Глава 451: «Братан, почему твои грудные мышцы такие вычурные? Ход мысли в корне неверен, но ответ в яблочко!»
— С-с-с… — в смотровой послышался резкий вдох: кто-то с шумом втянул рту прохладный воздух.
Чжоу Хаодун не сводил глаз с Чжан Линчуаня. Будучи его преданным фанатом и студентом из города Чунь, он и его товарищи уже давно составили для себя негласный «курс по изучению микромимики ветеринара Чжана».
И сейчас он заметил, что ветеринар Чжан смотрит на его братана как-то странно. В этом взгляде читалась целая гамма сложных чувств, приправленная легким оттенком абсурда, будто происходящее не укладывалось в голове.
«Да что не так с моим корешем? – …пронеслось в голове у Чжоу. – …Что за болезнь могла заставить знаменитого брата Чжана состроить такую мину?»
— Грудь болит? В какой именно области? — Взволнованно спросила Ван Хайся, главный врач терапии и эксперт четвертой категории. Боль в груди в отделении неотложной помощи – ситуация всегда критическая. Если это инфаркт, промедление может стоить жизни.
— Вот здесь, — Лю Шаоюнь указал на свою грудь.
Ван Хайся провела пальпацию и на мгновение замерла в недоумении.
— А? — вырвалось у нее. Боль в груди? Но почему именно в этом месте? Это же совершенно нелогично!
— Так, сними одежду, я должна осмотреть тебя получше, — решила она докопаться до истины.
— Что? Прямо здесь раздеваться? — Лю Шаоюнь опешил.
— Рядом с тобой твой товарищ, а из женщин здесь только я – врач. Нечего стесняться, — подбодрила его Ван Хайся, заметив его замешательство.
— Шаоюнь, ты чего! — Влез Чжоу Хаодун. — Прошлым летом мы после баскетбола вместе голышом в душ ходили, а тут футболку снять застеснялся. Ты ж не девица красная!
Сам Чжоу, если бы врач попросила его раздеться, наверняка бы сбросил одежду одним эффектным взмахом, лишь бы продемонстрировать свои кубики пресса.
Чжан Линчуань тем временем подошел к двери и не просто закрыл ее, а запер на замок. Он прекрасно понимал, почему Лю Шаоюню неловко – на его месте любой бы чувствовал себя так же.
— Ладно, раздеваюсь, — вздохнул парень. В кабинете было тепло. Лю Шаоюнь снял куртку, затем стянул через голову майку, обнажая вполне подтянутый торс. Вот только…
— Вот черт! Брат, ты… откуда у тебя такие мощные грудные мышцы?! — Чжоу Хаодун вытаращил глаза.
Эти мышцы выглядели совершенно неестественно – они были развиты сверх всякой меры. Доктор Ван Хайся нахмурилась и осторожно прикоснулась к коже. Лю Шаоюнь дернулся, будто его ткнули иголкой. После нескольких попыток осмотра на лице парня отразилось полное отчаяние.
Спустя пару минут Чжоу Хаодун, задумчиво потирая подбородок, спросил:
— Доктор, что с ним? Это же не может быть рак молочной железы?
При слове «рак» Лю Шаоюнь побледнел. Обычно это женская болезнь, но он знал, что мужчины тоже могут ею заболеть, пусть и крайне редко.
— Твою налево! Рак?! Брат Чжан, скажи, что это не он! — Восхищенный взгляд Чжоу Хаодуна мгновенно сменился ужасом. С такими вещами не шутят, это вопрос жизни и смерти.
Но чем больше Чжоу думал, тем вероятнее ему это казалось. Ведь если бы это не было чем-то серьезным, зачем бы брат Чжан пошел за ними? Он явно что-то почуял. Либо критическое состояние, либо рак. На умирающего Лю Шаоюнь не похож, значит – онкология.
— Не спешите, — подал голос Чжан Линчуань. — Учитель Ван – ваш лечащий врач, давайте сначала послушаем, что скажет она.
Стоило признать, что они удачно попали именно к ней. Возможно, она и не знала истинных причин эректильной дисфункции парня, но по поводу этих «вычурных» мышц у нее уже были соображения.
— Раз уж доктор Сяочуань пришел с вами, значит, дело и впрямь непростое, — заговорила Ван Хайся. — Рак это или нет – покажет обследование, его мы обязательно назначим. Но первичный физикальный осмотр говорит о том, что твоя грудь болит из-за того, что она… развивается.
