Глава 341: «Ограниченный навык, высшая ступень четырех методов диагностики – истинная Кибер-ТКМ! [Десять тысяч иероглифов, прошу месячные абонементы]»
[Внимание! Желает ли Хозяин открыть особый сундук?]
Перед глазами Чжан Линчуаня вспыхнуло сияющее уведомление, предлагающее заглянуть внутрь сокровища.
Каждый раз, когда он получал особый сундук, это сопровождалось подобным калейдоскопом красок.
— Открывай, — уверенно произнес он.
У него не было ни малейших сомнений. В конце концов, этот сундук он добыл, выложившись на полную. Пока он в сознании и не провалился в кому, даже если придется лежать пластом на земле, он обязан его открыть. Медлить хоть секунду – значит проявить неуважение к собственной удаче.
[Динь! Поздравляем Хозяина с невероятным везением! Получен новый ограниченный навык!]
«Вот черт!», – Чжан Линчуань впился взглядом в системное сообщение. Его зрачки сузились от потрясения. Свершилось! Еще один ограниченный навык!
В тот же миг перед ним возникло знакомое серо-белое изображение человеческой фигуры, точно такое же, как и при получении предыдущих навыков. Сначала алым вспыхнули уши, следом за ними – глаза, а третьими загорелись кончики десяти пальцев.
Именно кончики. Ладони на схеме по-прежнему оставались безжизненно-серыми. Этот порядок свечения в точности повторял последовательность пробуждения его способностей.
«Может быть, все эти серые зоны со временем станут ограниченными навыками?», – мелькнула у него мысль. Глядя на этот интерфейс, он невольно задавался подобными вопросами. Если пальцы стали красными и подарили ему Палец ЭКГ, то что дадут ладони? Руки? Ступни?
Изображение замерло на долю секунды, а затем в районе носа трехмерной модели запульсировал яркий свет.
«Надо же… В этот раз нос?»
[Динь! Поздравляем Хозяина с получением ограниченного навыка: Газовый Нос (Медицинская версия).]
Следом выскочило подробное описание.
«Газовый Нос?», – Чжан Линчуань опешил. — «Что это за чертовщина такая?» К тому же в названии стояла пометка о «медицинской версии». Значит, существуют и другие?
[Газовый Нос (Медицинская версия): данный навык выводит обоняние Хозяина в иное измерение. Однако не стоит беспокоиться – медицинская версия никак не влияет на повседневную жизнь. Хозяин станет чувствителен исключительно к запахам болезней. Это поможет быстро распознавать патологии по запаху, восполняя нехватку точных и повседневных сканирований при высокой интенсивности работы. Двигайтесь быстрее навстречу титулу Идеального Великого Врача!]
[Напутствие: Кто из великих врачей, известных миру, не был трудоголиком? Вперед, доктор Чжан! Кандидат в Идеальные Великие Врачи!]
«Ну и ну!», – Чжан Линчуань на мгновение завис, переваривая информацию. Получается, Газовый Нос – это своего рода усилитель обоняния, но в медицинской версии он реагирует только на «ароматы» недугов, не мешая в быту? От этой мысли его отпустило.
Ему и так хватало «светофоров» над головами прохожих, которые порядком усложняли жизнь. Если бы к этому добавился еще и аномально острый нюх, о качестве жизни можно было бы забыть. Как говорится, не видишь, из чего готовят на кухне – аппетит крепче.
Будь он чувствителен ко всему подряд, походы по магазинам или перекусы превратились бы в пытку. Вот, к примеру, барбекю. Приносят тебе аппетитное, шкварчащее мясо, а нос выдает: «Это плоть зомби, пролежавшая в морозилке три года и шесть месяцев»… Или идешь по улице – обычные люди не замечают вони из канализации, а ты задыхаешься. А в толпе? Кто-то вспотел, у кого-то специфический запах тела… Обычный человек прошел бы мимо, а ты от этой смеси амбре просто свалишься с головокружением.
Звучит настолько ужасно, что мурашки по коже. Хорошо, что навык настроен только на болезни.
