Глава 42: «Всё в крови, рук не хватает… Но есть еще один врач!»
Столовая в доме семьи Чжао.
— Сяо Ван, слушайся Сяо Юань, присмотр тебе не повредит, — сказала Чэнь Цянь. — …В общем, ешьте тут спокойно. Если захотите, можете съездить в больницу на обследование – простата для работы поважнее будет.
Как-никак, Чэнь Цянь была опытной матерью, ожидавшей уже второго ребенка.
К тому же все здесь были взрослыми людьми, особенно девушки, связанные с искусством.
В старшей школе они начинают рисовать натуру, в университете на лекциях смотрят презентации с обнаженными телами – так что порой лучше высказаться начистоту. Это заставляло их серьезнее относиться к собственному здоровью.
— Учитель Чэнь… — только и смогли вымолвить Ван Ливэй и Сяо Юань, глядя ей вслед.
В столовой, где еще недавно было шумно и весело, теперь остались лишь они двое – ну и, конечно, огромный стол, уставленный блюдами.
Они замерли, переглядываясь.
Произошло ли между ними нечто, способствующее выделению определенных химических веществ в организме, – осталось тайной.
Камера последовала за остальными.
Даже Чэнь Цянь не сразу их догнала.
— Да куда же они все подевались! — Пробормотала она.
Беременность не позволяла Чэнь Цянь бежать, но шла она довольно быстро. Тем не менее, Сун Ваньцин, которая последней вышла с камерой для стрима, уже и след простыл. Оглянувшись, она поняла, что Сяо Юань и водитель Сяо Ван тоже не спешат выходить.
Сказать по правде, сегодняшний день преподнес немало сюрпризов. Как их наставница, она могла лишь надеяться, что у молодых людей всё сложится. А если Сяо Юань действительно поможет ему избавиться от пагубной привычки – будет просто замечательно.
Ведь если продолжать в том же духе, по столько раз на дню, организм рано или поздно сдаст. К тому же, когда появляется девушка или жена, со временем интерес к подобным вещам естественным образом угасает.
Взять хотя бы ее собственного благоверного, этого борова ленивого!
Сразу после свадьбы он был словно волк ненасытный, а теперь… Теперь просто пластом лежит и не шевелится. Хочешь чего – сама старайся. От злости аж легкие распирает!
Тем временем у въезда в хутор Сяпо уже собралась толпа.
Случилось ДТП.
Двое парней по фамилии Ху из этой же деревни слишком разогнались на мотоцикле и вылетели на встречную полосу. На повороте они нос к носу столкнулись с трехколесным велосипедом Старейшины семьи Чжао – Чжао Лиго, который как раз возвращался домой.
Обе стороны попытались уклониться. Прямого столкновения удалось избежать, но велосипед Чжао Лиго всё же зацепило по касательной. Мощный удар мгновенно отбросил тяжелую машину в сторону, и она перевернулась прямо на гравийной дороге.
Что же касается лихачей, то они пролетели добрых два метра и рухнули в поле, пробив в золотистых колосьях риса просеку, похожую на гигантскую стрелку.
На площадке у въезда в деревню царила суматоха. Деревенского врача, отдыхавшего в обеденный перерыв, подняли на ноги.
— Молодой доктор, сначала помогите детям, я подожду! — Воскликнул Чжао Лиго.
Врач только успел надеть перчатки и подготовить инструменты: дезинфекционный пинцет, стерильную марлю, физраствор, ватные подушечки, пластырь и бинты. Он собирался заняться очисткой раны и перевязкой седовласого дедушки, но тот, прижимая руку к окровавленному предплечью, лишь покачал головой.
Больше собственной боли его терзала вина за пятерых детей, которых он возил в поселок поглощать лапшу и теперь вез обратно. Хорошо еще, что он успел свернуть и они отделались ссадинами. Если бы с кем-то случилось что-то серьезное, он бы не знал, как смотреть в глаза их родителям.
— Папа! Ты в порядке?! — Раздался крик Ли Цайхуа.
Всего пострадавших вместе с Чжао Лиго было шестеро. Они сидели рядком у входа в деревенский медпункт. У всех были содраны руки и ноги – зрелище жуткое, но никто не плакал. Дети держались стойко.
— Эх, я в норме, просто руку оцарапал, — ответил Чжао Лиго, увидев подбежавшую невестку.
В молодости он был солдатом, прошел через бои, и сейчас чувство вины жгло его сильнее любых ран.
— Да как же это… как же так вышло-то! — Ли Цайхуа всплеснула руками, сердце ее сжалось при виде раненого свекра.