— Что?! Развивается?! — Это известие громом поразило обоих друзей.
— Доктор Ван… — Чжоу Хаодун даже начал заикаться. — Вы хотите сказать… что грудь моего кореша растет? Как у девчонок?!
— Именно так, — кивнула врач.
— Но это же бред! Я же мужчина! — Воскликнул Лю Шаоюнь, едва сдерживая волнение. — Как у мужчины может расти грудь? Это же нелогично!
— Логично! Еще как логично! Брат, у меня в голове пазл сложился! — Голос Чжоу Хаодуна изменился, он замер с видом озаренного истиной Шерлока Холмса.
Лю Шаоюнь, Ван Хайся и даже Чжан Линчуань недоуменно уставились на него. Что там у него сложилось?
— Ты на самом деле женщина! — Выпалил Чжоу. — Женщина! У тебя это… как его… гермафродитизм! Посмотри, какая у тебя светлая кожа, какое лицо! А голос? Ты заметил, что в последнее время стал говорить как-то нежнее? Это в тебе женские гормоны взыграли, начали проявляться женские признаки! Вот почему грудь и растет. И именно поэтому брат Чжан за тобой увязался! Верно же?! Все сходится!
Закончив свою тираду, Чжоу с силой хлопнул друга по плечу. Он был уверен: истина только одна, и он ее нашел!
— Так вот почему по утрам больше… не стоит? — Лю Шаоюнь окончательно впал в прострацию, едва слышно бормоча себе под нос.
— Матерь Божья! У тебя еще и не стоит?! — Хотя Лю Шаоюнь шептал, Чжоу Хаодун, обладавший слухом как у ищейки, услышал всё. — Офигеть! Ну ты, парень, попал! Точно тебе говорю – ты баба!
— Вот черт! — Лю Шаоюнь понял, что сболтнул лишнего.
На самом деле он собирался в больницу совсем по другому поводу и хотел пойти к урологу. Но когда этот «лучший друг» вызвался идти за компанию, Лю не решился признаться в деликатной проблеме. Знал бы этот язва правду – подколов не оберешься до конца жизни. Поэтому, когда у него заныло в груди, он ухватился за это как за предлог и записался в отделение неотложной помощи.
Обычно на осмотр заходят по одному, но кто же знал, что они встретят ветеринара Чжана, а Чжоу Хаодун напросится войти вместе с ними. И уж тем более он не ожидал, что врач заставит его раздеться.
Теперь скрывать было нечего. Его грудь начала опухать какое-то время назад, и опухоль только росла, хотя сам он не прибавлял в весе. Слова друга в сочетании с проблемами «внизу» породили в голове Лю Шаоюня жуткую мысль: а вдруг он и впрямь интерсекс?
Он помнил, как Чжан-ге на стриме разбирал случай некой Се Юймэн, которая выглядела как милая девушка, а оказалась парнем. А вдруг он – наоборот? С виду парень, а внутри девушка? Поэтому и грудь растет, и мужские функции отказывают?
«Только не это! Господи, за что?!», – Лю Шаоюнь внутренне рыдал. Ему уже девятнадцать, он нормальный солнечный парень – и тут такой поворот!
— Братан… — Чжоу Хаодун внезапно растерял весь свой задор. — Ничего страшного. Я буду молчать, обещаю. Кем бы ты ни стал, ты всегда останешься моим корешем. Только запомни: никогда в жизни не суйся в Чэнду.
Он искренне сочувствовал другу. Превращение «своего в доску парня» в «подругу» было ударом, который трудно принять. Его совет был продиктован суровой реальностью их мест: пока ты хранишь тайну – всё нормально. Но в Чэнду опасно – там на такой «аромат» сразу слетятся любители экзотики.
Чжан Линчуань, услышав это, невольно вспомнил Ху Юаньюаня и Вэй Цзыси. Будь они здесь, наверняка бы сжали кулаки от ярости. Проклятые «ноли»! Во что они превратили репутацию Чэнду? На самом деле Чэнду – вполне приличный город, и не так уж много там тех, кто пускает слюни на симпатичных парней.
— Да я лучше… убейте меня! — Лю Шаоюнь вцепился в свои волосы. — Чжан-босс, лучше диагностируйте мне рак! Жить с этой аномалией – хуже смерти!