«Постой-ка, а ведь это, по сути, усиленная версия метода „Прислушивания и Обоняния“ из ТКМ?», – он всерьез задумался. Похоже, он и впрямь превращается в мастера традиционной медицины. Осмотр – это его Рентгеновское зрение. Обоняние – Газовый Нос. Пальпация и пульс – Палец ЭКГ.
«Настоящая Кибер-ТКМ! Осталось подтянуть теорию, и тогда никакие проверки мне не страшны».
[Внимание: на счет зачислено 1000 медицинских баллов и 2000 единиц профессионального авторитета.]
[Медицинские баллы: 18 106.]
Благодаря многочисленным сканированиям и наградам его баланс перевалил за восемнадцать тысяч. Теперь он снова мог обменять их на карту трехчасового неограниченного сканирования.
Кстати, система явно пыталась им манипулировать этим своим «кто не трудоголик»… Два повседневных сканирования в день, точные проверки, да еще и трехчасовые карты – она что, хочет его в могилу свести? Если он каждый день будет валяться на полу от изнеможения, и даже два зелья выносливости не помогут, – это и есть путь к идеалу?
Конечно, для настоящего врача-трудоголика, жаждущего прогресса, обычных сканирований могло и не хватить. Особенно учитывая, что карты на три часа выпадали редко, чаще их приходилось покупать за баллы или получать за задания. Так что Газовый Нос явно станет хорошим подспорьем.
Жаль только, что он сам привык «взламывать систему» ради выгоды. Его идеальный распорядок – это два спокойных сканирования в день для поддержания формы, а в авральные моменты – карта на три часа. Вкалывать до полусмерти в его планы не входило. В конце концов, если жить достаточно долго, он, будучи ветеринаром, рано или поздно все равно станет Идеальным Великим Врачом.
[Профессиональный авторитет +2000. Повышение с LV6 до LV7. Поздравляем Хозяина с получением обычного сундука (1 шт.).]
Пока он размышлял, награда нашла героя.
[Профессиональный авторитет: LV7: 50 120 / 75 000 (врач-ординатор).]
Теперь он официально стал ординатором 7-го уровня. Планка для следующего ранга поднялась до семидесяти пяти тысяч. Чем выше, тем абсурднее цифры. Он еще помнил времена, когда для перехода со второго на третий уровень требовалось всего-то увеличить авторитет с тысячи до двух. Похоже, сундуки за ежедневные задания теперь станут его основным источником дохода.
[Внимание! Желает ли Хозяин открыть обычный сундук?]
— Открывай, — скомандовал Чжан Линчуань.
[Динь! Поздравляем Хозяина! Получено: Точное сканирование (1 шт.), медицинские баллы +500, Зелье выносливости (1 шт.).]
Три награды зависли перед ним в воздухе.
[Медицинские баллы: 18 606.]
[Особые предметы: Особое Зелье Выносливости (14 шт.), Точная диагностика (5 шт.), Карта на неделю симуляции в Пространстве Системы (1 шт.), Карта Предмета «Аллергия» (1 шт.), Книга Повышения Навыка (2 шт.).]
Запас особых предметов постепенно таял, особенно это касалось точных сканирований. А вот Зелья выносливости он поднакопил – обычно он не прибегал к ним, если только не требовалось «бесконечного запаса сил», как сегодня.
Что ж, сегодняшняя битва определенно того стоила.
[Обнаружено намерение Хозяина использовать Зелье выносливости. Использовать?]
Чжан Линчуань, все еще лежащий на полу, подтвердил запрос. Без этого он бы просто не встал. Пришлось бы провести всю ночь в больнице, питаясь через капельницу с глюкозой.
— Директор Мао, заведующая Бао, не нужно больше массажа… — подал голос Чжан Линчуань, чувствуя, как силы возвращаются. — Я сейчас немного полежу и поднимусь. Все в порядке, правда…
Директор Мао Циньцинь, заместитель директора Бао Цин и другие члены бригады обступили его, разминая затекшие мышцы и пытаясь унять отек. На их лицах читалась крайняя тревога.
— Доктор Сяочуань, даже с вашей выносливостью нужно знать меру. Вы же буквально довели себя до паралича! Давайте мы поможем вам перебраться на каталку, — Мао Циньцинь продолжала массировать его руки. Профессиональным спортсменам после нагрузок всегда нужно расслаблять мышцы, и врачам после столь интенсивных манипуляций требовалось то же самое.
