Глава 327: «Отправление в Даляншань, ужас в живописном месте. Что это за Отчаянный Отравитель?!»
Почему она так сблизилась со старшим товарищем Чжаном?
Более того, в разделе комментариев старшего товарища Чжана самым популярным связанным запросом было «товарищ Сяо Сун».
— Цзыцин, что случилось? — Ли Пэйся обратилась к дочери. — Мама сегодня невкусно приготовила?
Она спросила это, потому что редко видела дочь в таком состоянии.
— Нет, мам, разве ты можешь приготовить невкусно? — Ответила Ли Цзыцин. — Просто я давно не заходила в Доуинь, и некоторые новости… их трудно переварить.
Она уже не была ребенком, чтобы рассказывать матери абсолютно все.
Например, она считала, что не стоит говорить о некой Сяо Сун, которая так настойчиво цепляется за старшего товарища Чжана.
Стоило ей раньше упомянуть ветеринара, как мама тут же начинала сводить все к отношениям, твердя, что нужно быть настороже, ведь люди могут обмануть.
Цзыцин бы и сама была рада, если бы Чжан Линчуань ее «обманул», да только он об этом и не помышлял. Мама, видимо, думала, что все вокруг такие же, как тот тип по фамилии Со, который уже несколько раз пытался добавиться в друзья и до смерти надоел своими запросами.
— Ох, ну да, в последнее время действительно много всего происходит, — сказала Ли Пэйся. — В Доуинь полно тревожных новостей в реальном времени. Если натыкаешься на такое, просто пролистывай.
В эпоху развитых сетей новости о драках в одном конце страны или происшествиях в другом разлетаются мгновенно. Ли Пэйся советовала дочери не зацикливаться на негативе.
В конце концов, если смотреть такое слишком часто, легко поддаться дурному настроению.
А это не слишком хорошо для душевного здоровья.
— Угу, я знаю, мам, — Ли Цзыцин кивнула, делая вид, что согласна, но ее пальцы не переставали быстро скользить по экрану мобильного телефона.
В этот момент она изучала главную страницу блогера по имени Сяо Сун.
【Дневник товарища Сяо Сун】
【Лайки: 151 млн】、【Друзья: 28】、【Подписки: 19】、【Подписчики: 3 211 901】.
«Статус: Благодарю каждого, кто следит за дневником товарища Сяо Сун! Также приглашаю всех поддержать и подписаться на красавчика ветеринара Чжана. Сяо Сун кланяется!! (Поклон)»
«По вопросам сотрудничества: xiaosong6666 (единственный контакт).»
«Учебное заведение: Северо-Восточный Народный Университет.»
«День рождения: 30 декабря.»
«Возраст: 20 лет.»
— Двадцать один год скоро стукнет, а все туда же – строит из себя школьницу! Тьфу! — Ли Цзыцин сердито ворчала про себя.
Она смотрела на изысканное личико на фото, стрижку каре, как у ученицы старшей школы, черную оправу очков и одежду, точь-в-точь как у школьницы.
Обед пролетел быстро.
За столом мама много говорила. Рассказывала о том, что недавно познакомилась с довольно приятным мужчиной и хочет как-нибудь организовать совместный ужин. У того тоже вроде бы есть дочь, так что было бы неплохо всем познакомиться.
Но мысли Ли Цзыцин были заняты только этой Сяо Сун, которая посмела соблазнить старшего товарища Чжана, пока ее не было рядом.
Поэтому на все мамины слова она лишь отстраненно поддакивала.
Сейчас у нее не было времени на семейные посиделки – ей нужно было досконально изучить эту бесстыжую Сяо Сун и выяснить, до какой стадии дошли их отношения с Чжаном!
С двадцать первого по двадцать пятое декабря дни летели чередой.
Все это время Ли Цзыцин была крайне занята, не считая занятий в университете. И виной тому, конечно же, была Сяо Сун.
— Цзыцин, я ухожу! Что приготовить на ужин? — Ли Пэйся заглянула в комнату к дочери.
Девушка сидела, окруженная гаджетами: перед ней был ноутбук, в руках телефон, а в тетради она строчила какие-то заметки.
— Все равно, — отозвалась Ли Цзыцин.
— Ох, ребенок, и чем ты только занята целыми днями… Ну ладно, — Ли Пэйся вышла.
Было начало третьего дня. Она собиралась пройтись по магазинам.
