Глава 849 - Взрывной финал
Небо заплакало.
Но это был не дождь. Сквозь небесные раны сочилась вязкая, пахнущая ржавым железом и смертью красная жижа.
Кап. Кап.
Капли падали в костры, и те отзывались громким шипением, пламя мгновенно меняло цвет на ядовито-желто-зеленый.
Люй Во резко вскинул голову, его зрачки сузились в точки. Из глубины разлома медленно выползала гигантская, измазанная в какой-то дряни «цветочная голова». Лепестки напоминали мясные лоскуты, а в центре, где у нормального цветка должны быть тычинки, пульсировала разверзнутая пасть, истекающая едкой слюной. Это чудовище словно дегустировало воздух нового мира.
— Хризантема-мутант!
— Твою мать! Это же тварь с Поля Битвы Внешнего Мира?!
Вопли Е Чжи и ругань Люй Во слились в один крик. Они замерли, впившись взглядами в силуэт монстра, их мышцы натянулись, как струны.
На языке Игры эта тварь называлась «Зубастая Хризантема» — относительно слабый демон-одиночка. На стадии новорожденного его сила соответствовала игроку Второй Ступени Восхождения.
Её фишкой была мимикрия под безобидную… хризантему.
Стоило зазеваться, и эта «флора» наносила подлый удар в спину. В прямом и переносном смысле.
А если Зубастую Хризантему заражал паразит Око-демон, её мощь взлетала до пика третьей ступени. Бутон разрастался до размеров небольшой квартиры, она отращивала ноги-корни и начинала активно охотиться.
На Поле Битвы Внешнего Мира сцены, где стая таких «цветочков» гоняет Игроков по пересеченной местности, были обыденностью.
У многих ветеранов после этого развилась привычка пить чай с хризантемой — исключительно из мстительности.
Вспомнили! Все вспомнили!
Воспоминания о Битве Внешнего Мира пронеслись в головах Люй Во и Е Чжи калейдоскопом.
Под воображаемый саундтрек «Хризантемы отцвели, уж вянут», Люй Во, действуя на чистых рефлексах, выхватил зажигательную гранату, прицелился в центр «цветка» и метнул.
У всего есть две стороны медали.
Когда-то бесплотные демоны растворились в крови обитателей этого мира, совершив тихое вторжение. Но они допустили фатальную ошибку.
Те немногие особи, что остались «за бортом», во Внешнем Мире, оказались беззащитны перед растущей популяцией Ока-демона. Они стали идеальными инкубаторами.
За годы изоляции они превратились в тот кошмар, что сейчас лез с неба.
БАБАХ!
Брошенный Предмет угодил точно между зубов монстра. Пламя вспыхнуло мгновенно, охватывая лепестки.
Всего пара вдохов — и голова Зубастой Хризантемы превратилась в огненный шар.
Секундой позже грохнул основной заряд. Вспышка ослепила всех на миг, а искореженная пасть чудовища разлетелась в клочья. Вязкая черная кровь хлынула вниз ливнем.
Демон с визгом втянулся обратно в разлом. Едва он оказался во Внешнем Мире, огонь погас — там нечему было гореть, — оставив после себя лишь обугленные лепестки.
Но тварь не сдавалась. Она то и дело маячила у разлома, пытаясь взять реванш.
Цзо Чэнъань видел, как надпись «Зубастая Хризантема» над головой монстра мигнула, а Полоска здоровья просела на десять процентов.
Остальные цифр не видели, но опыт подсказывал им, что твари крепко досталось.
— Шрам останется на всю жизнь, — хохотнул Чжэн Жэнь. — Глядишь, встретим её потом на Поле Битвы, узнаем по ожогам.
Ли Юэцю была настроена более скептически:
— Брат Цзо же сказал, это «прошлое». В нашем времени этот гербарий уже давно сгнил.
— И то верно, — согласился Чжэн Жэнь. — С такими ранами её свои же сожрут. Не жилец.
