Глава 204. Весы добра и зла
Обсуждение в сети набирало обороты.
Бесчисленное множество людей с напряжением следило за разворачивающейся на их глазах ужасающей картиной.
Судный День настал.
Казалось, еще мгновение назад легендарная фигура из древней эпохи, обернувшись сокрушающим миры Истинным Бессмертным Чистого Ян, повергла Десять Корпораций, и всеобщему ликованию не было предела.
Но отпраздновать толком не успели.
На мир обрушился Великий потоп.
И, что вполне соответствовало духу времени, начался он с Общего Сознания.
И кто-то, будто Летописец, уже заносил в анналы истории:
Бог ниспослал первую благую весть: 【Море Сознания породит собственный дух и обратится в потоп.】
Вторую: 【Люди обретут совесть, дабы судить свои грехи.】
И третью: 【Всякий грешник, павший в море, в море и утонет.】
Бог произнес лишь три этих фразы, и структура Великого потопа с поразительной легкостью обрела форму.
Все оказалось даже более продуманным, чем можно было представить.
Заставить каждого судить собственные прегрешения — так почти исключалась возможность несправедливого суда.
Многие филантропы, на публике источавшие мнимое милосердие, лучше других знали, насколько они порочны.
— Не зря он Бог! — восторженно восклицали одни. — Он знает, что Общее Сознание — грязнейший из сортиров! Смыть их всех в унитаз, ибо там самое место этому мусору!
Другие высказывались более радикально:
— Именно! В любую эпоху сеть — это выгребная яма, а эта сеть сознания — просто зловонное болото!
Третьи же в страхе лепетали:
— Пусть бы все ограничилось Общим Сознанием. Промоет сеть, и на этом хватит.
Но были и те, кто мыслил здраво:
— Вы слишком наивны. Как он может ограничиться одним лишь Общим Сознанием? Не будет такого, что гора родила мышь.
Аналитики уже вовсю разбирали молниеносно меняющуюся обстановку.
— Эта эпоха делится на две сферы — виртуальную и реальную. Чистка наверняка затронет обе!
— Господа, не стоит тешить себя пустыми надеждами. Раз уж Великий потоп начался в Общем Сознании, он, скорее всего, перекинется и на реальность! Всем приготовиться!
Обсуждения, подобные реву цунами, сотрясали интернет, заставляя страницы форумов обновляться с бешеной скоростью.
Некоторые, чувствуя за собой слишком много злых дел, пребывали в ужасе. Их души были не на месте от страха перед судом собственной совести.
Вскоре самые проницательные умы в сети наконец разгадали истинный замысел Бога и поспешили поделиться им с остальными.
— Так вот оно что! Вы еще не поняли? Каким будет Судный День — решаем мы с вами!
Все замерли в недоумении.
Разве не Бог определяет ход Судного Дня?
Он ведь явился таким властным, таким надменным и без обиняков вознамерился судить всю их эпоху.
Но новая информация повергла людей в еще больший трепет.
— Для начала вы должны понять структуру Святого Тела Бога. Оно соткано из Доброго Сердца и Злого Сердца, которые находятся в равновесии.
— Явившись в мир, он, по всей видимости, намерен впитать эмоции всех живых существ, чтобы восстановить свою силу — свои десять Образов Разума!
— И как вы думаете, что произойдет в процессе этого поглощения?
— Если в нашей эпохе добро и зло сбалансированы, Бог сохранит свой обычный облик.
— Но если злодеев у нас куда больше, чем праведников, если эпоха прогнила, то темные эмоции позволят Злому Сердцу одолеть Доброе, и тогда на сцену выйдет Падший Бог!
— А значит, какой именно Бог явится миру, решает сама эпоха!
Эта мысль озарением пронзила всех, и на лицах появилось выражение «ах, вот оно как».
Все сводилось к двум пунктам. Во-первых, только что пробудившийся Бог нуждался в энергии эмоций живых существ, чтобы восстановить свои силы. Во-вторых, он должен был взвесить добро и зло на весах, и, если чаша склонится, явится его иная ипостась.
Будь они добродетельны, и милосердие перевесило бы злобу, явился бы Милосердный Бог — воплощение Чистого добра, чтобы благословить все живое. Он стал бы даром и наградой для этой эпохи.
Но сейчас…
Явился Падший Бог.
