Глава 851 - «Настоящее» Образцовой средней школы
Кто бы мог подумать, что безупречная маскировка порой рождается из банальной нищеты и невозможности купить себе еду.
Едва группа показалась в зале, как их тут же заметили согильдийцы. Толпа окружила вернувшихся героев, засыпая их вопросами, в которых искренний энтузиазм смешивался с недоумением.
— Вы уже вернулись? Так быстро?
— Встретили кого-нибудь из прошлой партии Игроков?
— А чему вообще учат монстров? Программа такая же, как у нас — математика, языки?
— Кто-нибудь ранен? Хватит баланса на лечение?
Люди перебивали друг друга, создавая шумный гомон, но при этом с удивительной тактичностью обходили самый главный вопрос — о прогрессе прохождения. В жестоком мире игры рекорд по скорости входа и выхода из Сценария чаще всего означал не триумф, а позорное бегство или фатальную неудачу.
— Не налетайте скопом, дайте людям дышать, — Гань Жань, словно ледокол, раздвинул толпу, увлекая за собой Вэнь Цзинляна. Его голос звучал спокойно и весомо. — Не стоит устраивать здесь столпотворение. Цзинлян, проводи всех в комнату отдыха.
— Понял! — Вэнь Цзинлян просиял и, мгновенно включившись в роль профессионального менеджера, начал прокладывать путь. Ловко маневрируя впереди, он то и дело оглядывался на пятерку героев, подмигивая им и жестами приглашая следовать за собой.
Вся группа, удачно прицепившись к «жирной ноге» Цзо Чэнъаня, пролетела сквозь три Сценария подряд. Исследование завершилось полным триумфом: и Характеристики, и Очки текли рекой. А когда кошелек полон, волей-неволей начинаешь любить себя чуточку больше.
Поэтому, когда после выхода из Сценария перед глазами всплыло системное окно с предложением исцеления за Очки, никто не мелочился. Ползунок восстановления уверенно сдвигался… ну, скажем, на пятьдесят процентов. Экономия должна быть экономной, а траты — разумными. Базовое исцеление, чтобы кости срослись и кровь остановилась — это святое. А вот удаление шрамов, косметические процедуры и прочие излишества — увольте, нечего транжирить кровь и пот понапрасну.
Хотя тела Игроков благодаря системе уже избавились от физической усталости, ментально они все еще находились в состоянии боевого возбуждения. Адреналин, бурливший в крови во время рейдов, требовал выхода, а разум — безопасной гавани, чтобы успокоиться.
Воспоминания Люй Во и Е Чжи постепенно обретали четкость. Не сговариваясь, они сунули руки в свои Пространственные предметы, нащупали заветные автографы кумира, и уголки их губ поползли вверх, грозя достать до ушей.
В своих головах они уже сотни раз прокручивали этот сладостный момент: вот они небрежно достают подлинные подписи, а лица коллег вытягиваются, зеленеют от зависти и благоговения. Этот триумф слаще, чем выпадение редкого легендарного снаряжения с финального босса!
Но куда важнее хвастовства трофеями была информация, которую они добыли. Сведения, вынесенные из глубин Сценария, имели ценность, которую невозможно измерить никакой валютой. Как только эти данные станут достоянием общественности, расклад сил в Безопасной Зоне изменится навсегда! Это перевернет сам подход к прохождению Сценариев!
Их распирало от желания поделиться пережитым, слова буквально жгли язык.
Вэнь Цзинлян провел группу через арку в задней части холла Гильдии, и перед ними открылся коридор, устланный мягким бархатным ковром. Стены украшали парящие сферы, которые при их приближении вспыхивали теплым, молочно-белым светом.
У Цзо Чэнъаня еще оставались дела, требующие помощи информаторов Гильдии Рассветной Луны, поэтому уходить он не спешил. Он придержал Вэнь Цзинляна за локоть и, понизив голос, отдал несколько коротких распоряжений.
— Предоставь это мне, — Вэнь Цзинлян сложил пальцы в жест «ОК».
Проводив пятерку в комнату отдыха, он поспешно удалился, чтобы выполнить поручение Цзо Чэнъаня.
Дверь в комнату отдыха бесшумно скользнула в сторону, выпуская наружу облако прохладного воздуха с ароматом кедра и мяты.
Чжэн Жэнь с размаху плюхнулся на стоящий в центре диван. Мягкая обивка тут же податливо приняла форму его тела, идеально подстраиваясь под каждый изгиб, а в воздухе раздался мелодичный голос:
[Активирован режим глубокой релаксации.]
