Глава 325: «Цефалоспорин с алкоголем – дорога на тот свет. Доктор Сяочуань становится экстренным кодом!»
— Вот черт! Верхнее семьдесят, нижнее тридцать пять!! — Взревел какой-то парень в очках.
Хоть медицинский институт и находился в другом месте, студенты разных факультетов общались между собой, так что здесь нашлись те, кто хоть немного разбирался в медицине.
Услышав цифры 70/35, очкарик вытаращил глаза и завопил так, словно увидел привидение.
— Что за дела? Все так плохо?! — Тут же посыпались вопросы от товарищей.
Это были его школьные друзья, которые тоже учились в городе Чунь и пришли сегодня на посиделки. Поскольку многие были из кампуса Цяньвэй, они решили заодно прогуляться по территории, а вечером заказать ночной перекус. Кто же знал, что они станут свидетелями такой драмы.
Большинство из них в давлении ничего не смыслило, и очкарик был единственным медиком в их компании.
Видя его бурную реакцию, все всполошились.
— Это шоковое давление! Причем в очень тяжелой форме!
В медицине существует термин «шоковая гипотония». При легком шоке систолическое давление обычно держится в пределах 80–90 мм рт. Ст., при средней тяжести – 60–80 мм рт. Ст., при тяжелом – 40–60 мм рт. Ст. Если же давление падает ниже 40 мм рт. Ст., наступает крайне тяжелый шок.
Проще говоря, нормальный диапазон: систолическое (верхнее) – 90–139 мм рт. Ст., диастолическое (нижнее) – 60–89 мм рт. Ст.
А у него – 70 на 35. Первое значение упало на 20 единиц ниже минимума, второе – на целых 25.
Согласно текущим стандартам диагностики гипотонии:
Диастолическое давление 50–59 мм рт. Ст. — Легкая форма, часто без симптомов, требует наблюдения.
Диастолическое давление 40–49 мм рт. Ст. — Средняя тяжесть, вероятны слабость и головокружение.
Диастолическое давление ≤ 40 мм рт. Ст. — Как сейчас, 35 мм рт. Ст. — Тяжелая гипотония. Это признак недостаточного кровоснабжения органов или малого объема циркулирующей крови, что в любой момент может угрожать жизни.
Вот почему он так разволновался.
Если бы этот татуированный громила оставил брата полежать здесь еще немного, а потом отвез бы спать в отель, тот, скорее всего, не увидел бы завтрашнего солнца. К утру они бы обнаружили холодный, окоченевший труп.
Трупное окоченение начинается через 1–3 часа после смерти, тело начинает остывать. Через 4–6 часов оно охватывает весь организм, достигая пика через 12–24 часа.
Такие «пьяные» обычно спят в номере одни. И спят до утра.
Если сопровождающий беспечен, он просто оставит одну карту в приемнике для электричества, а другую бросит на стол. Утром постучит – не отвечают, ну, подумает, не проснулся еще. А когда спохватится и позовет горничную открыть дверь, труп уже закоченеет окончательно.
Даже если сопровождающий окажется заботливым и придет проверить пораньше, к тому времени тело все равно будет холодным и неподвижным.
При нижнем давлении 35… Честно говоря, тут не о завтрашнем солнце надо думать, а о том, дотянет ли он до приезда скорой, который займет минут восемь, если организм совсем сдаст.
— А-а! Шок?!
— Вот черт, значит, он не от выпивки отключился! Он в обмороке из-за шока?!
Толпа взорвалась.
— Не может быть! Не может! — Руки Чэн Цзе задрожали. — Это тонометр просто только включили, он ошибся…
Его губы мелко тряслись, особенно после того, как он наслушался комментариев окружающих.
— Можешь измерить еще раз, но я советую сначала вызвать скорую помощь. Чем раньше они приедут, тем больше шансов выловить человека с того света, — Чжан Линчуань уже проверил все своим «Пальцем ЭКГ».
Тонометр не врал. Точнее, почти не врал – данные его способности были чуть ниже: 68 на 34 мм рт. Ст.