Для него рак был «адским уровнем» сложности, но эта новость стала настоящей козырной комбинацией. Он действительно предпочел бы онкологию участи стать женщиной.
— Сяочуань, ты его осматривал? — Ван Хайся повернулась к Чжан Линчуаню. — Если нет, может, проведешь диагностику пульса для полноты картины? А я пока подумаю, какие обследования назначить.
Она знала, что Чжан Линчуань мастер в этом деле. В больнице шептались, что у него врожденное клиническое чутье – он ставит диагнозы, полагаясь на интуицию, которая еще ни разу его не подводила. Настоящее Медицинское Святое Тело.
— Да, брат Чжан, проверь мой пульс! — Взмолился Лю Шаоюнь, как за спасительную соломинку хватаясь за эту возможность. — Ты же раньше только сказал, что я выгляжу неважно, но про аномалии ни слова не было. Вдруг еще есть надежда!
— Ладно, давай посмотрим, — кивнул Чжан Линчуань. Процедуру нужно было соблюсти.
Ван Хайся уступила ему свое кресло. Диагностика пульса требовала концентрации и правильного положения тела – она не хотела, чтобы внешние факторы повлияли на точность выводов.
Прошло около тридцати секунд. Чжан Линчуань убрал руку.
— Ну как, брат Чжан? Он… девчонка? — Сгорая от любопытства, спросил Чжоу Хаодун.
— Ситуация несколько сложная, — многозначительно произнес Чжан Линчуань.
— Сложная? В смысле?! — Сердце Чжоу ушло в пятки.
— Брат Чжан… — пролепетал Лю Шаоюнь. — Не говорите, что у меня и эта аномалия, и лейкемия в придачу!
Перед приходом он «нагуглил» симптомы: слабость, расстройства функций, боль в груди – всё указывало на лейкемию. Тогда он еще не думал ни о раке груди, ни об интерсекс-аномалиях.
— Не накручивай себя, — попытался успокоить его Чжоу. — Вряд ли это лейкемия. Иначе твое тело превратилось бы в плавильный котел, где все эти болячки жрут друг друга!
— Лейкемии у тебя нет, — подтвердил Чжан Линчуань. — И тело у тебя абсолютно мужское, крепкое. Вот только его придавила мощная волна иньской энергии.
— Мужское тело, придавленное иньской энергией? — Лю Шаоюнь окончательно запутался. — Это как?
— Всё просто, братан! — Снова включился «Холмс-Хаодун». — Брат Чжан говорит, что снаружи ты парень, но внутри у тебя спрятан яичник! И сейчас твой организм просто тонет в женских гормонах!
Чжан Линчуань оторопел. Ему было искренне интересно: как этот парень умудряется дважды подряд выдавать абсолютно неверный ход мысли, но приходить к правильному ответу?!
Ван Хайся тоже призадумалась. «А ведь звучит логично», – мелькнуло у нее в голове. Она-то думала о врожденных патологиях, а тут такие смелые теории. Похоже, ей пора освежить свои взгляды, а то она уже не поспевает за ходом мыслей молодежи.
— Нет-нет, — поспешил остановить этот поток фантазии Чжан Линчуань. — Судя по пульсу и внешним признакам, это чисто мужской организм. Никакого гермафродитизма здесь нет.
— А? Нет?! Твою же… Братан, ты спасен! — Чжоу Хаодун чуть не запрыгал от радости, но тут же снова посерьезнел. — Но брат Чжан, если всё нормально, почему тогда грудь такая… пышная? Почему внизу проблемы? И голос стал тоньше! На первом курсе он таким не был!
— Вот именно! — Закивал Лю Шаоюнь. Слова Чжана о том, что он не «аномалия», стали для него величайшим избавлением. Жизнь, казавшаяся серой и бесперспективной, вновь обрела краски. Он буквально воскрес. Но вопросы друга мучили и его: если он мужчина, почему верх растет, а низ – чахнет? Абсурд какой-то!
— Мне это тоже кажется странным, — произнес Чжан Линчуань. — Товарищ Лю Шаоюнь, почему на первом курсе всё было в порядке, а на втором у тебя изменился голос и началось вторичное развитие груди? Ты проводил над собой какие-то модификации? Помни, ты перед врачом, я жду от тебя правдивого ответа.
[Системное сканирование завершено.]
[Имя пациента: Лю Шаоюнь.]
[Пол пациента: Мужской.]
