Глава 491: «Первое место в топе, долгожданный день и доступная для исследования девушка-скелет! [Прошу месячные абонементы]»
— Я не шучу, я совершенно серьезен, — лаконично ответил Чжан Линчуань, и лицо его в этот миг было сурово.
— Да нет же, быть не может, старший товарищ Чжан… — подруга Яньян, остолбенев на несколько секунд, наконец обрела дар речи. Она смотрела на него с полным недоверием. — Наша Яньян ведь в полном порядке! Не преувеличивайте!!
В самом деле, со стороны ее подруга никак не походила на больную.
— Старший товарищ Чжан… Может, вы все-таки ошиблись? — Подала голос сама Яньян, чье полное имя было Гэ Яньян. — Я не чувствую в своем теле никаких аномалий.
С третьего курса она была известна своей железной самодисциплиной. Особенно в последний год: девушка строго придерживалась диеты, употребляя лишь отварную куриную грудку, брокколи и картофель. Она свела потребление жиров и углеводов к абсолютному минимуму и сбросила семь с половиной килограммов, достигнув идеального показателя веса. Казалось бы – само воплощение здоровья.
И тут старший товарищ Чжан заявляет, что ей нужно срочно бежать в больницу, иначе «человека скоро не станет».
Разумеется, о славе Чжан Линчуаня они знали – иначе не подошли бы с просьбой о совместном фото. Но как принять такое? Она, человек, ведущий здоровый образ жизни, чье питание в разы лучше, чем у любителей жирной пищи, вдруг оказывается при смерти? Это совершенно не укладывалось в голове. С тем же успехом можно подойти к атлету в расцвете сил и сказать, что он слаб здоровьем и ему пора пить таблетки. Любой бы замер в полном замешательстве: я ведь бегаю и прыгаю, с чего мне быть больной?
Даже если перед тобой признанный эксперт, трудно удержаться от вопросов.
— Была ли у тебя в последнее время диарея или боль в животе? — Осведомился Чжан Линчуань.
Раньше он не замечал этих двух студенток, а потому и не видел Красный ярлык над головой одной из них. Но теперь, когда она стояла прямо перед ним, он счел своим долгом предупредить ее и посоветовать пройти физикальный осмотр.
К тому же над головой девушки светился ярлык «Доступно для исследования», а это означало гарантированный минимум в сто единиц профессионального авторитета. У Чжана еще висело много незавершенных задач, так что он не упускал возможности поднабрать очков.
— Диарея… да, бывает частенько, — ответила Гэ Яньян. — А живот… ну, во время этих дней всегда сильно болит, я привыкла, это моя хроническая болезнь.
— Ясно. Найди время и сходи в больницу, — отрезал Чжан Линчуань, не желая пускаться в долгие объяснения. По тону девушки он понял, что она ему не верит, и тратить слова впустую не имело смысла. С такими людьми был лишь один действенный метод: они становились шелковыми только после того, как видели результаты анализов. Поэтому он просто добавил:
— Скажи, что тебе нужно сделать УЗИ брюшной полости или что-то в этом роде.
— Как… — Гэ Яньян окончательно опешила. — Старший товарищ Чжан, а вы разве не проведете мне диагностику пульса?
Она ожидала обстоятельного разговора и традиционного осмотра, но он лишь настойчиво спроваживал ее к врачам.
— В этом нет нужды. Просто выкрои время для ультразвука, он будет точнее любого пульса. Ну что, фотографироваться-то будем?
— Да-да-да! — Затараторили девушки. — Конечно, товарищ Чжан!
Послышались щелчки затвора. Сделав несколько снимков, Чжан Линчуань перед уходом еще раз напомнил:
— Не забудь про обследование.
Если и после такого предупреждения она не пойдет в больницу, то Чжану останется только признать, что эта девица чертовски крута в своем упрямстве. Он – человек с определенным весом в интернете, ее старший товарищ по институту, даже WeChat ее не спросил, то есть цель его была абсолютно бескорыстной. И если она даже в такой ситуации не поверит… Что ж, тогда ей придется рыдать, когда станет совсем худо.
— Хорошо-хорошо, я обязательно отведу Яньян к врачу! — Пообещала Чжоу Шуйдан, подруга Яньян.