— Хм! Коварная старая тетя, решившая помолодиться! Специально заделалась фотографом, чтобы соблазнить старшего товарища Чжана! Бесстыжая!!
После интенсивного изучения информации Ли Цзыцин, наконец, во всем разобралась. Вскоре она подписалась на Сяо Сун с аккаунта «Южная девчушка» и отправила ей крайне «дружелюбное» личное сообщение.
Тем временем в одном из крупных торговых центров города Чунь.
— Вэньцин, насчет того застолья… Я спрашивала дочь, она не против. Как думаешь, может, устроим встречу на Новый год? — Ли Пэйся действительно гуляла по магазинам вместе со стариной Суном.
За эти дни она прощупала почву и поняла, что дочь не испытывает неприязни к этой идее. На душе у нее стало гораздо спокойнее.
Она уже почти начала бояться, что все обернется как в историях на форумах, где дочери перестают возвращаться домой и отдаляются от матерей после их повторного замужества.
Ли Пэйся чувствовала, что Вэньцин ей идеально подходит, но если бы пришлось выбирать между ним и дочерью, она бы без колебаний выбрала дочь.
Она верила, что и Вэньцин поступил бы так же.
— Пэйся, мы планировали все на Новый год, но… обстоятельства немного изменились, — старина Сун вздохнул.
— Что-то случилось? Твоя дочь против? — Ли Пэйся почему-то сразу спросила об этом.
Если бы его дочь была против, их отношения не смогли бы развиваться. Мир в семьях и отсутствие протестов со стороны детей были их изначальным условием.
— Нет-нет, дочь относится к моей личной жизни довольно спокойно и с пониманием. Просто сегодня она сказала, что на Новый год ей нужно уехать в командировку. Далековато – в провинцию Сычуань. Так что поужинать вместе не получится.
Дочь только вернулась из инспекции с научным руководителем и тут же огорошила его новостью: с конца месяца и до конца новогодних праздников ее не будет дома. Сказала, что он может «спокойно приводить тетю домой»…
Старина Сун даже не знал, как на это реагировать. Что значит «спокойно приводить»? Он ведь ни разу этого не делал! Иначе такая проницательная девчонка сразу бы заметила следы присутствия другой женщины в доме.
— Вот как… Тогда, может, не будем откладывать? Устроим все сегодня вечером?
Раз дочь Вэньцина не против, а ее собственная как раз дома и у нее нет занятий во второй половине дня, это казалось хорошим вариантом.
— Эх, и сегодня не выйдет. Их группа только вернулась из выезда в деревню, и сегодня у них намечается застолье… Пэйся, давай подождем до ее возвращения. Тогда и соберемся как следует, — старина Сун потер лоб.
Он хотел, чтобы дети познакомились. Но стоило закончиться экзаменам, как у дочери началась одна инспекция за другой, а теперь еще и эта поездка.
В Даляншань. Вылетают двадцать девятого числа. Ну что за невезение.
— Ничего страшного. Месяцем раньше, месяцем позже… В крайнем случае, соберемся на новогодний ужин по лунному календарю. Я сама буду готовить.
Ли Пэйся гордилась своим кулинарным мастерством. Она хотела принять гостей достойно, как полагается старшему родственнику.
— О, это было бы чудесно! Глядя на те блюда, которыми ты делишься, я уже давно потираю руки от нетерпения.
Они оба были южанами. Семья Вэньцина была родом из Сычуани, а Пэйся – из Сянцзяна. Их вкусовые предпочтения были схожи.
Хотя Сун Цинфэн прожил на Северо-Востоке много лет и его желудок привык к местной кухне, он все же отдавал предпочтение сычуаньской остроте. А сянцзянские блюда сычуаньцам всегда были по вкусу.
Они быстро договорились.
Тем временем на другом конце города Сун Ваньцин уже начала собирать вещи.
— Учитель Чжан, авиабилеты забронированы. Летим в Чэнду двадцать девятого числа, рейс в двенадцать дня. Пропаганду запустим в день отлета, а стрим назначен на утро тридцать первого.
По дороге на встречу с группой Сун Ваньцин отправила Чжану Линчуаню голосовое сообщение.
Эти дни были безумными. Научная работа, исследования, отчеты и помощь учителю Чжану в подготовке к собраниям.
Она ехала на такси. Не дождавшись ответа от Чжана, Ваньцин открыла Доуинь.
Ее стиль ведения аккаунта отличался от стиля учителя: он почти не контактировал с подписчиками, игнорируя даже горы личных сообщений.