[Возраст пациента: 19 лет.]
[Состояние пациента: развитие грудных желез, функциональные расстройства, утрата полового влечения, легкая слабость.]
[Диагноз: избыточное поступление эстрогенов и пролактина.]
[Системное уведомление: у пациента наблюдается переизбыток женских гормонов и пролактина, что привело к изменению голоса и формы груди, а также вызвало побочные эффекты в виде функциональных нарушений. Хозяину рекомендуется дать совет или направить пациента к формированию правильных ценностей.]
Вот он, результат сканирования. Огромные дозы эстрогена и пролактина. Такое бывает, только если человек целенаправленно принимает препараты или колет гормоны.
— Черт! Я ненавижу себя за то, что всё понимаю с полуслова! — Чжоу Хаодун схватился за голову. — Ты что, на «курсе» сидишь?!
— Хм… Ты в последнее время принимал какие-то таблетки или делал инъекции эстрогена? — Ван Хайся мгновенно ухватилась за эту нить. — Эти вещества как раз вызывают подобные проблемы и стимулируют рост тканей.
Чжан Линчуань с интересом ждал ответа. Система четко показала переизбыток гормонов. Но Лю Шаоюнь выглядел так, будто слышит об этом впервые.
Тут было два варианта. Либо он гениальный актер, обманувший всех присутствующих. Либо он сам не знает, что принимает эти вещества. И если верно второе, то это уже пахнет отравлением.
При этой мысли Чжан Линчуань внутренне содрогнулся. Умышленное отравление – это стопроцентное уголовное преступление. Только сегодня вынесли приговор Смертельному Доктору-отравителю, неужели новый случай?
— Нет! С чего бы мне это принимать?! — Вскричал Лю Шаоюнь. — Я натурал до мозга костей! И если бы я сам это пил, зачем бы я пошел в больницу? Я что, по-вашему, дурак и не знал бы о побочках?!
Парень был вне себя. Его только что заподозрили в том, что он «из этих», а он был уверен в своей ориентации на все сто процентов.
— Действительно, нелогично, — быстро сообразил Чжоу Хаодун. — Брат Чжан, посуди сам: если бы он кололся специально, он бы не пришел сюда жаловаться на рост груди. Он же видел, что происходит.
Хотя Лю Шаоюнь и был смазлив, а с макияжем и вовсе мог заткнуть за пояс любую девчонку, в его характере не было ни капли женственности. Чжоу не верил, что друг мог сделать это добровольно.
— Если он сам ничего не принимал, то откуда в организме взялись эти гормоны? — Задал резонный вопрос Чжан Линчуань.
— Отравление! Твою мать!! — Чжоу Хаодуна аж подбросило.
Если сам не пил, а организм сам такое не вырабатывает – значит, кто-то подсыпает. Третьего не дано.
Ван Хайся нахмурилась. Вероятность такого исхода была пугающе высока. А это уже повод для обращения в полицию, ведь здоровью нанесен серьезный ущерб.
— Да не… не может быть. Кому придет в голову травить меня этой дрянью? — Лю Шаоюнь был в шоке. Это казалось слишком абсурдным.
— Чтобы подтвердить факт попадания гормонов извне, нужно сдать анализы, — ответил Чжан Линчуань.
— Тогда, брат Чжан, доктор, назначьте мне самое тщательное обследование! Хочу знать правду! — Решительно заявил парень.
— Хорошо. Я выпишу направление на анализ крови на шесть основных половых гормонов, проверку функции щитовидной железы, печеночные и почечные пробы, а также скрининг на токсины. Сяочуань, добавишь что-нибудь? — Ван Хайся быстро набросала список.
— Нет, этого достаточно. Учитель Ван, выписывайте. Как получите результаты, идите сразу к ней, она скажет, что делать дальше.
— Поняли! Спасибо, брат Чжан! — Друзья кивнули и поспешили на анализы.
[Дзинь! Поздравляем Хозяина с выполнением задания. Получено: 100 очков профессионального авторитета, Зелье выносливости *1.]
[Осмотрено пациентов на этой неделе: 1/50 (текущий день: понедельник)]
Чжан Линчуань заметил, что авторитет прибавился. Похоже, работа под «желтым ярлыком» лечащего врача действительно дает больше бонусов. Это радовало – способов активировать задания стало больше.
«Но почему в счетчике только один пациент? – …возмутился он про себя. – …Тот утренний, с плесенью на языке, не считается?! Ну и подстава!»