— Даньдань, ты правда думаешь, что со мной что-то не так? — Гэ Яньян посмотрела на подругу, и в ее глазах читалось искреннее недоумение.
— Послушай, Яньян, мы же обе его подписчицы! — Строго ответила Чжоу Шуйдан. — Почему ты вечно пасуешь в самый важный момент? К словам старшего товарища Чжана нужно прислушаться!
Уровень мастерства Чжан Линчуаня не нуждался в комментариях. Если уж он подошел и предупредил, нужно проявить предельную осторожность – вряд ли кто-то захочет шутить с собственной жизнью. Те, кто раньше не слушал его советов, в большинстве своем уже «остыли».
— Я понимаю, я схожу в больницу, — вздохнула Гэ Яньян, разводя руками. — Просто посмотри на меня: я тренируюсь, похудела не так уж экстремально… С чего бы у меня взялась какая-то страшная болезнь, о которой он говорит? Сказал еще, что если не пойду – жизни конец. Это же абсурд какой-то.
— В любом случае, провериться не помешает. У тебя ведь постоянно болит живот – вдруг это вовсе не из-за цикла?
— Ох… — Гэ Яньян внезапно согнулась, почувствовав очередную резкую вспышку боли.
— Что такое, Яньян?! — Встревожилась подруга.
— Опять началось… На самом деле, болит не только в «эти» дни. У меня и так с селезенкой и желудком беда, часто желудок прихватывает, — лицо девушки исказилось от муки.
— Вот видишь! А вдруг это и правда желудок? Старший товарищ Чжан ведь не просто так тебя предупредил! Идем, идем скорее в больницу!
Сегодня была выпускная церемония, и обе они были в академических мантиях. Поскольку дело происходило в кампусе Цяньвэй, поблизости было несколько клиник, и они решили не откладывать дело в долгий ящик.
— Но… у меня же в общежитии есть лекарства, — нерешительно пробормотала Гэ Яньян.
— И что, будешь ждать, пока само пройдет? Нет уж, сразу на обследование! — Чжоу Шуйдан потянула подругу к выходу. Шли они медленно – боль в животе не давала разогнаться.
Тем временем в другой стороне кампуса Бэйлэ завел разговор с Чжаном:
— Старина Чжан… такой день, праздник, выпускной, а ты… Та девушка, по-моему, выглядит отлично, фигура подтянутая, да и сама бодрая.
— Бодрая-то бодрая, и фигура на зависть, вот только проблем во внутренних органах снаружи не разглядишь, — отозвался Чжан Линчуань. — На самом деле она и сама должна это чувствовать, просто не обращает внимания. Людям нужно нормально питаться, а не заниматься всякой ерундой.
Длительный прием всех этих заменителей пищи и еды с нулевой калорийностью – верный способ довести себя до беды.
— Ох… Хорошо, что я не фанат этой дряни, — товарищ Гуань Со, хоть и был худощав, в еде себе не отказывал и не капризничал. Питаться одной вареной брокколи и куриной грудкой для него было бы мучительнее, чем участвовать в шоу на выживание в дикой природе.
— Старший товарищ Гуань! — К ним подбежала симпатичная студентка, стреляя глазками. Она хотела сфотографироваться с ним.
— Старина Чжан, я пойду с младшей товарищем сфоткаюсь, позже свяжемся! — Гуань Со махнул рукой и поспешил навстречу вниманию.
— Ну и ну… — Чжан Линчуань в полном замешательстве покачал головой. Этот парень везде найдет повод пофлиртовать.
— Учитель Чжан! — Не успел Бэйлэ скрыться, как к Чжану подбежала Сун Ваньцин. Она тоже была в числе сегодняшних выпускников. На кампусе Цяньвэй собрались все – от бакалавров до докторантов, и Ваньцин была облачена в мантию гуманитарного факультета.
— Товарищ Сяо Сун, поздравляю с окончанием! — Чжан Линчуань изобразил приветственный жест.
— Скорее уж стоит поздравить нас с тем, что мы вот-вот станем первокурсниками СВНУ, — рассмеялась она, показав маленькие ямочки на щеках.
— Ха-ха, это верно, — подхватил Чжан. Сяо Сун поступила в магистратуру, а он сам скоро станет докторантом-первогодкой. Кстати, и Бэйлэ тоже зачислили в докторантуру. Они даже комнату в общежитии не меняли – остались в той же двухместной, где жили в аспирантуре.