Она же старалась отвечать, если вопрос был искренним или важным. На глупости вроде обращений «жена» от девушек она отвечала забавными стикерами и фразами вроде: «Привет, женушка!» или «Спасибо за подписку, дорогая!».
Среди девушек сейчас была такая манера общения. Но если писал парень… тут она была строга. Она ведь не содержанка, чтобы заигрывать с «большими боссами» ради донатов.
Большую часть ее аудитории составляли женщины, и рекламу она подбирала соответствующую – например, перцовые баллончики для самообороны. Хорошие отношения и доверие подписчиков – залог новых заказов. Ее небольшой доход держался на каждой такой «сестре-фанатке».
Если бы она вела себя так же холодно, как учитель Чжан, ее аккаунт никогда бы не взлетел.
«Жёнушка, обнови видео с ветеринаром Чжаном! Подсыпь нам романтики!»
«Сяо Сун, когда мы увидим видео, где вы с Сяо Чжаном официально объявите себя парой?»
«Видно же, что тебе нравится твой учитель Чжан. Почему не пробьешь эту стену?»
Сообщений снова было больше девяноста девяти.
У нее была привычка ежедневно проверять комментарии и личку. Раньше она справлялась, но теперь времени катастрофически не хватало. На однотипные вопросы про отношения с учителем она просто перестала отвечать.
Листая список, она вдруг наткнулась на сообщение:
«Южная девчушка: Эта тетя Сун! Совесть у тебя есть?!»
Сун Ваньцин нахмурилась. Она привыкла, что некоторые «сестренки» завидуют ей из-за видео с учителем. Но чтобы кто-то в лоб назвал ее «тетей Сун» и спросил про совесть… Такое она видела впервые!
«Дневник товарища Сяо Сун:??»
Она отправила три вопросительных знака и перешла в профиль наглеца.
Хотелось посмотреть, что это за «божество», решившее называть ее тетей. Ей ведь всего двадцать!
【Южная девчушка】
【Лайки: 0】、【Друзья: 0】、【Подписки: 1】、【Подписчики: 0】.
«Статус: отсутствует.»
«Учебное заведение: Северо-Восточный Институт Искусств.»
«День рождения: 18 августа.»
«Возраст: 18 лет.»
Аккаунт был практически пустым, если не считать фото красивой девушки на аватарке. Но в интернете полно чужих фото, так что это не показатель. Однако единственная подписка этого пользователя была на учителя Чжана.
К слову, Институт Искусств находился прямо по соседству с сельскохозяйственным факультетом.
Сун Ваньцин решила попробовать выведать, кто это такая.
Мгновение – и наступило двадцать девятое декабря. День отъезда в Даляншань для проведения благотворительного стрима в деревне по заданию министерства.
Поскольку до аэропорта их подвозил старина Сун, Чжан Линчуань привычно приехал к жилому комплексу Ваньцин.
— Доброе утро, учитель Чжан! — Сун Ваньцин уже ждала его внизу.
— О? Товарищ Сяо Сун выглядит так, будто совсем не спала. Что случилось? Научная работа идет туго?
Заметив ее усталость, Чжан Линчуань проявил любопытство.
— Нет-нет, просто были дела, легла поздно. С работой я справляюсь, хоть мне и далеко до вас. В этом году постараюсь стать отличницей, — Ваньцин улыбнулась, показав зубки.
Устала она из-за того, что в последние дни вела высокоинтенсивную переписку с той «Южной девчушкой». Конечно, рассказывать об этом учителю она не собиралась.
У такого талантливого и красивого мужчины, как Чжан, всегда будет много поклонниц. Если она не сможет приструнить даже одну мелкую соперницу, как она станет «законной» хозяйкой его сердца? Она верила, что справится сама!
— Понятно. Но старайся ложиться раньше. Постоянное ночное бдение вредно для организма. Сейчас ты не чувствуешь проблем, но в будущем это аукнется, — заботливо произнес Чжан Линчуань.
Он и не подозревал, что под «делами» Ваньцин подразумевала Ли Цзыцин.
К слову, Ли Цзыцин приходила к нему на второй и пятый день после экзаменов. Он поздравил ее, и, когда она сказала, что хочет говяжьей лапши из их столовой, он пару раз ее угостил.
Опасаясь, что от безделья она снова начнет чудить, он убеждал ее участвовать в конкурсах и получать гранты. Хоть она и была на первом курсе, нужно было принять меры предосторожности заранее!