— Сяочуань, если это и правда отравление, то дело пахнет уголовщиной, — вздохнула Ван Хайся. — Парень живет просто, наверняка кто-то из своих же однокурсников гадит, а он и не в курсе.
Ей было горько видеть, как молодые люди с такой легкостью идут на преступления. Тем более такие, которые рано или поздно вскроются.
— Скорее всего, так и есть, — Чжан Линчуань уже и сам догадывался, в какую сторону копать.
В этот момент его телефон зазвонил.
— О? — На экране высветилось: «Жена наставника».
Чжан удивился. Хуан Сяннин редко звонила ему просто так.
— Сяочуань, ответь на звонок, — улыбнулась Ван Хайся. — С тобой осмотры проходят куда быстрее. Мне, как терапевту, приходится долго расспрашивать пациента, строить догадки, а ты сразу бьешь в цель.
— Спасибо, учитель Ван. Я отойду на минуту.
Чжан Линчуань вышел из кабинета – негоже занимать место, когда за дверью ждут другие пациенты.
— Алло, Сяочуань, ты где? — Раздался в трубке голос Хуан Сяннин.
— Я на первом этаже, у кабинета доктора Ван Хайся. Что-то случилось, жена наставника?
— Зайди на восьмой этаж, в кабинет декана. Я жду тебя здесь.
— В кабинет декана? — Чжан Линчуань окончательно растерялся. — Что-то серьезное? Можете хоть намекнуть?
Он ни разу не бывал в кабинете ректора и чувствовал себя немного не в своей тарелке.
— Не волнуйся, это по хорошему поводу. Давай быстрее.
— Хорошо, иду…
Интуиция подсказывала ему, что «хороший повод» может обернуться лишней головной болью, но перечить жене наставника он не стал.
Когда он шел к лифту, Лю Шаоюнь и Чжоу Хаодун как раз выходили из другой кабины – они были на этаж выше, а он спускался. То есть, наоборот – они были внизу, а он поднимался.
— Братан, я тебе серьезно говорю, — твердил Чжоу. — Брат Чжан никогда не ошибается. Анализы – это просто формальность. С твоими-то симптомами… точно кто-то тебя травит!
— Но кто?! — Лю Шаоюнь был в смятении. — Ты же знаешь, я почти всё время в университете. Ем в столовой, воду пью либо бутилированную, либо из своего термоса. А в термос набираю из кулера в нашей комнате!
Он всегда был осторожен. Не просил никого приносить еду, не пил из чужих рук.
— Вот черт! Неужели кто-то подсыпал в наш кулер?! У нас завелся крот!!
В их комнате жили шестеро, и все пили из одного кулера. Чужаку пробраться и подливать гормоны незаметно было почти невозможно. Значит – кто-то из своих.
— Крот-то может и есть, но если бы яд был в кулере, почему у тебя всё стоит и грудь не растет, а у меня – наоборот? Не сходится! — Возразил Лю Шаоюнь.
— Точно… — Чжоу Хаодун почесал затылок. — Если бы травили через кулер, мы бы все «зацвели». Брат Чжан – он же как живой томограф, если бы со мной было что-то не так, он бы точно заметил. Да и пью я побольше твоего. Даже с учетом разницы организмов, реакция была бы хоть у кого-то еще.
— Значит, кто-то подливает прямо в мой стакан или термос.
Нить рассуждений наконец привела их к логичному выводу. Кулер чист, а значит, цель – лично Лю Шаоюнь.
— Но кто… и зачем? Мы же все в комнате отлично ладим.
— Я знаю, как это проверить! — В глазах Лю Шаоюня вспыхнул недобрый огонек. Он уже придумал, как вывести преступника на чистую воду.
Тем временем на восьмом этаже Чжан Линчуань постучал в дверь кабинета декана.
Внутри было трое: сам декан Сунь Цзяньго, его заместитель Хуан Сяннин и незнакомый мужчина.
— А, Сяочуань, заходи! — Приветствовал его Сунь Цзяньго. — Познакомься, это Цунпин, руководитель Отдела пропаганды и образования Здравоохранения провинции.
Хотя должность гостя по рангу была чуть ниже, чем у ректора, Цунпин обладал серьезным весом, курируя все информационные потоки медицины в регионе. В больнице к такому визиту относились со всей серьезностью.