— Нет-нет, какая каталка, я справлюсь! — Он покачал головой. — Я просто хотел немного полежать после выполненной задачи. Вы лучше проверьте госпожу Му Сяосю, как там ее перекрут пуповины. А я скоро сам встану.
Нужно признать, массаж от профессиональных врачей был чертовски приятен. Усталость словно вымывало из тела. Он и не подозревал, что сцена его «капитуляции» перед усталостью в этот момент транслировалась на огромном экране в доме его наставника наставника. Вся семья смотрела на это за ужином.
В канун Нового года, тридцать первого декабря, Старина Шэнь и Хуан Сяннин приехали к родителям. Хоть Сяочуань и позвонил, предупредив, что задержится, семейное торжество никто не отменял.
— Этот ребенок… слишком уж он себя не жалеет. Хотя и понятно, что людей спасает… — Шэнь Сюаньцинь, Цю Инхэ, Хуан Сяннин и Шэнь Чанмин не отрывали глаз от экрана.
Раньше такого огромного телевизора в доме не было. Но старики, выйдя на пенсию, скучали. А когда Сяочуань запускал стрим, смотреть его в телефоне или на ноутбуке было неудобно – мелко слишком. Вот и распорядились установить панель во всю стену. Они обожали его эфиры, смотрели их вместе и бурно обсуждали.
Утром, когда в Сяочуаня брызнула кровь из опухоли, старики, как профессиональные медики, понимали, что заразиться там нечем, но запах наверняка был омерзительный. Тогда они в один голос заявили: «Вот к чему приводит нарушение правил. В медицине нельзя расслабляться ни на миг».
Они думали, что просидят за просмотром до вечера, ведь обычно его стримы затягивались. Если пользователи сети наседали, он мог даже ужин транслировать. Кто же знал, что из-за этого случая все закончится еще в полдень. Впрочем, нельзя было не заметить, как сильно эта девочка, Сяо Сун, за него переживает.
Когда стрим прервался, они решили, что на сегодня все. Но тут сын прислал видео, где Сяочуань проводит наружный поворот плода, и в шутку спросил, не мать ли обучила его своим секретам. Шэнь Сюаньцинь тогда только руками развел, а Цю Инхэ расцвела в улыбке.
— Он и впрямь старается, — сказала старушка, отпивая теплой воды. — А насчет «научила»… Когда бы я успела? В прошлый раз, когда он заходил, я ему все уши прожужжала, а он и слушать об акушерстве не хотел.
Старик тоже начал было сомневаться, но Цю Инхэ твердо стояла на своем: она здесь ни при чем.
— Но раз он взялся за поворот плода, значит, интерес к акушерству все же проснулся. Сяннин, Чанмин, когда он вернется, обязательно приведите его к нам на обед. Думаю, в этот раз шансы велики.
Сяннин кивнула с улыбкой образцовой невестки:
— Да, мама, мы обязательно так и сделаем.
— Мам, а ты веришь, что такому методу можно научиться самому? — Спросил Старина Шэнь, пытаясь перевести тему. — К тому же он справился с перекрутом в пятьдесят два оборота! И всего за четыре с небольшим часа?
Про себя он решил: когда этот парень вернется, он устроит ему допрос с пристрастием за закрытыми дверями!
— Без интереса такое не освоить. Скорее всего, он смотрел видео в интернете, а может, наткнулся на мои заметки о безболезненном повороте. Обычно пятьдесят два оборота так быстро не распутать. Но вы же видели – парень просто пластом лежит. Чистого времени у него ушло часов пять-шесть. Почему такие процедуры порой длятся сутками? Да потому что силы на пределе, а заменить врача некому.
Старушка излагала свои мысли. Хоть ее и учил наставник, «безболезненный» метод она во многом постигла сама. Если точно найти нужную точку, страдания беременной женщины сводятся к минимуму. В хирургии то же самое: хороший врач разделяет ткани одним движением, а посредственный – пятью. Отсюда и разница в боли и рисках.
— Выносливость у него невероятная. Помню, как он спасал человека и сам сознание потерял от непрерывной СЛР – единственный случай на моей памяти. Но, Сяннин, ты ему скажи: способности способностями, а гробить себя нельзя. Не хватало еще, чтобы он здоровье подорвал. Спасая других, нужно и о себе помнить.