— Какая к черту ошибка! Быстро звони в скорую! — Рявкнул Мэн Даху.
— Здравствуйте, результат измерения артериального давления: 70 на 35 миллиметров ртутного столба, — снова раздался механический голос.
Звонок уже был сделан.
— Здравствуйте, результат измерения артериального давления: 145 на 90 миллиметров ртутного столба…
После двух тестов брата скорая уже была в пути.
Чэн Цзе решил проверить прибор на себе. Тонометр тут же выдал результат. На этот раз цифры были совсем другими: сто сорок пять на девяносто!
— Боже мой! Он не врет! Он не врет! Но почему… почему с моим братом такое творится?!
Чэн Цзе был на грани срыва. Он словно душу потерял.
Скорая ехала. Он пытался докричаться до брата, но тот не реагировал – это определенно была не пьяная спячка, а настоящая кома.
Но как?!
С чего бы здоровому парню впадать в шок?!
Сначала он тешил себя надеждой на неисправность прибора, но когда увидел свои показатели, последняя иллюзия рассыпалась в прах. Он никак не мог взять в толк, что случилось с его братом.
— Эх, доктор Чжан… может, у него болезнь какая скрытая? — Вздохнул Мэн Даху, глядя на Чжан Линчуаня.
Он слышал, что этот парень собрался жениться, ему всего-то лет двадцать шесть или двадцать семь. Как он мог вот так внезапно свалиться? Должна же быть причина.
— Доктор Чжан, простите меня. Я прошу прощения за свои нападки. Клянусь, я не знал, что вы такой мастер. Я выпил и решил, что вы просто придираетесь! Но если это болезнь – ну невозможно же! Я никогда не слышал, чтобы он чем-то болел! Вечером, когда он пришел, он был бодрый! Сидел с нами, шутил, смеялся. Если врачи приедут, с ним ведь все будет хорошо? Его же спасут?! И вообще, из-за чего это всё?!
Чэн Цзе рассыпался в извинениях. Если бы не Чжан Линчуань, он бы так и не узнал, что брат в беде. К утру человека бы не стало. Как бы он тогда смотрел в глаза родным?
Он забрасывал врача вопросами один за другим, на его лице застыло отчаяние.
Сначала он думал, что придираются к нему, а оказалось, что это он сам придирался к человеку и задерживал помощь брату.
— Посмотрим по обстоятельствам, пока критическое состояние еще не перешло черту. Что до причин – их может быть много. Не обязательно хроническая болезнь. Это может быть внутреннее кровотечение, тяжелая инфекция или аллергическая реакция, — начал объяснять Чжан Линчуань.
Будь ситуация совсем патовой, он бы уже делал сердечно-легочную реанимацию. Хоть он и был пьян, работа есть работа – в вопросах жизни и смерти медлить нельзя.
— Но ничего из этого у него быть не может! Он постоянно с нами выпивал, порой до самого рассвета, и ни о какой аллергии и слыхом не слыхивали. Простуды у него нет, цефалоспорин он не пил. Кровотечение или инфекция – тоже мимо, он сегодня только палец поранил, в больнице ему все обработали!
Чэн Цзе был в полном недоумении. Как нормальный человек может вот так взять и отключиться, да еще и с таким абсурдным давлением. «Шоковое давление» – термин слишком мудреный для простого работяги, но слово «шок» он знал прекрасно!
Это слово всегда на слуху. И обычно за ним следует «смерть». Оно означает крайнюю степень опасности.
— Это… неужели опять какая-то редкая болезнь? — Мэн Даху вдруг вспомнил сегодняшний случай с синдромом Ма-чего-то-там. Ситуация казалась похожей: скрытое внутреннее кровотечение.
— Вот черт! Неужели такое совпадение?!
В толпе зашушукались. Кто-то даже снял видео и отправил в чат своей группы.
Общежитие спортсменов СВНУ.