Ему казалось, что она прислушалась. В их разговорах Ли Цзыцин ни разу не упомянула Сун Ваньцин. Она думала так же, как и ее соперница: такие вопросы нужно решать приватно.
Она не собиралась, как глупышка, напрямую спрашивать старшего товарища Чжана, кто такая эта Сяо Сун. Она была уверена, что заставит эту двадцатилетнюю «старую тетю» саму выйти из игры!
В «Мерседес-Бенце», плавно катящемся по шоссе города Чунь.
— Пап, мы с учителем Чжаном пробудем в Даляншане неделю. Вернемся, наверное, числа четвертого-пятого, — раздался голос Сун Ваньцин с заднего сиденья.
— Угу. Берегите себя там. Даляншань – это не город, там все иначе, — ответил старина Сун.
С тех пор как Линчуань стал ездить с ними, пассажирское сиденье рядом с водителем пустовало. Отцу было немного обидно, но он смирился. Что тут поделаешь, когда дочь смотрит на парня так, будто готова в нем раствориться!
Каждый раз, выезжая с ними, он молился, чтобы молодой человек умел сдерживаться… Но говорить такое вслух старшему родственнику было не с руки – молодежь нынче упрямая. Оставалось только молиться.
— Пап, ты думаешь, я об этом? Я к тому, что если ты захочешь свозить ту тетю куда-нибудь отдохнуть на пару дней – я все равно не увижу. Так что чувствуй себя свободно! — Поддразнила отца Ваньцин.
Она была уверена, что у отца кто-то есть. И ее позиция оставалась прежней: если женщина искренне любит отца, она не против.
— Э-э-э… — старина Сун недовольно глянул в зеркало заднего вида.
— Пап, кстати, как фамилия этой тети? Где она живет? Кем работает? Может, все-таки пообедаем вместе? — Ваньцин засыпала его вопросами.
Раз эта женщина метит в спутницы жизни отца, она, как дочь, должна была все проконтролировать. Чжан Линчуань молча слушал их семейную перепалку.
— Фамилия Ли. Остальное сама спросишь при встрече. Хотели на Новый год, но вы с Линчуанем улетаете. Как вернешься, выберем время.
— М-м-м… Ли… Тетя Ли… — Сун Ваньцин задумчиво кивнула.
Надо же, та девчонка из Доуинь тоже была Ли! Какое совпадение.
— У нее тоже есть дочь, примерно твоего возраста, так что вам будет о чем поговорить. Нам, старикам, очень важно получить ваше благословение, — Сун Вэньцин снова бросил взгляд в зеркало, увидев, как дочь привалилась к плечу Линчуаня.
Ему и правда пора было найти спутницу. Но если Ваньцин не примет Пэйся, а дочь Пэйся не примет его… то шансов у них не было. Это они обсудили заранее.
В аэропорту.
— Приехали. Сейчас помогу с вещами, — старина Сун припарковался.
— Пап, не надо. Учитель Чжан сам справится, — сказала Ваньцин.
— Да, дядя Сун, я сам, — вещей было немного, и Чжан Линчуань решил не утруждать старика.
— Ну ладно. Линчуань, как закончишь, подойди ко мне, нужно переговорить.
Чжан Линчуань немного опешил. Неужели старина Сун снова будет спрашивать про дату свадьбы?
— Дядя Сун, о чем вы хотели поговорить? — Спросил он, подбежав к машине.
— Линчуань… ты знаешь, какой завтра день? — Сун Вэньцин серьезно посмотрел на него.
— Завтра… — Чжан Линчуань растерялся.
— Эх… Ну как же так. Даже не знаешь, что за день завтра. И что мне с тобой делать! — Тон старика Суна стал критическим.
У него была единственная любимая дочка. Она к нему всей душой, а он даже этого не знает!
— А? Дядя Сун… подскажите хоть немного?
— Нечего тут подсказывать. Завтра день рождения Цинцин. Выкуп ты уже отдал, а день рождения не знаешь! Понимаю, работа в больнице, лекции, стримы… Но жизнь – это не только карьера. Семья – важнейшая часть! Без нее мужчина не будет счастлив!
Старина Сун говорил многозначительно. Он вспомнил, как сам в молодости тайно записывал день рождения своей девушки, чтобы устроить сюрприз. А этот парень… Хорошо, что он догадался спросить, иначе бедная девочка совсем бы расстроилась.
— День рождения Ваньцин! — Чжан Линчуань вздрогнул.