Шэнь Сюаньцинь посмотрел на невестку. Он знал, что молодежь считает себя железной, но медицина, особенно китайская, строится на «вскармливании» жизни. Чрезмерное расходование сил ведет к истощению духа.
— Да, папа, я понимаю. Как только он вернется, я с ним серьезно поговорю, — ответила Хуан Сяннин. В отличие от дома, здесь она была кроткой и послушной, и за двадцать с лишним лет брака это не изменилось. В гостях у родителей она никогда не поддразнивала мужа и не щипала его за бедро – это оставалось для их личных покоев. За это ее и любили.
— Этот мальчик – талантливый кадр. Будь то ТКМ, неотложка, ветеринария или вот теперь акушерство – у него везде дар. Его нужно беречь, нельзя допустить ошибки, — заключил Шэнь Сюаньцинь.
— Согласна, папа. Мам, мне вот что любопытно: на каком уровне, по-твоему, его мастерство в этом методе? — Хуан Сяннин с надеждой посмотрела на свекровь. Она лишь поверхностно разбиралась в гинекологии, а уж такой сложный маневр и вовсе был для нее загадкой.
— Судя по видео, его движения крайне точны. Скажу просто: техника у него не хуже моей, но вот выносливости такой у меня нет. Вопрос лишь в том, удалось ли ему полностью устранить перекрут.
Цю Инхэ с интересом уставилась в экран, где врачи Народной больницы уезда Мэйбу как раз проводили осмотр.
Хуан Сяннин едва сдержалась, чтобы не воскликнуть: «И у меня так же!» Ее техника СЛР была безупречна, но сил хватало лишь на несколько минут, после чего качество нажатий неизбежно падало. Но свекровь была права: успех метода зависит только от того, восстановилось ли нормальное положение пуповины.
— Директор Мао, заведующая Бао! Пуповина полностью пришла в норму! — Раздался голос из телевизора. Это была Мо Янь, проводившая проверку. Она выглядела совершенно потрясенной.
В операционной повисла секундная тишина, сменившаяся восторженным гулом.
— А? Что? Моего ребенка спасли? Операция больше не нужна? — Му Сяосю еще не до конца осознала происходящее. Все, что она помнила – это почти пять часов массажа живота, после которого доктор Сяочуань просто рухнул на пол. Она думала, что все сорвалось.
— Именно так! — Подтвердили врачи. — Вы просто чудотворец, доктор Сяочуань! Теперь понятно, почему директор Мао говорила, что ей до вас далеко, и почему вы так популярны в сети!
Вся операционная взорвалась аплодисментами. Весь медицинский персонал, готовившийся к кесареву сечению, смотрел на лежащего на полу Чжан Линчуаня с глубочайшим уважением. Они прождали здесь пять часов, но в их сердцах не было ни капли обиды. Они стали свидетелями мастерства, доступного лишь ведущим экспертам страны. Каждый из них хотел, чтобы ребенок выжил, а кесарево сечение на таком сроке было лишь отчаянной мерой с призрачными шансами. Теперь же плод мог спокойно развиваться в утробе матери до самого срока.
— Эх… Ну и работенка, не для людей она, — пробормотал Чжан Линчуань, поднимаясь спустя пару минут. Зелье выносливости подействовало, (Этот перевод распространяется бесплатно на LiNovel.ru. Поддержите переводчиков, читая оригинал там.) силы вернулись, но, чтобы не вызывать подозрений, он сохранял вид крайне изможденного человека.
— Доктор Сяочуань! Честно говоря, нормальный человек на такое и впрямь не способен, — отозвался кто-то из бригады.
— Это точно. В интернете не врали – выносливость у вас настолько ужасна, что оторопь берет.
— Я бы через час уже на тот свет отправился.
— Теперь у меня нет ни капли сомнений в той истории с реанимацией, которая длилась час сорок.
Молодые медсестры смотрели на него сияющими глазами. И пусть у них был серьезный конкурент в лице Сяо Сун, это не мешало им восхищаться.