— Ну вот, я же говорил: ветеринар Чжан даже пьяный не ошибется, а вы не верили! Если бы он так легко лажал, разве у него до сих пор не случился бы крах репутации?
Хоть стрим и не шел, «глаза и уши» студентов-хайпожоров были повсюду. Новости долетали с задержкой всего в несколько секунд. Теперь все знали: давление и впрямь низкое, ситуация дошла до шока.
— Да бог с ним, с Чжаном! Давайте лучше про этого бедолагу, который ни с того ни с сего в шок впал!
— Точно. Хоть все, кто сомневался в старшем товарище, в итоге получили по лицу, тут и правда можно было заподозрить ошибку. Но это в прошлом. Как думаете, может, это снова синдром Марфана?
— Трудно сказать. Чжан упомянул кровотечение, инфекцию или аллергию. Аллергия отпадает – он раньше пил и не жаловался, простуды нет, лекарств не принимал. Инфекция – тоже вряд ли, рану на пальце в больнице обработали. Остается одно – сильное кровотечение… Если травм не было, то, может, и впрямь синдром Марфана, как у капитана Юня!
Спортсмены в общежитии вовсю строили теории. Раньше они и знать не знали про этот синдром Марфана, а сегодня просветились. Оказывается, из-за него артерия может лопнуть, начнется внутреннее кровотечение, а ты об этом даже не узнаешь. А когда узнаешь – уже поздно, не спасти. Многие атлеты так и умирали.
— Он тоже довольно худощавый, вполне может быть. Я гуглил: на десять тысяч человек всего горстка случаев, а у нас в университете сразу два – ну и дела… — сокрушался один из студентов.
После недолгих дебатов они решили, что версия с синдромом Марфана наиболее вероятна.
А в Городе барбекю Чжан Линчуань покачал головой.
— Вероятность редкой болезни невелика. К тому же он сказал, что парень крепкий. Я склоняюсь к тому, что это аллергия…
— А? Аллергия?!
— Исключено, доктор Чжан! Он никаких лекарств не принимал, тем более цефалоспоринов, откуда взяться аллергии?! — Чэн Цзе и его друзья тут же возразили.
Все знают: цефалоспорин с алкоголем мешать нельзя. Можно и на тот свет отправиться. Поэтому, если кто-то пьет антибиотики, его к выпивке и близко не подпустят. В конце концов, все здесь как минимум приятели, и никто не хочет проблем – ни другу, ни себе, в плане компенсаций и прочего.
Они точно знали, что Чэн Цяо не упоминал о приеме лекарств. К тому же популяризация знаний в этой области сейчас на высоте, и Чэн Цяо сам был в курсе.
— На самом деле цефалоспорин не обязательно глотать. Вы сказали, что ему обрабатывали палец в больнице. Делали ли ему укол или ставили капельницу? Рана выглядит серьезной. Если да, то это мог быть препарат цефалоспоринового ряда. У них отличный антибактериальный эффект, они подавляют синтез клеточной стенки бактерий, убивают инфекцию и снимают воспаление. При травмах пальцев внутривенные инъекции – обычное дело, — начал выстраивать логическую цепочку Чжан Линчуань.
[Системное сканирование завершено.]
[Имя пациента: Чэн Цяо.]
[Пол пациента: мужской.]
[Возраст пациента: 26 лет.]
[Состояние пациента: тошнота, головокружение, слабость, обезвоживание, кровопотеря. На данный момент недостаток кровоснабжения мозга привел к внезапной потере сознания.]
[Диагноз: тяжелая аллергия на цефалоспорины. На данный момент жизнь под угрозой; если не принять меры, продолжительность жизни составит менее недели.]
[Системное уведомление: пациент получил внутривенную инъекцию цефалоспорина в связи с травмой пальца. Ряд препаратов этой группы вступает в реакцию с этанолом, вызывая тяжелую дисульфирам-подобную реакцию. У пациента наблюдаются слабость, головокружение, тошнота, рвота, одышка, а также тяжелый анафилактический шок, острая сердечная недостаточность и повреждение печени. Длительное отсутствие помощи неизбежно приведет к смерти. Хотя за данный случай награда не предусмотрена, Хозяину рекомендуется немедленно уведомить родственников о необходимости госпитализации.]