— Учитель Чжан, выпускной закончится, а через пару дней у вас экзамен по проф. Навыкам. Как только все уладится, можно будет планировать стримы на выезде. Кстати, а что там с больницей, есть какие-то планы? — Полюбопытствовала Сун Ваньцин.
Аккаунт учителя и впрямь давно не подавал признаков жизни. Хотя число подписчиков росло, без прямых эфиров это происходило не так быстро, да и лояльность аудитории падала. Под каждым видео пользователи сети заваливали их вопросами о том, когда же начнется стрим.
— После экзамена больница, кажется, собирается снимать документальный стрим к Дню врача, — Чжан Линчуань с обреченным видом развел руками. — Попробую выкроить время.
Народная больница предоставила ему такой длинный отпуск – случай небывалый. Как только закончится практический экзамен на свидетельство практикующего врача, они наверняка начнут эксплуатировать его вдвойне. Сейчас он наслаждался редкими минутами отдыха.
— График действительно плотный. Но это лишний раз доказывает, как серьезно заместитель главврача Хуан и остальные относятся к вашему свидетельству. Видимо, очень боятся, что вы не сдадите, — улыбнулась Сун Ваньцин.
— Экзамены – это всегда непросто, — подтвердил Чжан. В последнее время он не только штурмовал уровни в Пространстве Системы, но и усердно зубрил теорию и практические протоколы.
Раньше он думал, что практический экзамен – дело плевое, но потом понял: там полно бюрократических рамок и условностей, которые имеют мало общего с реальным спасением людей. К тому же там не получится использовать систему как «чит», придется полагаться только на себя.
— Что ж, с аккаунтом Доуинь я могу вам помочь, а вот с медицинским экзаменом – тут уж, учитель Чжан, вы сами как-нибудь! — Сяо Сун снова лучезарно улыбнулась.
Незаметно подошло 20 июня, суббота – день практического экзамена. Всю неделю Чжан жил по строгому распорядку: оттачивал навыки в Системе. Раньше он «заваливался» на третьем этапе, теперь же уверенно доходил до десятого. Первый же случай там оказался чертовым раком кишечника – без точного диагноза этап не засчитывался. Взыгравшее самолюбие заставило его перепроходить этот сценарий в Пространстве Системы бесчисленное количество раз.
Помимо виртуальных тренировок, он штудировал реальные протоколы. А тем временем младшая товарищ Гэ Яньян, о которой он упоминал, уже прошла УЗИ и теперь лежала в аффилированной больнице СВНУ. Выяснилось, что ее «здоровое» питание было верхом безрассудства. Длительное отсутствие жиров в рационе привело к гормональному дисбалансу, работа поджелудочной железы разладилась, и орган начал в буквальном смысле переваривать сам себя.
Это вылилось в панкреатит, причем с угрозой перерастания в тяжелую форму. Еще немного – и ее жизнь висела бы на волоске. Гэ Яньян, чьи фото в Доуинь раньше собирали десятки тысяч лайков, теперь выложила снимок из больничной палаты.
«Год на вареной брокколи и грудке чуть не отправил меня на тот свет. Коленопреклоненно благодарю старшего товарища Чжана за спасение моей шкуры!»
Хоть эта девушка и сомневалась вначале, она оказалась из тех, кто умеет признавать свои ошибки. Раньше она списывала диарею на цикл, а дискомфорт в желудке – на обычное несварение, и просто глотала обезболивающее и желудочные лекарства. Она и представить не могла, что это воспаление поджелудочной железы.
Врачи объяснили ей: для секреции панкреатического сока поджелудочной нужен стимул в виде жиров. Длительная экстремально нежирная диета ведет к застою сока. Как только профермент трипсиноген аномально активируется внутри железы, он начинает разрушать ткани органа, вызывая острый панкреатит, который в тяжелых случаях смертелен. Ее диета, казавшаяся «чистой», на деле полностью разрушила ритм секреции поджелудочной и желчного пузыря.
Хорошо, что ее привезли вовремя. Продолжай она в том же духе, глуша боль таблетками, – и дело кончилось бы трагедией.
— Ну как ты сегодня, Яньян? — 20 июня Чжоу Шуйдан зашла навестить подругу.