— Ого, до чего техника дошла! — Чжэн Жэнь от удивления даже привстал, снова плюхнулся и, блаженно прищурившись, выдохнул:
— Кайф! Эту штуку, небось, вытащили из Сценария второго Ранга «Приморский курорт»?
Он вспомнил, как они с Ли Юэцю ходили в похожий Сценарий, но, увы, слишком поздно. Владелец курорта к тому времени уже познал всю горечь встречи с Игроками и был настолько ими запуган и обобран, что подобной роскоши в номерах уже не осталось. Это стало для Чжэн Жэня маленькой личной трагедией.
Ли Юэцю тоже стекла в кресло, позволяя усталости покинуть тело.
Цзо Чэнъань и Мо Доу вели себя куда сдержаннее — они здесь были частыми гостями. Пес деловито направился к столику с закусками. Если раньше он либо варварски раздирал упаковку когтями, либо тащил добычу хозяину, то теперь Мо Доу, как истинный интеллигент и выпускник элитной школы, внимательно изучал инструкцию на обороте и аккуратно вскрывал пакетики когтем. Сам добыл — сам поел.
В отличие от этой четверки, Люй Во и Е Чжи не могли усидеть на месте. Они ходили по комнате, трогали обивку, разглядывали декор. И хотя их Личные панели были скрыты настройками приватности, по их сияющим лицам и бегающим глазам было ясно: они строчат сообщения друзьям, захлебываясь от восторга.
Это место предназначалось исключительно для лидеров Гильдии и ключевых фигур. Люди, рискующие жизнью ради разведки новых Сценариев, заслуживали королевского комфорта. А то, что здесь оказались рядовые члены Гильдии... чья это заслуга, объяснять не нужно.
Вскоре вернулся Вэнь Цзинлян. Он вкатил тележку с настоящими, дорогими фруктами, уже нарезанными и готовыми к употреблению, а не теми декоративными муляжами вроде целых арбузов или гранатов, которые обычно ставят для красоты.
Услышав восторги Чжэн Жэня, он улыбнулся:
— Наша Гильдия держит монополию на Сценарий «Отель с видом на реку». Там регулярно обновляются массажные кресла. В следующий раз, когда вход откроется, можем вынести одно персонально для вас.
Чжэн Жэнь расплылся в улыбке, потеряв связь с реальностью от счастья:
— Договорились! Да я и сам вынесу, не гордый!
Тем временем Вэнь Цзинлян поставил перед Мо Доу огромную миску с овощным рагу, купленным в ресторане. Пес взволнованно подскочил, благодарно ткнулся носом в руку Цзо Чэнъаня и набросился на еду.
То, что в рагу по-прежнему не было кукурузных зерен, его уже совершенно не волновало. После недели на жидкой похлебке с рисом, а порой и вовсе голодовки, даже собака начинает ценить простую пищу как манну небесную.
— Брат Цзо, еду я закупил, — почтительно отчитался Вэнь Цзинлян. — Если нужно что-то еще — только скажите. Отдыхайте, набирайтесь сил. По соседству есть горячие источники, ресторан, кинозал — всё в вашем распоряжении. А насчет вашего вопроса... наши люди уже отправились на разведку, ответ будет скоро.
— Спасибо за труды, — Цзо Чэнъань слегка кивнул.
— Что вы, это не труд, это честь для меня! — замахал руками Вэнь Цзинлян с искренней улыбкой.
---
Тем временем в «настоящем» Тайного Царства «Образцовая средняя школа».
Игроки, разбросанные по разным классам и занявшие места, предназначенные для владельцев обычных Карт для совместной игры, переживали ад на земле. Череда «разборок на запчасти», жестоких телесных наказаний и принудительной утилизации «одаренных учеников» проредила их ряды более чем наполовину. В живых осталось всего девять человек.
В стенах этой школы программа «Обратная переработка двоечников» действовала годами и стала неписаным законом, который соблюдали все: от директора до уборщицы.
Правило было простым и страшным: ученики с низкой успеваемостью, плетущиеся в хвосте рейтинга, подлежали разборке и переработке в Монеты Восхождения, которые шли на содержание отличников.
Разумеется, на «улучшение учебной среды» тратилась лишь жалкая крупица полученных средств. Основной поток золотых монет со звоном оседал в бездонных карманах школьной администрации и таинственных инвесторов.
И, к несчастью, Игроки, опрометчиво сунувшиеся в это пекло, на фоне местных монстров-зубрил, готовых грызть гранит науки (и конкурентов) насмерть, выглядели жалкими неудачниками. Они были, что называется, «младшими братьями среди младших братьев» — слабейшими звеньями в пищевой цепи знаний.