— Доктор Сяочуань, если чувствуете слабость, отдохните еще в комнате отдыха, не спешите, — предложила Мао Циньцинь. Она знала, что ее собственный предел – полчаса, после чего нужен долгий перерыв. Пять часов непрерывной работы были за гранью ее понимания. Скорее всего, она бы просто внезапно умерла где-то на середине дистанции.
— Спасибо, директор Мао. После вашего массажа мне стало гораздо лучше, — Чжан Линчуань оперся рукой о пол и уверенно встал.
— Ну, раз так… Собирайтесь. Не знаю, как там директор Гао и остальные, но пора бы и поужинать. Старина Вэй очень хочет вас видеть, да и мой ребенок, прослышав, что вы здесь, специально примчался назад.
— О-о-о! — При этих словах глаза у девушек из медперсонала загорелись еще ярче.
— Директор Мао, мы тоже проголодались! Можно нам с вами? — В шутку крикнула одна из них.
— Точно-точно! Мы тоже хотим на пир!
— Пир! Пир! — Подхватили остальные. Кто же откажется от хорошего ужина?
— Сегодняшний ужин – это официальный прием от лица уезда для доктора Сяочуаня, так что расширить список гостей не получится, — с улыбкой ответила Мао Циньцинь. — Но без праздника вы не останетесь. Сейчас пойдете с заведующей Бао и тоже поужинаете, вы все сегодня отлично потрудились.
Смена тех, кто работал с полудня, уже закончилась час назад, так что их уход никак не влиял на функционирование больницы.
— Ура-а! — Раздались радостные возгласы.
— Директор Мао, а вы с доктором Сяочуанем к нам заглянете потом?
— Обязательно ведь заглянете?
Девушки так и сыпали вопросами, глядя на нее с надеждой.
— Ну… посмотрим. Если получится, обязательно зайдем поболтать, — Мао Циньцинь беспомощно развела руками под их напористыми взглядами.
В коридоре Чжан Линчуань, закончив короткий телефонный разговор, догнал директора.
— Директор Мао, позвольте полюбопытствовать… Кто ваш ребенок? Похоже, у него здесь, в акушерстве, бешеная популярность? — Он был в замешательстве. Директор сказала, что тот специально вернулся ради него. Ему вообще казалось, что вся эта семья, включая саму Мао Циньцинь, питает к нему какие-то особые чувства, источником которых был этот таинственный отпрыск.
— Увидите – сразу узнаете, доктор Сяочуань! — Рассмеялась она. — Считайте, старый знакомый. Все новости о вас он в наш семейный чат и пересылает.
Двери операционного блока распахнулись.
— Директор Мао! Доктор Сяочуань! Как моя жена? — Сюн Цян, муж пациентки, все это время караулил у порога. Он бросился к ним, едва сдерживая волнение.
— Все благодаря доктору Сяочуаню. Перекрут в пятьдесят два оборота полностью устранен, показатели плода приходят в норму. Преждевременное кесарево не потребуется, — сообщила Мао Циньцинь.
— Не потребуется?! О боже! Какое счастье! Доктор Сяочуань, спасибо вам! Вы спаситель нашей семьи! — Сюн Цян в восторге хлопнул себя по бедрам и схватил Чжан Линчуаня за руку. Он уже успел прочитать в интернете, что это редчайшая патология. Предел – пятьдесят-шестьдесят оборотов, и обычно все заканчивается операцией. Ребенок, родившийся на шестом месяце, был бы слишком слаб. Месяц в инкубаторе, огромные траты и никакого гарантированного результата. Так что слова о «спасении семьи» не были преувеличением.
— Пустяки, я лишь выполнял свой долг. Вашу жену скоро вывезут. Если завтра утром все будет хорошо, сможете забрать ее домой.
При желании они могли уйти и сегодня, но лучше было остаться под наблюдением на ночь.
— Хорошо-хорошо, спасибо, доктор! — Сюн Цян часто закивал.
— Ладно, мы пойдем, — Чжан Линчуань направился к выходу, но через несколько шагов замедлился. На скамейке в самом конце коридора он заметил невысокую фигурку. Девушка была в шапке, маске и объемном пуховике, она опустила голову и прятала руки в карманах, но он узнал ее мгновенно.