Они уже официально стали выпускницами и даже нашли работу. СВНУ – один из ведущих вузов Северо-Востока, так что при желании найти приличное место в городе было несложно. Шуйдан уже вышла на работу, но выкроила время для визита.
Гэ Яньян лежала в первой аффилированной больнице с 15-го числа. Воспаление было серьезным, на грани тяжелого панкреатита, да и другие показатели организма требовали регулирования. Ее выпишут только после того, как врачи подтвердят стабильность всех параметров.
— Уже лучше. Вот, Вэйбо листаю, — ответила Гэ Яньян, не отрываясь от мобильного телефона. — Старший товарищ Чжан снова в горячих темах. Сегодня же у него экзамен на свидетельство практикующего врача.
В списке горячих тем Weibo на третьем месте красовался заголовок:
«3. Начался экзамен на свидетельство практикующего врача, ветеринар Чжан принимает участие [ГОРЯЧЕЕ]»
Обычно такой экзамен редко попадает в тренды, но в этом году он взлетел на третью строчку. Видимо, авторы статьи знали толк в трафике, добавив упоминание о «ветеринаре Чжане».
«Как думаете, ветеринар Чжан сдаст?»
«Должен! У него такой уровень, он столько людей спас, неужели с экзаменом не справится?»
«Согласен. Если уж он не сдаст, то кто тогда вообще способен пройти аттестацию?»
«Не скажите. Раньше было полно мастеров ТКМ, которые спасали жизни десятками, но официальную проверку пройти не могли. Иногда государственные стандарты и народное признание – вещи совершенно разные».
«Верно. Ветеринар Чжан – это скорее самородок из народа. Он ведь не изучал медицину системно, а стажируется в неотложке только благодаря жене наставника. Не стоит заранее завышать ожидания, а то конфуз выйдет, если провалится».
«Доктор Сяочуань все же отличается от этих „народных мастеров“. Он всегда придерживался методов современной медицины. Теория – вопрос открытый, но в практике у него точно проблем не будет».
«Тут бабушка надвое сказала. У меня младший товарищ-магистр на практике завалился, а теорию сдал легко. Сами посудите: во многих провинциях после сдачи навыков дается четыре попытки на письменный экзамен».
«Надо признать, руки у доктора Сяочуаня золотые, но экзамен на врача – это совсем не то же самое, что реальное лечение пациентов».
В интернете кипели споры. Зрители разделились: одни считали его «народным умельцем», которому будет трудно вписаться в жесткие рамки, другие возражали, подчеркивая его приверженность научной медицине. Но и те признавали: практика на экзамене – штука коварная.
Тем временем в СВНУ экзамен шел своим чередом. Испытание состояло из нескольких этапов: сбор анамнеза (10 минут, 15 баллов) и анализ клинического случая (15 минут, 22 балла). Все это выполнялось на компьютере, но ответы писались от руки.
Затем следовали аускультация сердца и легких, чтение снимков и ЭКГ – всего 15 минут и 21 балл в формате онлайн-тестирования. Следом – физикальный осмотр (15 минут, 20 баллов) и базовые манипуляции (10 минут, 20 баллов), где в роли объектов выступали волонтеры или манекены. И напоследок – 2 балла за знание медицинской этики. Итого: 100 баллов за 65 минут.
— Уважаемые кандидаты, мы начинаем этап сбора анамнеза. Сейчас вам выдадут бланки ответов, у вас есть десять минут на письменную работу, — объявил учитель в белом халате, выполнявший роль экзаменатора.
Чжану достался билет:
«Краткий анамнез: женщина, 55 лет. Доставлена в отделение неотложной помощи с нарушением сознания и тошнотой, длительность симптомов – один час. От рвотных масс исходит запах чеснока. Задание: в роли врача-ординатора составьте план опроса по истории настоящего заболевания и сопутствующим патологиям. Максимальный балл – 15».
— Что за… — Чжан Линчуань слегка нахмурился.
Ну и удача – сразу подсунули один из самых сложных вариантов. Нарушение сознания при сборе анамнеза – это всегда головная боль. Пациента перед тобой нет, есть только строчка текста, и ты должен смоделировать процесс опроса.