Он действительно не знал. В Доуинь была какая-то дата, но кто знает, настоящая ли она.
— Ладно, просто запомни на будущее. Раньше мы всегда праздновали вместе, я готовил подарки. В этом году не получится, так что ты должен поздравить ее за нас двоих, Линчуань. — В голосе старика Суна прозвучала грусть. Возможно, это начало конца – скоро дочь будет праздновать только с этим парнем.
— Хорошо. Я запомнил, дядя Сун.
Ваньцин так много помогала ему, решая кучу мелких проблем. Он обязан был устроить ей праздник.
— Вот и славно. Береги мою Цинцин. Твой миллион я пока приберегу, а когда надумаете покупать квартиру в городе или еще что – я добавлю еще столько же. У меня только одно требование: моя дочка не должна знать горя, понял? — Сун Вэньцин решил высказаться прямо.
Это не просто формальность. Его дочь идет в дом Чжана хозяйкой, а не наложницей. И за ее спиной всегда стоит отец, который не даст ее в обиду!
— Э-э-м… дядя Сун.
— Все, идите! Тут стоянка запрещена, штраф сто пятьдесят юаней. Я поехал!
Чжан Линчуань остался стоять на ветру, глядя вслед уезжающей машине. Ситуация становилась все запутаннее, и он уже не знал, как объясняться.
— Учитель Чжан, отец снова принуждал к браку? — Сун Ваньцин подошла к нему с хитрой улыбкой.
— Да уж, требует, чтобы мы поскорее «оформили отношения». Может, стоит избавить его от лишних тревог? — Чжан Линчуань решил подыграть ей, глядя на то, как она поправляет очки с озорным видом.
— О, я не против. Учитель Чжан может выбрать любое время. Хоть сегодня вечером? — Она придвинулась ближе, моргая своими красивыми глазами.
Только объектив камеры в ее руках немного мешал моменту.
Чжан Линчуань промолчал, опасаясь, что в следующую секунду появится реклама бренда «Дюрекс», а он станет ее частью.
— Почему учитель молчит? Горло пересохло от холода? Может, попробуете этот термос «Мастер Диет»? Держит тепло двадцать четыре часа. Когда почувствуете сухость – просто сделайте глоток теплой воды… — Ваньцин откуда-то извлекла термос.
Чжан Линчуань поперхнулся.
— Смотрите, учитель. Я налила кипяток еще вчера вечером. Видите, до сих пор обжигает? — Она открутила крышку и протянула ему.
— Действительно горячая… Неужели со вчерашнего дня? — Он снова попал в рекламный сюжет.
Но термос действительно впечатлял. Большинство современных моделей остывали за пару часов, особенно стеклянные. Если вода действительно была горячей со вчерашнего вечера, это был отличный результат.
Он вспомнил старые советские термосы с деревянными пробками, которые держали тепло по двое суток. Современные же товары часто напоминали промышленный мусор.
— Конечно! Пейте быстрее, а то с водой нас не пропустят через досмотр, — поторопила его Ваньцин, завершив рекламную процедуру.
Вскоре они уже были в самолете. На этот раз среди пассажиров не было никого с красным ярлыком, лишь двое с желтыми. Чжан Линчуань придерживался своего правила: не лезть к желтым, если они сами не обратятся, и по возможности предупреждать красных.
Днем они приземлились в знакомом аэропорту Шуанлю.
— О? Учитель Чжан, а где же врач Вэй? — Поддразнила его Ваньцин после выхода из терминала.
— Он нам не личный водитель, — отрезал Чжан.
Вэй предлагал встретить их, но Чжан отказался. Не стоило злоупотреблять чужой добротой.
— Это точно, — согласилась Ваньцин.
Они взяли такси до отеля «Дунцзяо Цзиюй».
Сегодня им предстояло переночевать в Чэнду, а завтра отправиться в Даляншань. Отель находился в районе бывших заводов, превращенном в современное арт-пространство с базами для стримов и концертными площадками. Ваньцин видела это место в Доуинь и сама предложила остановиться именно там.
— Садитесь поудобнее, — водитель такси резко рванул с места. Меньше чем через полчаса они были на месте.
Они заселились в роскошный стандартный номер с двумя широкими кроватями. Ваньцин, как обычно, забронировала один номер на двоих.
— Ох, мама мия… как я устала… — Ваньцин рухнула на кровать у окна.
— Отдохни. Вечером не обязательно идти на торжественный прием, — сказал Чжан.