Пока они переговаривались, Хризантема предприняла еще несколько попыток прорваться, но каждый раз получала отпор. Только когда на её башке почти не осталось лепестков, она с явной неохотой отступила.
Хоть она и нашла кормушку, еда оказалась слишком колючей. Пусть другие демоны разбираются.
С этой мыслью Хризантема уныло поплелась искать добычу попроще.
Когда угроза с неба исчезла, Игроки вдруг осознали, что под влиянием ауры Внешнего Мира все в школе — и студенты, и учителя — вернулись к своим заводским настройкам.
Ослы, свиньи, быки, какие-то инфузории-туфельки… Весь этот бестиарий носился по стадиону, орал, блеял и мычал.
Разгребать этот навоз — та еще задачка.
Впрочем, Игроков это уже не касалось. Миссия выполнена, пора паковать чемоданы.
— Предлагаю переименовать заведение в зоопарк «Юный Натуралист», — пошутил кто-то, начиная мародерку.
Это святая традиция. Уходя из данжа, если есть место в инвентаре, тащи всё, что не прибито гвоздями. А что прибито — отдирай и тащи вместе с гвоздями.
Конечности поверженных врагов, выбитые зубы, даже обломки статуи директора — все это ценные ресурсы. На базе за них дадут хорошие Очки.
— Плитка в административном корпусе — это чистая руда Белого Облака! — завопила Ли Юэцю. — Семьсот очков за полкило! Вскрываем полы, мы богаты!!
Пока команда с энтузиазмом вандалов разбирала школу на кирпичики, Цзо Чэнъань тихо отошел к краю поля битвы, где валялись останки Старого уксуса.
После смерти тело начало стремительно разлагаться.
Когда псевдочеловеческая кожа сползла, открывшиеся мышцы и кости имели мало общего с анатомическим атласом.
Здоровые человеческие кости точно не должны выглядеть как пчелиные соты. Дырки в его лопатках были такими, что туда кулак пролезет.
Цзо Чэнъань нашел палку и брезгливо разворошил зловонную кашу. Вскоре в районе горла блеснуло. Это был кристалл размером с большой палец, алого цвета. Даже лежа в гное, он оставался чистым и сиял, отражая свет звезд.
— Как и ожидалось. Связь «Вечного Света» с этими тварями куда глубже, чем мы думали.
С этими словами он поддел [Кристалл Предела].
Как только кристалл покинул тело, началось светопреставление.
Труп, едва сохранявший подобие формы, словно лишился невидимого каркаса. Он начал судорожно дергаться, плоть стала раздуваться, пузыриться и деформироваться.
Дорогой костюм, сшитый на заказ, первым не выдержал натиска. Ткань жалобно затрещала.
Швы на рукавах, воротнике и брюках лопались один за другим, но материя еще пару секунд героически сдерживала напор плоти.
Бах! Бах! Бах!
Серия глухих хлопков — и костюм разлетелся в лоскуты. Пуговицы выстрелили во все стороны, как шрапнель.
Освобожденная плоть — жир, мышцы, какие-то органы — начала жить своей жизнью. Она росла, множилась, отекала с пугающей скоростью. В мгновение ока останки превратились в двухметровую гору дрожащего мяса.
Из-за того, что кожа была повреждена, этот мясной холм не смог раздуться до полноценного гиганта.
Он лопнул, как перезрелый гнойник.
ПЛЮХ!
Гора мяса опала, превратившись в лужу черной, пузырящейся слизи.
Цзо Чэнъань, наученный горьким опытом, отскочил еще в момент «пуговичного обстрела», поэтому ни капли дрянь на него не попало.
Глядя на эту мерзость, он вспомнил судьбу «Господина Сливки» на корабле Первопроходец. Сценарий был один в один.
Отекшее тело, наполненное гноем, больная, неконтролируемая мутация.
Очевидно, что положение этих самопровозглашенных «Господ» на Небесном Острове куда плачевнее, чем пытался изобразить Старый уксус.