— Здравствуйте, господин директор, — поздоровался Чжан Линчуань.
— Здравствуй, здравствуй, доктор Сяочуань! Рад наконец познакомиться лично, — Цунпин смотрел на парня с нескрываемым одобрением.
— Сяочуань, директор Цунпин прибыл к нам с инспекцией, и одной из ключевых тем стала пропаганда медицины, — взял слово Сунь Цзяньго. — Мы планируем снять для больницы рекламный ролик, и после обсуждения с заместителем декана Хуан решили, что ты – идеальный кандидат на главную роль.
— Рекламный ролик? — Чжан Линчуань нахмурился.
— Именно так, доктор Сяочуань, — подтвердил Цунпин. — Нам важно привлекать влиятельных медицинских работников для просвещения населения. С твоей популярностью в интернете и… кхм… внешними данными, ты подходишь лучше всех.
Кандидатура Чжан Линчуаня была утверждена еще до встречи. Его влияние в сети в сочетании с привлекательностью было мощным инструментом. Увидев его вживую, Цунпин лишь убедился в правильности выбора.
— И как это будет выглядеть? Как те короткие видео для абитуриентов? — С долей скепсиса спросил Чжан. Он не очень понимал, зачем больнице такие «зазывалки».
— Сяочуань, ты же видел медицинские передачи? — Улыбнулся Сунь Цзяньго. — Мы снимем и короткие ролики, но основной проект – это документальный фильм о работе всей больницы. Например, возьмем отделение неотложной помощи и покажем их повседневную жизнь. Это будет наш подарок ко Дню врача. Времени мало – всего три месяца, так что график будет плотным.
День врача отмечался 19 августа. Сейчас было 11 мая. Три месяца на качественный проект – срок действительно сжатый.
— Понятно… И что от меня потребуется?
— Да ничего особенного – просто привыкнуть к камере. Думаю, для тебя это не проблема. Мы будем снимать твою работу с разных ракурсов и, возможно, попробуем новый формат – прямые эфиры.
Цунпин пояснил, что молодежь любит стримы. Можно попробовать транслировать процесс осмотра пациентов и посмотреть на реакцию публики. Если формат «зайдет», сделают серию эфиров ко Дню врача. Если же возникнут вопросы по поводу конфиденциальности или пациенты будут недовольны – проект оперативно свернут. Разумеется, с каждым пациентом будет подписываться форма информированного согласия: кто-то согласится на открытую съемку, кому-то замажут лицо, а кому-то еще и изменят голос.
— Хорошо, я в распоряжении руководства, — согласился Чжан Линчуань.
Больница всё-таки выставила ему свой KPI. Раньше он бы наверняка попытался отказаться, но сейчас, имея перед глазами задачи системы, понимал: участие в официальном проекте – отличный способ поднять свой авторитет. Как говорится, копейка рубль бережет.
— Замечательно! Хуан, посмотри, какая высокая сознательность у парня, — Сунь Цзяньго повернулся к своей заместительнице.
Хуан Сяннин была искренне удивлена. Зная характер Сяочуаня и то, как он завален работой, она ожидала решительного отказа. Именно поэтому она «заманила» его в кабинет хитростью, готовясь долго и терпеливо убеждать. А он взял и согласился сразу.
— Это лишь доказывает, что вы, господин ректор, умелый руководитель, — с улыбкой ответила она. — С вами он не капризничает, а вот со мной бывает ох как непрост.
— Ну, раз со мной он держится официально, значит, мы еще недостаточно близки, — рассмеялся Сунь Цзяньго. — Капризы – признак доверия.
Они проговорили еще полчаса. В конце Хуан Сяннин сказала:
— Ладно, Сяочуань, иди работай. Скоро приедут ребята с провинциального телеканала помогать со съемками. Если нужно подровнять прическу – лучше сделай это сегодня вечером.
— Хорошо, я пошел.
Чжан Линчуань попрощался и спустился вниз.
— Эй, Сяочуань! Вот ты где! Совместный консилиум начинается, давай быстрее! — Только он вышел из лифта, как навстречу ему вылетел врач Фан Юань.
Этот человек всегда передвигался стремительно, широкими шагами. Если стоять на месте, когда он проходит мимо, можно почувствовать настоящий порыв ветра.
— Да-да, иду, — Чжан Линчуань поспешил за ним в сторону стационара.