Он начал анализировать. Нарушение сознания и рвота с чесночным запахом – явный намек на отравление фосфорорганическими соединениями, проще говоря – пестицидами. Но раз пациента нельзя спросить напрямую, нужно продумать, что выяснять у сопровождающих.
Первое: история настоящего заболевания.
Нужно выяснить провоцирующие факторы: были ли в последнее время эмоциональные потрясения, тяжелые удары судьбы? Был ли контакт с токсинами или прием лекарств? Что было вокруг пациента: пустые упаковки от таблеток, флаконы из-под ядохимикатов, предсмертная записка? Ведь нужно понять – это несчастный случай при работе в поле или попытка самоубийства.
Второе: характер нарушения сознания. Степень, динамика развития, что облегчает или усугубляет состояние.
Третье: рвота. Частота, объем, была ли она фонтанирующей, характер рвотных масс.
Четвертое: сопутствующие симптомы. Саливация, потливость, цианоз, мышечный тремор, недержание.
Чжан Линчуань быстро строчил на листе. У пациентов в коме можно фиксировать только объективные признаки. Глупо писать в плане опроса «спросить о тошноте или одышке» – человек без сознания не ответит, а ты не сможешь это выяснить.
Далее он расписал ход диагностики: обращались ли уже в другие больницы, какие анализы проводились (общий анализ крови, сахар, токсикология)? Какое лечение получал: вызывали ли рвоту, промывали ли желудок, вводили ли антихолинергические препараты? И каков эффект?
В завершение он добавил вопросы о состоянии здоровья пациента до инцидента: сон, аппетит, изменение веса, наличие аллергий, психических заболеваний, депрессии в анамнезе, а также вредные привычки.
— Время вышло, сдаем работы, — раздался голос экзаменатора, как только Чжан поставил точку.
Экзамен – штука нервная, ничего не скажешь. Следом шел анализ клинического случая. Пятнадцать минут и целых 22 балла – критически важный этап. И снова – никакой живой диагностики, только текст.
«Женщина, 68 лет. Жалобы на снижение аппетита и вздутие живота в течение трех лет, сопровождающиеся головокружением и учащенным сердцебиением последние полгода. Анамнез: симптомы появились без видимых причин, периодически сопровождаются тошнотой и отрыжкой. Последние полгода – головокружение и сердцебиение, усиливающиеся при нагрузке. Вес снизился на 4 кг. Стул и мочеиспускание в норме. Ранее здорова.
Осмотр: Т 36.8°C, ЧСС 95 уд/мин, ЧД 16 в мин, АД 105/70 мм рт. Ст. Сердечный ритм правильный, шумов нет. Живот мягкий, глубокая болезненность при пальпации в эпигастрии, печень и селезенка не увеличены. Симптом перемещающейся тупости отрицательный. Отеков нет.
Лабораторно: Hb 81 г/л, RBC 2.0×10¹²/л, MCV 105 фл, MCH 36 пг. Общий билирубин 41.2 мкмоль/л, прямой – 6.8 мкмоль/л. Почки в норме. Антитела к париетальным клеткам (PCA) (+), антитела к внутреннему фактору (IFA) (+).
Задание: предварительный диагноз, обоснование, дифференциальный диагноз, план обследований, принципы лечения».
Если бы Чжан Линчуань привык во всем полагаться на систему, он бы провалился. Но за время самообучения и тренировок в Пространстве Системы он набил руку. Теперь такие задачи казались ему ясными.
«I. Предварительный диагноз: 1. Аутоиммунный гастрит. 2. Мегалобластная анемия».
«II. Обоснование: по первому пункту – пожилой возраст, хроническое течение, диспепсия, потеря веса, положительные PCA и IFA. По второму – жалобы на головокружение и сердцебиение, бледность, возможная субиктеричность склер, изменения языка (гладкий, красный, атрофия сосочков). Анализ крови: панцитопения, макроцитарная анемия, повышение непрямого билирубина».
«III. Дифференциальный диагноз: рак желудка, гемолитическая анемия, миелодиспластический синдром, цирроз печени».
«IV. Дальнейшие исследования: гастроскопия с биопсией, тест на H. Pylori, подсчет ретикулоцитов, уровень B12 и фолатов в сыворотке, при необходимости – пункция костного мозга».