Тот, кого даже Король Демонов Голиаф считал злее любого демона. Какой же апокалиптический суд он принесет с собой?
— Ох… так все зависело от нас?
— Какая ненависть! И что с того, что мы теперь знаем? Неужели злодеи перестанут творить зло?
— В этой эпохе на каждом шагу капиталисты, это же фактически рабовладельческий строй.
— Мы обречены.
Город Жэхэ.
Тринадцатая средняя школа.
Все снова собрались в убежище.
— Такой способ возрождения для Бога весьма логичен, — потрясенно вымолвила Сы Аньхэ, широко раскрыв рот. — И силы восстановит, и греховность эпохи измерит.
— Добро и зло — это наш собственный выбор, — произнесла Бай Юсюань. Будучи Бессмертной Травой, она тоже получила немало возможностей и теперь прикидывала, как ей поступить.
Ее врожденные способности были невелики. Несмотря на все прошедшее время, она так и осталась на пике четвертого ранга.
Некоторых высот не достичь, даже имея в запасе вечность. Их не выточить ни временем, ни ресурсами.
Совершенствование в Мысле-энергии было испытанием воли, не говоря уже о Пути Бессмертных, который зиждился на триаде Цзин-ци-шэнь. Порой, чем старше ты становишься, тем слабее твой дух и тем меньше веры в собственные силы, и тогда прорыв становится невозможен.
— Народ, как думаете, Великий потоп и вправду будет? — с тревогой спросила Цзоу Аньмэн. — Если он нас накроет, от города Жэхэ ничего не останется.
— Да не должно, вроде? — даже такой оптимист, как Ли Фэн, занервничал. — Но я знаю одно место, которое потоп точно не затронет.
— Дерево Цанву!
Они переглянулись.
Лучшим решением было немедленно бежать туда.
Никто не хотел рисковать и проверять, обрушится ли на мир Великий потоп.
Всепоглощающая стихия, волны выше гор, смывающие целые континенты. Эту ужасающую картину они уже видели в Эпоху Голиафа, и никто не желал пережить такое снова.
— Бежим!
— Другие наверняка тоже догадались, надо спешить!
Выбравшись наружу, они увидели бесчисленные толпы людей. С рюкзаками за спиной, с детьми на руках, все они ринулись к Дереву Цанву.
— Не толкайтесь!
— У меня ребенок, пропустите!
— Если вы не делали ничего плохого, чего вы боитесь?
— А ты раз не делал, так не толкайся!
В этом и заключалась трагедия маленького человека: он мог лишь плыть по течению, отчаянно цепляясь за жизнь.
Чаще всего у него даже не было времени задуматься о добре и зле. Вершить суд, менять эпоху — это удел великих.
Им же оставалось только одно — выжить.
И пока весь мир погружался в хаос…
Высоко в облаках, на вершине мира, Бог и Истинный Бессмертный Чистого Ян сидели друг напротив друга, внимая покаянным речам, что неслись из Общего Сознания внизу.
— О Бог, я грешен!
— Господин, я молюсь вам о своих грехах!
— Простите меня, мои грехи неискупимы!
Молились почти все.
Лишившись злобы и оставшись с чистым добром в душе, люди рыдали и каялись.
Некоторые, не в силах вынести тяжесть своих преступлений, уже бросились в воды моря сознания, превратившись в бесчисленные косяки сардин, что в муках бились в соленой воде.
Взоры двух божеств пронзали океанские просторы Общего Сознания, и казалось, ни одно покаяние в мире не могло укрыться от их глаз.
Сегодня был день исповеди перед Богом. День, когда каждый должен был поведать о своих грехах. Судный День.
Вся тьма мира была вывернута наружу, выставлена под свет солнца, и некоторые ее проявления ужасали до глубины души.
Даже проживший бесчисленные годы Сюй Чаншэн, глядя на эти картины мрака, нахмурился.
— В так называемых нейтральных водах они прятали корабли-бордели? Плавучие казино? Суда работорговцев?
Люди древних династий и близко не были так жестоки и изобретательны в своей порочности.
Казалось, с развитием цивилизации росло и число способов истязать человека.
Истинный Бессмертный Чистого Ян вздохнул, и в его голосе прозвучали нотки гнева:
— Воистину, чем чище должно быть место, тем оно грязнее, а там, где царит грязь, порой отыщется чистота.
(Конец главы)