о нем.
Он вспомнил, как собственными глазами видел его битву против Цзо Мо и Се Цзывэня. Чем больше он думал, тем яснее понимал, что ему не победить. И как раз в тот миг, когда Сяо Чэнь собрался нанести удар, противник безнадежно вздохнул:
— Всё, я сдаюсь!
Здесь собралось более двухсот бойцов, прошедших первичный отбор – все они были выдающимися талантами в своих краях, и гордости им было не занимать.
Признать поражение, даже не начав бой, для многих было невыносимо – прежде всего перед самим собой.
Но перед лицом столь грозного противника, как Сяо Чэнь, у воина просто не было уверенности, что он сможет продержаться. Зачем зря тратить изначальную энергию и получать раны?
Для следующего боя это было бы крайне невыгодно. Взвесив все за и против, он решил отступить. В конце концов, право войти в Башню Древней Пустоши было куда важнее сиюминутной гордости.
Не стоило из-за пустой борьбы амбиций ставить под удар все последующие сражения.
Сяо Чэнь с оттенком досады покачал головой и сошел с арены. Он не одобрял такой отказ от участия.
Будь он на месте того воина, он бы обязательно попробовал свои силы, каким бы мощным ни был враг. Трусость перед боем губительно сказывается на внутренней остроте воина.
Если это войдет в привычку, дух бойца окончательно притупится. И даже если в будущем его культивация совершит рывок, боевая мощь не возрастет значительно.
Воин не должен бояться поражений. Он должен бояться потерять свою остроту и ту внутреннюю искру, что ведет его вперед.
Первый круг жеребьевки завершился, и начался второй. К разочарованию Сяо Чэня, его следующий противник тоже предпочел сдаться.
Так продолжалось до пятого поединка, в котором Сяо Чэнь наконец встретил настоящего оппонента.
Им оказался не кто иной, как Цзян Цзымо из Дворца Десяти Тысяч Демонов. Увидев Сяо Чэня на арене, он улыбнулся:
— Что ж за невезение, всё-таки попал на тебя. Давай просто обменяемся опытом, не будем доводить до серьезных травм.
Сяо Чэнь слегка улыбнулся:
— Мне это подходит. Нападай!
Цзян Цзымо кивнул:
— Прошу прощения за дерзость!
Фьють!
Оттолкнувшись носком ноги от земли, он обрушил на Сяо Чэня яростный шквал ударов ладонями. Сяо Чэнь знал об особенностях его боевых искусств: тот с самого начала бил в полную силу.
Если дать слабину и оказаться в невыгодном положении, отыграться будет очень сложно. Поэтому Сабля Лунной Тени молнией выскочила из ножен.
Бам!
Мощные порывы ветра от ладоней столкнулись с непрерывным потоком энергии сабли. Грохот ударов разносился над ареной, порождая жуткие взрывные волны, расходившиеся во все стороны.
Цзян Цзымо нанес три удара подряд, вкладывая в них всю мощь и сокрушая сияние сабли Сяо Чэня слой за слоем. Он стремительно сокращал дистанцию.
Тот, кто сражается голыми руками против вооруженного противника, изначально находится в невыгодном положении – ведь длинное оружие дает преимущество в охвате. Однако стоит мастеру рукопашного боя подобраться вплотную, как клинок теряет свою пользу, и ситуация мгновенно меняется на противоположную.
Сяо Чэнь прекрасно это понимал. Он ловко маневрировал, не переставая вращать длинную саблю и применяя различные техники, чтобы не подпустить врага близко.
Их фигуры молниеносно перемещались по арене, оба демонстрировали искусную работу ног. Удары и блоки сменяли друг друга, и вскоре счет пошел на десятки разменов.
В атаке и защите каждый знал, когда нужно отступить, а когда нажать. Оба действовали предельно осторожно, и бой начал заходить в тупик.
— Эх, похоже, только Цзян Цзымо и хватает смелости не сдаваться перед Сяо Чэнем.
— Аж тошно становится. За десять лет в боевых искусствах я ни разу не пасовал перед сверстниками, а сегодня, встретив Сяо Чэня, даже на бой решиться не смог.
— Да я такой же. Как гляну на него, так сразу ту битву с Се Цзывэнем вспоминаю. Вы же знаете, как силен Се Цзывэнь, а всё равно проиграл ему. Куда уж нам соваться.
— Молитесь, чтобы просто не вытянуть жребий против него. Против того же Цзо Мо я бы еще хоть как-то поборолся.
Толпа наблюдала за сражением Сяо Чэня и Цзян Цзымо, одновременно поражаясь силе первого и восхищаясь храбростью второго. Ведь тот, почти не имея надежды на успех, всё равно решился пойти на риск.
Глядя на них и сравнивая с собой, многие лишь горестно вздыхали, признавая пропасть между собой и этими гениями.
Бой длился уже целый час. Сяо Чэнь начал замечать неладное: казалось, он попался на уловку Цзян Цзымо.
С самого начала он ввязался в силовой обмен ударами. И хотя его изначальная энергия была обильна, у него не было той странной техники восстановления, которой обладал противник. В затяжном бою на истощение он точно проиграет.
Осознав это, Сяо Чэнь лихорадочно принялся искать выход.
Обменявшись еще парой десятков ударов, он принял решение пойти ва-банк.
Резким Ударом Дуги он заставил противника отпрянуть. Сяо Чэнь опустил саблю острием к земле, а в его левой руке начала стремительно скапливаться физическая сила, окутываясь лазурным сиянием. Он рванулся вперед.
Скир-р-р!
Кончик сабли чертил по камню, высекая снопы искр. Сяо Чэнь пошел напролом прямо на Цзян Цзымо. Когда тот нанес удар ладонью, меля в грудь юноши, Сяо Чэнь даже не попытался уклониться или закрыться, словно сам подставлялся под удар.
— Что он творит? Грудь нараспашку, кругом одни прорехи в защите! Один такой удар – и всё кончено! — Зрители недоуменно качали головами, не понимая, что происходит.
Однако лицо Цзян Цзымо внезапно исказилось. В тот самый миг, когда его ладонь уже почти коснулась груди Сяо Чэня, он резко оттолкнулся носком от земли.
Он стремительно отпрянул назад, оставляя за собой лишь остаточные тени, и остановился только у самого края арены. Развеяв энергию в ладонях, он горько усмехнулся:
— Ты победил. Я сдаюсь!
— Как так? Цзян Цзымо же почти попал, он бы выиграл этим ударом!
— Почему он вдруг сдался? Ничего не понимаю, что за чертовщина тут творится?
— Кто-нибудь может объяснить? Сяо Чэнь просто прыгнул вперед и победил? Цзян Цзымо что, струсил в последний момент? Бред какой-то!
Глядя на внезапно признавшего поражение Цзян Цзымо, люди внизу терялись в догадках. Произошедшее казалось им совершенно нелогичным.