Речь шла о Ли Чицин – той самой пациентке, которая чуть не погибла, поев «волосатого» вонючего тофу.
В ординаторской вовсю шло обсуждение.
— Боже мой… кишечник просто в ужасном состоянии, сплошной некроз.
— Это «черная щелочь», грибок Aspergillus niger. Еще немного, и началась бы инвазивная аспергиллезная пневмония.
— Нам нужно немедленно начинать системную противогрибковую терапию, иначе мы ее потеряем.
— Эти торговцы – просто изверги! Красить еду сажей – уже преступление, но использовать «черную щелочь», промышленное топливо… это за гранью!
— Настоящее убийство ради наживы!
Врачи из разных отделений изучали результаты анализов, качая головами. Никто раньше не видел такого тяжелого отравления от уличной еды.
— Коллеги, доктор Сяочуань тоже примет участие в консилиуме, — объявил Фан Юань, вводя парня в кабинет.
— Давно пора! А я-то думал, доктор Фан, вы его специально от нас прячете! — Раздались голоса.
Никто не смотрел на Чжана как на стажера. Его воспринимали как равного коллегу. Да, он молод, многого еще не умеет в плане хирургии, но его талант диагноста признавали все. В этом деле он был если не первым в больнице, то уж точно не вторым.
— Я бы и рад спрятать, да такое сияние ни в каком сундуке не укроешь! — Развел руками Фан Юань.
Консилиум перешел к детальному обсуждению тактики лечения.
Ли Чицин лежала в палате, глядя в потолок полными отчаяния глазами. В руках она сжимала результаты обследований.
«Доктор Сяочуань, помогите мне выжить… – …молила она про себя. – …Больше никогда, ни за что не прикоснусь к этой уличной еде! Хоть бы полиция поскорее поймала этого мерзавца!»
Анализы показывали, что ее кишечник был буквально изрешечен. Язык, благодаря тому, что она вовремя обратилась в больницу, удалось спасти от полного некроза, иначе пришлось бы проводить удаление. Но предстоящая операция всё равно была крайне рискованной. Врачи прямо сказали: без хирургического вмешательства она не протянет и месяца.
Ее начали готовить к экстренной операции.
В два часа дня всё было готово.
Чжан Линчуань хоть и не владел техникой резекции кишечника, но после консилиума система выдала уведомление с предложением принять участие в операции. Просто за то, что он пронаблюдает весь процесс, ему полагалось 100 очков авторитета и шанс получить обычный сундук.
Времена были тяжелые, разбрасываться наградами он не привык.
Операция длилась пять часов. Когда Чжан Линчуань вышел из первой операционной, он чувствовал себя выжатым как лимон.
[Дзинь! Поздравляем Хозяина с успешным наблюдением за ходом операции. Получено: 100 очков авторитета, Обычный сундук *1.]
«Да уж, хлеб врача горек…», – мелькнула в голове усталая мысль.
[Желает ли Хозяин открыть обычный сундук?] – спросила система.
— Открывай, — без колебаний ответил Чжан.
[Поздравляем Хозяина с открытием обычного сундука. Получено: Зелье выносливости *2, Точное сканирование *1, Профессиональный авторитет +200.]
Всего двести очков авторитета? Скуповата система сегодня.
[Особые предметы: Особое Зелье Выносливости *26, Точная диагностика *3, Карта на однократную симуляцию в Пространстве Системы *2, Фрагмент Карты скрытого предмета *4.]
Количество зелий выносливости выросло до двадцати шести, точных диагностик стало три.
[Профессиональный авторитет: LV9: 101 500 / 150 000 (Врач-ординатор)]
Затем перед ним развернулась панель аттестации на должность лечащего врача.
[I. Профессиональный авторитет.]
[Текущий прогресс: 101 500 / 150 000 (осталось 48 500; срок: 5 месяцев)]
[II. Текущие задачи.]
[Общее количество подписчиков: 35,9 млн / 80 млн (осталось 44,1 млн; срок: 5 месяцев)]
[Стримы из операционной: 0 / 50 (данных нет; срок: 5 месяцев)]
[Международные визиты: 0 / 5 (данных нет; срок: 5 месяцев)]
[Международные конференции: 0 / 5 (данных нет; срок: 5 месяцев)]
[Осмотрено пациентов на этой неделе: 2 / 50 (текущий день: понедельник)]
[III. Симуляционная аттестация.]
