Глава 292. Уговор
— Черт возьми, в наши дни даже лисы умеют корчить рожи, — изумились люди, завидев ужимки Сяобай.
«Раз это добро мародеров, значит, красть у них не зазорно», – подумал Сяо Чэнь.
Он окинул взглядом отряд: среди двух сотен человек слабейшими были Великие Боевые Мастера среднего ранга, а костяк составляли двадцать Боевых Почтенных.
Главарь в белом боевом халате внушал трепет – он обладал силой Боевого Почтенного высшего ранга. Пожалуй, он был лишь немногим слабее самого Сяо Чэня в то время, когда тот только спустился с гор.
Но теперь они находились на совершенно разных уровнях.
Мародер в белом халате, восседая на черном боевом коне, медленно приблизился к Сяо Чэню и, остановившись в десяти метрах, мрачно произнес:
— Неважно, взял ты мой Цветок Закалки Жил или нет, – отдавай Пространственное кольцо. Иначе не вини меня, если я тебя прирежу.
Сяо Чэнь лишь слегка улыбнулся и тихо ответил:
— Если кишка не тонка – приди и возьми сам!
— Жить надоело! — Главарь резко сжал бока коня, и тот молнией рванул к юноше.
Его жажда крови слилась воедино с аурой зверя под ним, устремляясь подобно острому мечу прямо в Божественное чувство Сяо Чэня – этот человек, как оказалось, владел основами ментальных атак.
Жаль только, что Божественное чувство юноши было невероятно могучим, и подобный выпад не мог причинить ему вреда.
«Решил поиграть со мной в ментальные атаки? Что ж, я тебе подыграю», – Сяо Чэнь холодно усмехнулся. Его воля воплотилась в образ Боевого духа с мечом в руках.
Раздался тихий хлопок – призрачный клинок врага был мгновенно сокрушен, а Божественный дух ударил прямо в лицо главарю. В тот же миг мир перед глазами мародера исчез.
Он очутился посреди бесплодной пустыни. В небесах высился исполинский дух, чей суровый взор был прикован к нему, а голос, подобный грому, сотряс мироздание:
— Пред ликом Божественного духа – пади на колени!
Мародер на мгновение растерялся, но тут же понял, что это ментальная иллюзия. Он в отчаянии прикусил язык; резкая боль прояснила рассудок, и он пришел в себя.
Этот Божественный дух был лишь мимолетным наброском, созданным Сяо Чэнем на основе печати Святого с Серебряного боевого корабля. У него пока не было реальной боевой мощи, он мог лишь на краткий миг ошеломить противника равного ранга.
Однако этого мгновения было более чем достаточно. Когда мародер прозрел, он увидел, что Сяо Чэнь уже в прыжке наносит удар ногой.
Бам!
Под потрясенными взглядами своих людей главарь, не успев даже шелохнуться, отлетел прочь.
Сяо Чэнь, все еще находясь в воздухе, приземлился на спину коня. Животное придавило к земле такой чудовищной силой, что оно лишь жалобно завалилось на бок, не в силах подняться.
В небе начали стремительно сгущаться тучи. Сполохи молний то и дело прорезали ночную тьму ослепительным сиянием.
В этом всполохах света Сяо Чэнь, оттолкнувшись от седла, взмыл ввысь. С каждым мгновением его мощь росла, пока в небесах не закружился исполинский грозовой вихрь.
Из самого сердца воронки донесся грохот тысяч копыт и яростный рев, разнесшийся на десятки ли вокруг.
— Это он! Это тот Пурпурный Демон Молний! Бежим! — Выкрикнул кто-то из мародеров в ужасе. Весь отряд в две сотни всадников в панике натянул поводья, пытаясь развернуться.
Но кони совершенно отбились от рук: они дико ржали и пятились. Видя, что звери не слушаются, мародеры начали бросать их, пытаясь спастись бегством, несмотря на яростные крики главаря.
Поняв, что дело проиграно и даже верные Боевые Почтенные уже сверкают пятками, главарь тяжело вздохнул и тоже бросился прочь.
— Рев Несущегося Грома: Бег Десяти Тысяч Коней!
Сяо Чэнь направил острие сабли вниз. Из вихря один за другим начали вылетать всадники на грозовых скакунах, устремляясь в погоню за разбегающимися врагами.