— Да нет никакого приема. Нас будут встречать только в уезде, у подножия гор. Сегодня ужинаем сами, расходы возместят.
Она провалилась в сон и проснулась только к семи вечера. Они отправились в ближайший торговый центр съесть местную гордость – запеченную рыбу. Очередь была приличной, так что закончили они только к половине девятого.
— Учитель Чжан… о чем вы думаете? Вы какой-то рассеянный, — заметила Ваньцин на выходе из ресторана.
— Ха-ха, ничего особенного. Куда теперь хочешь пойти?
После полуночи наступит ее день рождения. Он был готов сопровождать ее куда угодно. Но вот подарок… Он никогда не дарил подарки девушкам. Что это должно быть? Золотой кулон? Слишком банально. Шарф или бытовые мелочи? Слишком официально. Голова шла кругом.
— Пойдем в «Дунцзяо Цзиюй»! Смотрите, сколько там народу!
Прямо напротив торгового центра раскинулось пространство «Дунцзяо Цзиюй», сияющее огнями и полное людей.
— Вперед! — Ваньцин потянула его за собой.
— Учитель Чжан, посмотрите! Этот поезд – настоящая звезда интернета. Здесь обожают устраивать свадебные фотосессии.
Она взяла на себя роль маленького гида, указывая на старинный состав, стоящий на путях.
— Я слышал, здесь раньше был завод.
Несмотря на ночь, освещение было великолепным. Сохранились огромные трубопроводы и станки, ставшие частью декора.
— Именно! Дизайнеры – просто гении. Теперь тут все поделено на зоны: сцена для выступлений, студии для стримов и даже целая Улица лоточников! Пойдемте туда, вдруг найдем что-нибудь интересное.
В каждой девушке на генетическом уровне живет страсть к прогулкам по рынкам.
— Почему бы и нет. Раз уж мы на ночном рынке – выбирай что понравится, я плачу, — улыбнулся Чжан.
— Ого! Вот это я понимаю – щедрый босс! Тогда я не буду скромничать!
Ваньцин азартно потерла руки и потащила его вглубь рядов. Улица была длинной: сначала шли сувениры и украшения ручной работы, а затем началось царство еды.
Аутентичный гобаожоу, лапша луосыфэнь, утка, шашлыки из баранины, лянпи, кальмары на гриле, тростниковый сок, лимонад «Избитый лимон»…
Вдруг Ваньцин остановилась, глядя на желтые трехколесные тележки, окруженные толпой. Над ними висела яркая вывеска: «Самый красивый мусс».
— Учитель Чжан!
— Что такое?
— Смотрите, это же тот самый знаменитый мусс из Чэнду! Давайте купим на ночной перекус. Я видела эту блогершу в сети, она мегапопулярна – продает по триста порций в день!
Она достала телефон и ввела название в поиске. Тут же выскочило видео блогерши с четвертью миллиона подписчиков.
— Пирожные? Пожалуй, стоит купить, — согласился Чжан. Десерты выглядели очень эффектно и сразу притягивали взгляд.
К тому же, какой день рождения без торта, пусть даже в полночь.
Они подошли к прилавку. Хозяйка, называвшая себя «Самым красивым муссом», оказалась высокой и довольно симпатичной женщиной, хоть и не такой идеальной, как на видео. Но ее десерты действительно были изысканными – настоящие произведения искусства.
— Хотите попробовать наши муссы? — С улыбкой спросила хозяйка.
— Учитель Чжан, возьмем два на пробу? — Ваньцин посмотрела на него.
— Да, конечно.
Но внимание Чжана уже переключилось с пирожных на толпу. Вокруг была в основном молодежь – сплошь зеленые ярлыки, изредка желтые. Но именно у этого прилавка концентрация желтых ярлыков была аномальной.
— Мама! Хочу, дай попробовать! — Капризничал ребенок рядом.
Чжан Линчуань увидел, как после первого же кусочка зеленый ярлык над головой мальчика сменился на желтый. А когда тот доел и вытер рот – ярлык стал кроваво-красным!
Это было невероятно. Неужели в эти популярные пирожные кто-то подмешал яд?
Он немедленно активировал Точное сканирование.
— Что за черт?!
Результаты заставили его зрачки сузиться. Это была не просто небрежность – перед ним стоял настоящий Отчаянный Отравитель!
Господа, план по ежедневному обновлению в десять тысяч слов провален – вышло только девять. Завтра наверстаем упущенное!