— Похоже, мне пора. Подожду вас у входа, доктор Сяочуань, — Мао Циньцинь понимающе улыбнулась и пошла вперед.
— Кхм… Товарищ Сяо Сун, и что же вы тут делаете? — Чжан Линчуань присел перед ней на корточки. Несмотря на «полную экипировку», ее глаза были ему слишком хорошо знакомы.
— Видимо, как бы я ни маскировалась, учитель Чжан всегда меня узнает… — отозвалась она. — А я-то думала подождать, пока ты пройдешь мимо, и окликнуть.
Здесь многие ждали своих родных из операционной, и она тоже ждала. Только не пациента, а врача. Сун Ваньцин хотела подшутить над ним: мол, я твоя ассистентка, мы почти в одном номере живем, а ты прошел мимо и не заметил. Кто же знал, что он остановится сам.
— Товарищ Сяо Сун, вы же у нас умница, что же мозги-то сегодня подвели? Забыли, что я эту одежду знаю? — С улыбкой спросил он.
— Этот черный пуховик? Да это же самая обычная модель… — Сун Ваньцин сегодня видела минимум троих в точно таких же.
— Ладно-ладно, вы – образцовая ассистентка. Наверное, уже поели и теперь караулите меня, чтобы отвести на пир? — Он с усмешкой посмотрел на нее. Было уже начало восьмого – самое время для ужина.
— И не думала. Сижу тут и жду учителя Чжана. Как может маленькая ассистентка идти на банкет для Большого Босса без самого босса? — Она картинно пожала плечами, притворяясь обиженной.
— Э-э-э… — Чжан Линчуань запнулся. «Маленькая ассистентка не смеет идти» – в это бы никто не поверил.
— Все, я иду переодеваться, и сразу в путь.
Ему было не до споров. После нагрузки, эквивалентной трем марафонам, его тело требовало калорий. Он безумно хотел трапезничать.
— Ага, иди скорее. Директор Чжан и директор Гао ждут нас в ресторанчике неподалеку. Придешь – и сразу за еду! — Напутствовала его Сун Ваньцин.
— Что? Они тоже еще не ели? — Чжан Линчуань был поражен.
— Не только не ели, даже блюда еще не заказывали. Вот теперь понимаешь свой статус? — Она открыла мессенджер и показала экран.
«Сяо Сун, Сяо Чжан уже вышел? Я тогда даю отмашку, чтобы подавали на стол. Пока дойдете – будет в самый раз».
Ресторан находился в десяти минутах ходьбы. В уездном центре больницы обычно стоят в самом сердце старых кварталов, где полно знаменитых едален. Информация у директоров была оперативной.
— Мой статус – тяжелая работа. Пусть подают, мы скоро будем, — кивнул он и скрылся в раздевалке.
— Уф-ф… Как же руки ломит! — Он с досадой встряхнул кистями. Силы-то вернулись, а вот мышечная боль никуда не делась. После ужина – сразу в отель, спать без задних ног.
— Учитель Чжан! — Окликнула его Сун Ваньцин, когда он вышел.
— Все, готов. Товарищ Сяо Сун, вы, небось, проголодались? Давай подождем директора Мао в холле.
— Да не особо, мы обедали поздно. А директор Мао уже там, ждет нас.
— Ха-ха, даже если не голодна, время ужина пришло. Пойдем скорее. Слышала, у директора Мао есть ребенок, который примчался сюда специально ради встречи со мной? На вопросы она не отвечает, говорит – сам пойму. Не знаешь, кто это?
— Ребенок директора Мао? Это же, получается, ребенок заведующего Вэя… И специально ради тебя? Понятия не имею. Когда заказывали стол, никого лишнего не было. Видимо, твой ярый фанат. Хоть скажи – парень или девушка?
Сун Ваньцин лихорадочно соображала. Кроме мужа директора Мао, она никого не видела. Но раз человек бросил дела и приехал, да еще и спамит ссылками в семейном чате – точно фанат.
— Понятия не имею. Имя вроде Сяоси… Наверное, девушка? — Чжан Линчуань потер лоб. Он всерьез опасался появления еще одной «южанки». Главное, что он ни с кем посторонним не контактировал. Не мог же это быть кто-то из спасенных им раньше?