В ночи эти сияющие воины казались пурпурными тенями, стремительно летящими по Дьявольской степи – зрелище было поистине величественным.
Бум! Бум! Бум!
Взрывы гремели один за другим. Ни один из двух сотен мародеров не избежал удара.
Те, чьи силы были невелики, разлетались в клочья под копытами сразу нескольких призрачных всадников, погибая на месте.
Лишь воины уровня Боевого Почтенного и выше смогли выстоять. Бледные, истекающие кровью, они, не оборачиваясь, скрылись в темноте.
Сяо Чэнь разочарованно покачал головой: мощь была не та. Слишком долго копилась сила. Нужно найти способ достигать пика формы за более короткое время.
Оставив мысли об отступающих мародерах, он перевел взгляд на главаря в белом халате, которому уделил «особое внимание».
По приказу Сяо Чэня на того обрушилось не меньше сотни грозовых всадников. Хотя мужчина еще мог сражаться, он больше не представлял для юноши никакой угрозы.
Громовой побег!
Вспышка молнии – и Сяо Чэнь оказался рядом с мародером, возвращая ему его же слова:
— Неважно, какая у тебя была цель, – сейчас мне нужно твое Пространственное кольцо. Иначе не вини меня за беспощадность.
На лице главаря отразилась борьба, но в итоге он снял кольцо и протянул его Сяо Чэню, холодно бросив:
— Не стоит недооценивать Дьявольскую степь. Это не то место, где ты можешь безнаказанно хозяйничать.
Сяо Чэнь лишь вежливо улыбнулся, ничего не ответив. Он никогда не был настолько самонадеян.
Дьявольская степь была бескрайней: ее площадь во много раз превосходила округ Сихэ, и это если брать только территорию Великой Цинь.
За границами страны она тянулась еще дальше, так что нынешние земли были лишь верхушкой айсберга.
Зная, сколько здесь рыщет банд мародеров, Сяо Чэнь всегда проявлял осторожность. Заметив с помощью Божественного чувства действительно сильный отряд, он сразу же обходил его стороной, не ища лишних проблем.
Когда мародеры скрылись из виду, Сяо Чэнь определил направление к Павильону Небесной Сабли и решил продолжить путь ночью. Шум от недавней битвы был слишком велик, и он опасался привлечь внимание серьезных противников.
Дьявольская степь, место, где рос Цветок Закалки Жил. Мужун Чун, нахмурившись, смотрел на пустую землю и тушу духовного зверя-хранителя рядом.
Фьють!
За спиной раздался легкий шорох. Мужун Чун мгновенно обернулся и увидел таинственного человека в белом одеянии и белой маске.
— Мужун Чун, ты, кажется, забыл о нашем уговоре и вновь ступил на земли Дьявольской степи, — прозвучал хриплый голос незнакомца.
Мужун Чун ответил низким голосом:
— Я пришел только за Цветком Закалки Жил, у меня нет иных целей. Кроме меня, об этом месте в степи знают только ваши люди. Я готов отдать за него миллион духовных камней низшего ранга.
— Хоть десять миллионов давай – без толку, — отрезал человек в маске. — Его сорвали вчера.
Лицо Мужун Чуна исказилось, и от него волной разошлась яростная жажда крови. В его холодном взгляде читалось намерение убить:
— Кто?!
— Такой же ученик Пика Цинъюнь, как и ты… Ах, я и забыл, ты ведь больше не ученик Цинъюня, — равнодушно произнес человек в белом.
Жажда крови Мужун Чуна мгновенно угасла – он мастерски умел брать себя в руки. Задумавшись о чем-то, он произнес:
— Раз уж он его забрал, то и ладно. Прощай.
Ух!
Силуэт человека в белом внезапно смазался: словно при телепортации, он в мгновение ока оказался за спиной Мужун Чуна и нанес удар ладонью.
Тот резко развернулся и выставил ладонь в ответ. От столкновения чудовищных сил Мужун Чуна отбросило на десять шагов. Он побледнел, а в уголке его рта показалась струйка крови.
Человек в белом едва заметно отступил. Под маской промелькнуло удивление:
— Этот удар – цена за нарушение уговора. Уговор потому и называется уговором, что это обещание, которое нельзя нарушать ни под каким предлогом.
Мужун Чун одарил незнакомца ледяным взглядом и, не проронив ни слова, исчез в бескрайней степи.