Глава 474 - Переговоры!
Старпом-крыс, один из старой гвардии, следовавший за капитаном с незапамятных времён, был в этом абсолютно уверен.
Он не мог ошибиться! Этот компас, без сомнения, был той самой вещью, которую капитан некогда не выпускал из рук!
Он обратил на Красноглаза суровый взгляд и отчеканил, слово за словом:
— Скри-ик, ччи-чии-чи! (Откуда у тебя этот компас?!)
Красноглаз услышал лишь:
— ￥%#%%……#@??
— …Абба-абба-абба?
Две твари вели разговор слепого с глухим — никто не понимал ни слова.
Старпом-крыс, казалось, был раздосадован. Будь у него кожа, его лоб наверняка бы прорезали глубокие морщины. Взгляд его костяной десницы блуждал по палубе, пока не наткнулся на Бай Ми. Пустые глазницы скелета вспыхнули призрачным огнём.
— Чиик, чии-чи-скрии! (Эй, ты, юнец из крысиного рода, подойди и переведи!)
Как и у прочих чудовищ, маскировка Бай Ми, за которую, по слухам, было уплачено немало духовных эссенций, под неумолимым гнётом времени давно растрескалась. Она осыпалась кусками при каждом движении, обнажая скрытый под ней мех. Узнать в нём представителя грызунов было проще простого.
Бай Ми, до сего момента считавший себя невидимкой, чуть не испустил дух от ужаса, когда палец скелета указал на него. Он уже представил, как с него сдирают кожу и соскабливают мясо, превращая в одного из этих костяных воинов.
— А-а! Господин Мо Чэн, спасите!
Телом Бай Ми был серебристо-серый хомяк с тремя тёмными полосами на спине. Но из-за особенностей своего рода и нелюбви к поглощению металлов он вырос тощим и низкорослым. Ростом всего в половину человека, он едва доставал, чтобы обхватить ногу Цзо Чэнъаня.
«Тьфу, что стряслось с нынешней молодёжью? Как можно было забыть родной язык?»
После нескольких тщетных попыток наладить диалог Старпом-крыс осознал горькую правду: Бай Ми, будучи потомком их рода, не понимал ни слова! Этот вывод привёл его в ярость. Слабая сила — пусть. Трусость, подобная червю, — да и чёрт с ней. Но как можно было прервать нить наследия?! Что, во имя всех морских демонов, творится на суше?!
Старпом-крыс сжал пальцами виски. Что ж, не знает, так не знает, всегда можно обучить. Не впервой ему встречать грызунов, позабывших язык предков, — опыт в таких делах у него имелся.
Он уже собирался отдать приказ запереть всех живых, за исключением Бай Ми, в загон для скота, как вдруг до его слуха донёсся ясный голос.
— Я требую переговоров.
На мгновение Старпом-крыс замер. Не от того, что кто-то осмелился говорить с ним таким тоном, а от того, что этот внезапно прозвучавший голос он… понял!
Поражённо обернувшись на звук, он встретился взглядом пустых глазниц с Цзо Чэнъанем.
«Моё произношение должно быть верным, — подумал Цзо Чэнъань. — Отчего же реакция старпома так странна?»
Он и не подозревал, что для любого разумного существа, скитавшегося по чужим землям долгие годы, услышать в толпе родную речь — всё равно что встретить призрака из прошлого.
Но дело есть дело.
Старпом-крыс уже хотел было бросить: «Да кто ты такой, чтобы требовать переговоров», как вдруг его взгляд зацепился за предмет на поясе Цзо Чэнъаня — уставную подзорную трубу Пиратской Бухты.
Согласно неписаному закону, что передавался среди пиратов из поколения в поколение, если один из них требовал переговоров, его надлежало доставить к капитану.
Старпом-крыс безмолвствовал.
Что за день сегодня такой! Мало того, что в сети попался мелкий пират, так он ещё и владеет языком крысиного рода!
Голос Цзо Чэнъаня прозвучал достаточно громко, чтобы его услышали все ближайшие скелеты. Старпом не смог бы спустить дело на тормозах, даже если бы захотел. Кольцо костяных воинов сжалось плотнее; чужак, познавший их язык, вызвал у них неподдельный интерес.