[Доступ закрыт (обратный отсчет: 13 часов)]
— С-с-с… — Чжан Линчуань почувствовал, как на голове шевелятся волосы. Да они издеваются! Какое давление!
— Доктор Сяочуань, идите ужинать! Я всё разогрела. Поедите, и в восемь можно будет немного отдохнуть, — Инь Сяосяо хоть и не была в операционной, но позаботилась о еде. Сегодня Чжан оставался на ночное дежурство, чтобы завтра спозаранку выйти на врачебный обход.
— Спасибо большое, Сяосяо, — искренне поблагодарил он заботливую девушку.
— Не за что. Только обещайте, что в следующий раз возьмете меня с собой на операцию, — Сяосяо лучезарно улыбнулась, блеснув белыми зубками.
— Э-э… — Чжан Линчуань на мгновение лишился дара речи от такого напора.
В это же время в жилом комплексе километрах в семи-восьми от больницы один мужчина в полном отчаянии рвал на себе волосы.
— Жена, послушай меня! Давай сделаем искусственные роды, нельзя больше тянуть! Ультразвук ясно показал уродство плода. Если он родится, мы не потянем, да и перед ребенком это будет нечестно! — Гао Вэй в который раз стучал в запертую дверь комнаты.
В квартире царил хаос. Та самая роженица Юй Фаньмэн, которая еще в марте отказывалась прерывать беременность, стояла на своем и в мае. Живот ее заметно округлился.
— Ну скажи хоть слово! Если не ответишь, я найду ключи и выломаю дверь! Потом будет уже поздно что-то делать!
Гао Вэй убеждал ее, изливая душу, но жена будто лишилась рассудка. Она твердила, что ребенок приходит к ней во снах и умоляет не убивать его.
— Не смей входить! Я предупреждаю! — Раздался из-за двери голос Юй Фаньмэн. Он звучал странно, пугающе. — Он зовет меня «мама», он просит защиты! Он пнул меня! Я ни за что не убью его!
— Какое «мама», жена? Мы же еще сможем родить здорового ребенка! Всё, я вхожу. Мы едем в больницу.
Гао Вэй открыл дверь и шагнул в комнату.
— Не пойду! Не пойду! Вы все – убийцы! Вы не заставите меня убить моего малыша! — Закричала она, бросаясь на него.
— Я уже записал тебя на прием! Сегодня ложимся на госпитализацию, завтра всё закончим. Ты поедешь, хочешь ты того или нет! — Гао Вэй тоже сорвался. Этот нерожденный ребенок превратил их жизнь в сущий ад.
— Нет! Не пойду! Убийцы!!
В пылу борьбы обезумевшая Юй Фаньмэн схватила первое, что попалось под руку, и с силой обрушила это на голову мужа. Затем она пулей выскочила из комнаты и заперлась в другой.
Бах! — Хлопнула дверь.
В гостиной остался лежать перевернутый деревянный стул. Гао Вэй коснулся головы рукой.
Кап… кап… — на пол закапала густая алая кровь.
Глухой удар – и он тяжело рухнул на ковер.
В комнате Юй Фаньмэн нежно поглаживала свой живот.
— Малыш… мама тебя защитит. Никто тебя не тронет, мне всё равно, какой ты там… — шептала она с пугающей любовью.
Прошло минут десять, и Юй Фаньмэн почувствовала неладное. Она осторожно приоткрыла дверь и выглянула в коридор.
— Муженек! Муженек, ты чего?! — Увидев мужа, лежащего в луже крови, она побледнела как полотно.
— Не пугай меня так! Я не хотела! Проснись! Первая помощь… нужен телефон!
Она кричала, рыдала, дрожащими руками пытаясь набрать номер неотложки.
В это же время в отделении неотложной помощи Провинциальной больницы к стойке регистрации подошел мужчина, прижимая к шее окровавленное полотенце.
— Медсестра… у меня порез. Кто-нибудь может взглянуть? — Обратился он к координатору.
— Порез? Где именно? — Спросила та, еще не понимая масштаба беды.
— Здесь, на шее, — мужчина убрал полотенце.
— А-а-а! Боже мой!! — Медсестра едва не лишилась чувств от увиденного.
В смотровой Чжан Линчуань только успел поднести ложку ко рту.
[Дзинь! Обнаружен пациент с Красным ярлыком! Хозяину рекомендуется немедленно приступить к осмотру!]
Всплыло системное уведомление.
…