— Ах вы, щенки драные! Говорил же вам – не гоняйте! Героями себя возомнили?! Вот и долетались! А ну, живо просить прощения!! — Прорычал вдруг смуглый жилистый мужчина средних лет с вздутыми венами на руках. В руке он сжимал бамбуковый прут.
Перед ним стояли двое парней – один повыше, другой пониже. Родные братья. Смуглый мужчина был их отцом, и сейчас он, не долго думая, принялся охаживать их прутом. Стоило бамбуку сломаться, как он тут же подбирал у дороги новый.
Удары были тяжелыми, но никто из деревенских не пытался его остановить. Все понимали: эти оболтусы из-за своей лихости чуть не погубили старика и детей. В Линнани с этим строго. Совершил ошибку – особенно такую, что едва не стоила жизни людям, – получишь сполна, и никто не пожалеет.
Братья, которые и сами при падении в рисовое поле изрядно помялись и покрылись ссадинами, не смели даже пикнуть. Дрожа от страха, они подошли к Чжао Лиго и низко склонили головы.
— Третий старший дядя, А-Вэнь слишком разогнался и задел тебя. Сегодняшнее – наша вина. Я, как отец, тоже в ответе. Раз виноваты – должны быть наказаны. Решай сам, что с ними делать! — Смуглый мужчина едва сдерживал ярость.
— Третий дедушка, мы виноваты! — В один голос произнесли братья, одному из которых было пятнадцать, а другому восемнадцать. Они стояли, понурившись под градом ударов.
— Громче! На колени! Мать вашу! А если бы лобовое?! А-Вэнь, ты хоть понимаешь, сколько жизней ты бы загубил?! Тебе восемнадцать, а ума ни на грош! Не хочешь в университет – хочешь сесть в тюрьму? Так я тебя сам туда отправлю! — Очередной удар бамбукового прута пришелся по спине старшего. Тонкая ветка с треском переломилась.
Отец был вне себя от гнева. Он сотню раз наказывал им не гонять. Ладно бы сами расшиблись, но покалечить других… Когда он услышал, что они сбили третьего дядю и пятерых детей, у него буквально волосы встали дыбом.
— Эх, А-Шуй, брось, не бей их больше. Ничего непоправимого не случилось, пусть просто впредь ездят осторожнее, — вздохнул Чжао Лиго. Все они были из одной деревни, и он надеялся, что этот урок пойдет парням на пользу.
— Слышали?! Отвечайте! — Рявкнул смуглый мужчина.
— Спасибо, третий дедушка! Клянусь, больше никогда не буду гонять! Простите нас!! — А-Вэнь говорил искренне, его лицо исказилось от раскаяния.
— Вам еще повезло, что это наш третий дедушка! Будь на его месте чужак – так легко бы не отделались! Взрослый лоб, а в голове – ветер! — Мужчина для вида еще раз опустил палку на спину старшего сына, но в душе наконец облегченно выдохнул. Дети всё-таки родные, как бы он ни свирепствовал, главное – чтобы впредь неповадно было. Раз старик простил, значит, дело можно считать улаженным. Со своими договориться проще, с незнакомыми такой номер бы не прошел.
— Ладно тебе, хватит махать палкой. Ребята тоже побились, пусть врач и их осмотрит, — сказал Чжао Вэйцян, отбрасывая прут в сторону. Парни виноваты, отец их прилюдно выпорол, раз с третьим братом всё более-менее обошлось, пора и честь знать. В деревне дела порой решаются просто: если искренне признал вину, на том и закончили. Никто ведь не хотел, чтобы так вышло.
— Шестой старший дядя! Пусть эти бездельники подождут! Сначала перевяжите детей и третьего дядю. Доктор, пожалуйста, используйте лучшие лекарства, только поскорее. Посмотрите, дядя весь в крови! Все расходы я беру на себя, и за рис второй невестки тоже заплачу, — торопил смуглый А-Шуй, стараясь делом доказать свое раскаяние. Как родитель, он понимал, что оплата лечения и ущерба – его прямая обязанность.
— В этой ране песок, мне нужно его вычистить. Быстро не получится. Малыш, будет больно, но ты не дергайся! — Деревенский врач, молодой парень лет двадцати, аккуратно поднес ватный тампон с лекарством к ноге ребенка.
— Эх! Был бы тут еще хоть один врач! — В сердцах воскликнул кто-то. Все сопереживали пострадавшим, но до ближайшей больницы было около часа езды. В такие моменты остро понимаешь, как не хватает медиков в деревне.
— Есть! Есть еще один врач!! — Внезапно воскликнула Ли Цайхуа, хлопнув себя по бедру. Ветеринар Чжан всё еще у них дома! Раз деревенский врач не справляется, можно попросить его помочь с перевязками.
… Сцена замерла в ожидании.