Глава 909 - Кто понял жизнь, тот не спешит
В недрах казино, где свет и тень сплетались в причудливый узор, а воздух был густым от запаха денег и пота, Цзо Чэнъань пробирался сквозь толпу.
Отвязавшись от назойливого типа в цветастой рубашке, он собирался вернуться к входу, чтобы найти Ли Юэцю и остальных.
Но, проходя мимо шумного стола с рулеткой, он услышал обрывок разговора, заставивший его замереть. Двое завсегдатаев с сальными ухмылками обсуждали свежие сплетни:
— Слыхал? У Хуа-цзы новая игрушка, тот красноглазый... Живучий, гад! Я видел, как он только что, хромая на обе ноги, поплелся в бар на третьем этаже. Хе-хе...
— Да ладно? Еле ходит? Может, это старина Хуа-цзы сдал позиции и уже не тот, что раньше?
— Не скажи... Говорят, этот красноглазый с изюминкой. Хуа-цзы в нем души не чает, бережет... Ха-ха-ха...
Услышав это, Цзо Чэнъань мгновенно изменил маршрут. Забыв о встрече с группой, он скользнул в поток гостей и направился к лестнице, ведущей на третий этаж.
Уходя, он не заметил, как неподалеку Мо Доу, избавившийся от общества Златоцепа, вместе с Ли Юэцю и Чжэн Жэнем уже оккупировали один из «одноруких бандитов».
Третий этаж, нависающий над основным залом, был зоной относительного спокойствия. Сюда лишь долетали отголоски бури, бушующей внизу.
У барной стойки, в самом углу, Цзо Чэнъань заметил знакомую фигуру.
Красноглаз стоял спиной к залу, опираясь одной рукой о полированную поверхность стойки, а другой жестикулировал перед барменом. Вокруг было полно свободных стульев, но он упорно продолжал стоять.
Его ноги были неестественно согнуты, поза выдавала колоссальное напряжение и боль, которую он пытался скрыть.
Цзо Чэнъань ещё не успел подойти, как рой Око-демонов — летающих камер «зрителей» — уже облепил Красноглаза, жужжа, словно мухи над вареньем. Аудитория жаждала драмы, унижения, страданий.
Но вместо ожидаемой картины сломленного раба, камеры транслировали нечто совершенно иное. Красноглаз, наклонившись к бармену, вкрадчиво шептал что-то молодому парню, чей взгляд уже начал стекленеть. Это выглядело как сцена соблазнения!
Причем бармен, похоже, был не против.
Поток Отголосков взорвался недоумением.
[???]
[Эм... это он так пытается сэкономить на выпивке?]
[Да ну нафиг! Ему это самому нравится? (Без комментариев.jpg)]
[Расходимся, пацаны. Если всё по согласию, то это скука смертная. (Тошнит.jpg)]
[А Хуа-цзы в курсе, что его любимая игрушка за его спиной такие кренделя выписывает?]
[Чет не то... Подлетите ближе, о чем они говорят?]
Один из неприметных комментариев заставил операторов дронов подлететь вплотную.
В глубине глаз Красноглаза пульсировал гипнотический свет, проникая в сознание бармена:
— ...Ты устал? Тебе опостылело это бесконечное служение? ...Лишь приняв истину Шепчущего-из-Глубин, великого Могэна, Красноглазого Владыку, ты обретешь покой и силу... Ему плевать, кто ты и откуда... Просто произнеси Его имя в сердце своем, отдай Ему свою ничтожную преданность...
— В награду за веру в Шепчущего-из-Глубин, Могэна, я дарую тебе утешение прямо сейчас...
Красноглаз подкрепил свои слова многозначительным, полным порочного обещания взглядом.
Дело было не в распущенности. Злой Бог просто понял, что вербовка через «тело» — самый эффективный маркетинговый ход в нынешних реалиях.
Куда проще провести приятный вечер в тепле, чем орать проповеди на перекрестке, как городской сумасшедший, и получать ноль последователей.
К тому же, качество паствы имело значение. Одурманив Хуа-цзы, Красноглаз заставил того приказать всем своим сотрудникам молиться четыре раза в день. Поток веры, пусть и грязноватый, потек рекой уже на следующий день.
А сейчас? Сейчас Красноглаз просто хотел выпить на халяву.
Бармен отставил шейкер. То ли сработал Навык очарования, то ли обещание «награды» оказалось слишком заманчивым, но он медленно кивнул:
— ...Согласен.
[Охренеть?!]
[Сетевой маркетинг добрался до казино?!]
[Какой маркетинг! Разуйте глаза! Это же натуральная проституция с религиозным уклоном!]
[Стоп... Это имя «Могэн»... У меня от него в ушах звон, будто кувалдой дали!]
[Не повторяйте имя! Я нагуглил: «Могэн» — это тот самый урод, из-за которого случился массовый суицид «Священного пламени»!]
[Так вот почему голова раскалывается... Говорят, если долго слушать, башка может лопнуть. (Дрожу от страха.jpg)]
[М-да... Значит, он стоял не потому что больно, а чтобы удобнее проповедовать было? (Шок.jpg)]
...
Увидев имя «Могэн», Цзо Чэнъань всё понял.
Значит, истинное имя Злого Бога — Могэн.
Когда-то Он мог заставить сотни тысяч людей покончить с собой одним своим присутствием, сводил с ума зрителей через экраны мониторов в других мирах. А теперь? Теперь его сил хватает лишь на то, чтобы вызвать у зевак легкую мигрень.
Раны, нанесенные ему, действительно ужасны.
Цзо Чэнъань сделал шаг вперед.
Возможно, сработал звериный инстинкт, или же ненависть, въевшаяся в саму суть этого существа, дала о себе знать, но Красноглаз, уже уводивший бармена в подсобку, резко обернулся.
Их взгляды встретились.
Время застыло.
С лица Красноглаза мгновенно слетела маска похоти и уверенности. Его зрачки сузились в точки, задрожали от первобытного ужаса.
Секунду назад в нем ещё теплилось желание разорвать обидчика, но стоило ему ощутить ледяное дыхание смерти, исходящее от «Клинка Божественной Жертвы» — Сяо Ци, висящего на поясе у Цзо Чэнъаня...
Шерсть на его загривке встала дыбом!
Все кровожадные мысли: «Убить!», «Вырвать сердце!», «Сожрать!» — разлетелись в прах. В голове билась одна-единственная команда:
«БЕЖАТЬ!!!»
Не раздумывая ни мгновения, Красноглаз отшвырнул новообращенного адепта и, превратившись в размытую тень, рванул в сторону люксовых номеров, где обитал Хуа-цзы.
Хуа-цзы, окончательно развращенный и порабощенный, стал идеальной марионеткой. Спрятаться в его номере, прикрыться абсолютной защитой казино и армией охраны — вот единственный шанс на спасение!