— Девушка, значит… — в голосе Сун Ваньцин прорезались новые нотки. Ну конечно. К хорошему мужчине вечно всякие «лисички» норовят подлизаться. Что ж, она сегодня посмотрит, что это за таинственная гостья! Но кто бы это ни был, Сун Ваньцин была уверена в себе.
Они вышли к главному входу.
— Доктор Сяочуань, Сяо Сун! Тут недалеко, минут семь-восемь пешком. На машине – пять-шесть. Как предпочтете добираться? — С улыбкой спросила Мао Циньцинь.
У больницы как раз был вечерний час пик, дорога стояла в пробках. В том районе, где они собирались ужинать, всегда было людно, так что на машине там было не развернуться и не припарковаться. Пешком выходило даже удобнее.
— Давайте пешком. Весь день в операционной дышал тяжелым воздухом, хочется проветриться, — ответил он. Так было проще, чем томиться в салоне авто.
— Пешком? Уверены? На машине все же быстрее, да и ноги бить не надо, а вы сегодня так устали… — Мао Циньцинь сама бы предпочла пройтись, но за Чжан Линчуаня она переживала. Дойдет ли?
— Пустяки, я в порядке, — он махнул рукой. Благодаря зелью он был бодр и крепок.
— Ну, тогда идем. За воротами – направо, — она подхватила сумочку.
Ди-ду-ди-ду! — Пронзительная сирена скорой помощи становилась все громче. Когда они подошли к воротам, машина с мигающими маячками резко затормозила. В уездных больницах, в отличие от мегаполисов, нет раздельных проездов для спецтранспорта и обычных посетителей. Единственные ворота – и скорая перегородила их полностью.
— Быстрее, быстрее! — Дверца распахнулась, и врач в белом халате вихрем выскочил наружу.
— Сяочуань, извините, у нас тут одни ворота на всех. Отделение неотложной помощи сразу слева от холла, всех тяжелых везут сюда. Хотела вам экскурсию провести, да этот случай с пуповиной все время съел, — пояснила Мао Циньцинь.
В этой больнице право преимущественного проезда было у тех, кого привозила скорая. Пока бригада выгружала пациента, директор продолжала знакомить гостя с планировкой.
— Ничего страшного, я еще пару дней буду в Ляншане, успею все посмотреть, — улыбнулся он.
Такая планировка была типична для уездных больниц. В бедных районах редко встретишь отдельный корпус для неотложки, обычно все ютится в одном здании с поликлиникой или стационаром.
— Директор Мао, вы уже уходите? — Окликнул их врач из бригады. Им пришлось посторониться, пропуская каталку.
— Сяо Фэй, что за пациент на этот раз? — Спросила Мао Циньцинь. Она знала всех в бригаде внебольничной помощи, но сегодня они выглядели необычайно взвинченными.
— Нашли дома, жил один. Вроде какой-то стример. Друг забил тревогу и вызвал нас. Когда приехали, он уже часа три-четыре был в коме. Пока неясно, что с ним, но показатели критические. Ситуация крайне опасная, возможно, придется звать заведующего Вэя для реанимации, — врач Сяо Фэй была предельно серьезна. Опыт подсказывал ей, что мужчина на грани смерти, и дорога каждая секунда.
— Что? Дайте взглянуть! — Мао Циньцинь, хоть и была акушером, благодаря мужу отлично разбиралась в неотложных состояниях. Она шагнула к каталке.
На носилках лежал мужчина лет тридцати с лишним, тучный, с мертвенно-бледными губами. Кожа его была сухой, глаза запали. Давление и пульс – на грани: артериальное давление упало до шестидесяти, пульс едва прощупывался.
Никто не заметил, как нахмурился Чжан Линчуань. Первое, что он увидел, когда мужчину выкатили из машины – ярко-красный ярлык над его головой. После стольких часов комы такой знак не сулил ничего хорошего.
Но как только каталка поравнялась с ним, Чжан Линчуань почувствовал, будто его нос подвергся вероломному нападению! Странный, резкий запах бесцеремонно ворвался в его ноздри, ударив по рецепторам.
Запах был невыносимо едким, точь-в-точь как… как от гнилых яблок. Кислый, зловонный – он был отвратителен до крайности!!
…