— Раз так, следуй за мной, — процедил старпом, смерив Цзо Чэнъаня придирчивым взглядом. На вид — тощий, много мяса не срежешь, держать на корабле — лишь зря тратить припасы. К тому же, возможно, он потребовал переговоров в порыве отчаяния, а перед лицом капитана и двух слов связать не сможет. Тогда его путь всё равно закончится в загоне.
Цзо Чэнъань кивнул и шагнул вперёд. Стоило ему двинуться, как Мо Доу и Бай Ми тут же последовали за ним.
Если с Бай Ми всё было ясно — он из рода грызунов, и, быть может, ему ещё предстоит служить на этом корабле, так что показаться капитану было бы нелишним, — то Мо Доу…
— Он мой спутник в странствиях, — пояснил Цзо Чэнъань. — Разве среди вас нет тех, кто держит попугаев?
Сказав это, он указал на птичий скелет, сидевший на плече одного из зевак.
Характер костяной птицы был полной противоположностью Маленького Вихря. Почувствовав на себе всеобщее внимание, она стыдливо попыталась спрятаться в черепе своего хозяина, словно это был её маленький укромный мирок.
Старпом-крыс молчал. Наконец, он с трудом выдавил слова сквозь стиснутые зубы:
— Будь по-твоему. Идите все.
Затем он ткнул костлявым пальцем в сторону Красноглаза.
— И ты, кролик, тоже пойдёшь с нами.
Нужно было выяснить, откуда у него капитанский компас.
Красноглаз не сразу понял, что обращаются к нему. Он думал, что его участь предрешена, и его, как зомби и морскую сирену, сейчас утащат в трюм. Он рухнул на колени, пытаясь воззвать о помощи к двум Искателям из Среднего района, но те оказались далеко не так всесильны, как ему казалось. Пара скелетов-крыс среднего уровня с лёгкостью одолела их.
В ходе сопротивления тело Искателя по имени Сливка было повреждено, и из него хлынул густой молочно-белый сок. Разумеется, ни одна капля не пропала даром. В понимании скелетов-крыс любая пища, кроме рыбы, заслуживала бережного отношения. Поэтому даже брызги, попавшие на палубу, были тщательно и с усердием слизаны.
Красноглаз… Красноглаз остолбенел от увиденного.
Именно в этот момент Старпом-крыс указал на него.
Колени Красноглаза провернулись на сто восемьдесят градусов с поразительной лёгкостью. Теперь он стоял на коленях перед старпомом. Рыдая и завывая, он клялся, что готов стать его вернейшим цепным псом.
Увы, как бы быстро он ни присягал на верность новому господину, всё разбивалось о неприступную гору языкового барьера.
Лишь когда Кадрина услужливо перевела его лепет, а Цзо Чэнъань передал слова старпому, Красноглаз осознал, что принесённый им компас спас его от неминуемой гибели.
— Ха-ха-ха, вот удача! Я так и знал, что мне, Красноглазу, не суждено погибнуть! — он повернулся к Цзо Чэнъаню. — Но, Мо Чэн, как ты понимаешь, о чём говорят эти мыши?
Цзо Чэнъань лишь улыбнулся в ответ.
Старпом-крыс метнул на Красноглаза гневный взгляд. Неужели этот кролик думает, что он не распознает уничижительное слово «мыши»?!
— Да-да, сейчас не время для разговоров… Ха-ха, не время, — Красноглаз, не заботясь, поймёт его старпом или нет, принялся яростно извиняться и поспешил пристроиться к отряду Цзо Чэнъаня.
Вся его жизнь до сего дня держалась на двух столпах: умении вовремя признать нового вожака и способности молниеносно извиняться.
…
Пройдя полпути, Цзо Чэнъань внезапно спросил:
— Старпом, когда наш корабль отпустят?
Старпом-крыс не удостоил его взглядом и, не сбавляя шага, бросил через плечо:
— Когда он утратит всю свою ценность, его оставят за бортом.
— Ясно. Я всё понял.
Кадрина слушала их разговор, словно блуждая в тумане.
Когда оставят корабль? Нельзя было назвать точное время?
Как Цзо Чэнъань мог понять, если даже она, переводчик, осталась в полном недоумении?