«V. Принципы лечения: внутримышечные инъекции витамина B12, гастропротекторы, симптоматическая терапия, эрадикация H. Pylori при положительном результате».
Записывая ответы, Чжан поймал себя на мысли, что после системных тренировок эти билеты кажутся ему задачками по арифметике для начальной школы – настолько все было просто и логично.
Оставшиеся этапы – аускультация, снимки, ЭКГ и физикальный осмотр – прошли как по маслу. Никаких живых людей, только манекены, но все прошло гладко.
— Недурно, совсем недурно, — переговаривались экзаменаторы в коридоре. — Я думал, у него как у самоучки будут огрехи в технике, а он работает почти идеально.
— И не говори! Вообще-то экзамен и реальная практика – вещи разные, как вождение на автодроме и в городе. На экзамене важны формальности и протоколы, а в жизни на них часто закрывают глаза. Поэтому опытные водители порой заваливают пересдачу на права.
Разумеется, многие в центре тестирования знали Чжан Линчуаня в лицо. Учителя внимательно наблюдали за ним и пришли к выводу: он не только хорош в деле, но и безупречно знает все формальные правила.
В воскресенье, 21 июня, Чжан отдыхал. А утром в понедельник…
— Ду-ду-ду! — Зазвонил телефон.
— Алло, Сяочуань? Сегодня ведь уже можешь выйти на работу? — Это была Хуан Сяннин.
— Жена наставника, конечно, я готов, — ответил Чжан, понимая, что спокойная жизнь закончилась.
— Вот и славно. У нашей провинциальной больницы есть соглашение о поддержке с Народной больницей Цзюань. Им нужно провести обучение по сердечно-легочной реанимации, технике прекардиального удара, внебольничной помощи и прочему. Я подумала, что это твоя сильная сторона, и записала тебя в группу поддержки на один день. Посмотришь, как там, если не понравится – вернешься. Что скажешь?
— Хорошо, я согласен. Я поеду один?
— Нет, с тобой будут Сяосяо и врач Фан. Они скоро заедут за тобой к воротам института.
… У ворот сельскохозяйственного факультета СВНУ притормозил красный Mini.
— Доброе утро, доктор Сяочуань! Давно не виделись! — Инь Сяосяо, улыбаясь, помахала ему рукой.
— Доброе утро, Сяосяо, учитель Фан.
Чжан потянулся к задней двери. С того майского выезда на стриме он почти три недели не появлялся в больнице, полностью уйдя в подготовку к экзамену.
— Сяочуань, садись вперед, — подал голос с заднего сиденья врач Фан. — На пассажирском сиденье должен кто-то сидеть, а то наша Сяосяо выглядит как водитель такси.
— Доктор Сяочуань, это место специально для вас, запрыгивайте! — Не стала ходить вокруг да около Инь Сяосяо.
— Ладно, — Чжан послушно сел вперед.
— Ну как экзамен, все прошло нормально? — Спросила Сяосяо, когда машина тронулась.
— Пока не знаю. Результаты будут только в полдень, так что немного тревожно.
В их провинции оценки выставляли через 48 часов после субботнего теста. Значит, сегодня в двенадцать дня он узнает правду. И эта тема тоже висела в списке горячих тем, правда, на втором месте. Первое занимала новость, вызвавшая настоящий восторг у публики:
«1. Сегодня началось слушание дела „домашнего тирана“, крупные блогеры пророчат смертную казнь с немедленным исполнением [ГОРЯЧЕЕ][ВЗРЫВ][ВЗЛЕТ]»
«2. Результаты практического экзамена ветеринара Чжана будут объявлены в 12:00 [ГОРЯЧЕЕ]»
Прогнозы – это только прогнозы, судьбу убийцы должен был решить суд. Все ждали этого дня слишком долго.
Город Цзюань был уездным городом под управлением Чуня. Местная Народная больница тесно сотрудничала с Провинциальной больницей Дунбэй, и сегодня Фан Юань, Чжан Линчуань и Инь Сяосяо прибыли сюда именно в рамках этой программы.
Едва переступив порог, Чжан Линчуань заметил девушку. У нее было землисто-серое лицо, над головой висел Красный ярлык, а сама она была настолько худощавой, что казалась живым скелетом.
И над ней горела надпись: «Доступно для исследования».
— Что за дела? — пробормотал он про себя.