Вот что он увидел при сканировании. Классика: цефалоспорин плюс алкоголь. Поэтому он и сказал им сразу везти его в больницу. Кто же знал, что его поймут превратно.
Теперь приходилось объяснять все постепенно. Нужно было спасти человека и при этом не подставиться самому. Нужно было вывести логическую цепочку к цефалоспорину, а не просто заявить: «Он принял антибиотик!»
Если сказать так в лоб, потом спросят: «Откуда ты знаешь?» И что отвечать? Одно неверное слово – и вся цепочка лжи взорвется.
Систему нужно держать в секрете. Иначе сегодня тебе предложат пакет «Психиатрия», а завтра отправят на исследование срезов. Только сохранив себя, он сможет спасти больше людей.
— Было такое? — Мэн Даху повернулся к Чэн Цзе.
— Кажется… кажется, и вправду было… Говорил он что-то про укол в больнице! — У Чэн Цзе сузились зрачки.
— Вот черт! Значит, это реакция на алкоголь после цефалоспорина!!
— Боже, пить после антибиотиков… Неудивительно, что его так развезло!
— Да где же эта скорая?!
Все были на взводе. Услышав подтверждение, люди поняли: парень висит на волоске. Не зря говорят: цефалоспорин с алкоголем – дорога на тот свет. Если врачи не поторопятся, он и впрямь может не доехать!
— Ди-ду-ди-ду!
Пока все изнывали от ожидания, раздался звук сирены.
— Едут!
— Скорая приехала!!
Лица людей озарились восторгом. Приезд врачей означал надежду.
— Пропустите! Сюда!!
Чэн Цзе бросился навстречу медикам. Вскоре появились люди в белых халатах.
— Быстро! Кислород, венозный доступ, ЭКГ-мониторинг…
Атмосфера вокруг машины скорой помощи накалилась до предела. И в этой неразберихе Чжан Линчуань тихонько ускользнул в туалет. В конце концов, он вышел из-за стола именно по этой нужде, а из-за всей этой суеты терпел уже лишних десять минут.
— Родственники! Где родственники?! Быстро в машину!! — Проорал врач.
Медики не понимали, почему Чэн Цзе озирается по сторонам в кафе, вместо того чтобы прыгать в салон.
— Брат Ху! Я поехал! Хотел лично поблагодарить доктора Чжана, но не вижу его нигде. За куртку я обязательно заплачу! Я сегодня ее испачкал, передайте ему, пожалуйста!
Оказалось, Чэн Цзе просто хотел выразить признательность. Но врач словно сквозь землю провалился. Скорая уже трогалась, так что он успел только крикнуть это Мэн Даху.
Тот специально пришел на выручку и явно был в хороших отношениях с Чжан Линчуанем.
— Сначала о брате позаботься, спаси его, а потом о благодарностях думай! Езжай уже! — Махнул рукой Мэн Даху.
Вопрос жизни и смерти. Доктор Чжан, скорее всего, ушел именно поэтому – не хотел, чтобы из-за всяких расшаркиваний теряли драгоценное время. А компенсация… это подождет!
— Ди-ду-ди-ду!
Скорая умчалась. Вести тут же разлетелись по чатам СВНУ и комнатам общежитий. Это происшествие стало главной темой для обсуждения перед сном.
— Цефалоспорин с выпивкой… Ну дают…
— Я-то думал, синдром Марфана, а оказалось – вот оно что!
— Неловко вышло: все же ошиблись, причем правильный ответ исключили первым делом…
— Мы просто не на то внимание обратили. Если бы зацепились за травму руки и больницу, сразу бы про антибиотики вспомнили…
Спортсмены были немного удручены. Ведь каждый из них только что с пеной у рта доказывал свою правоту. Кто же знал: на словах – чертовски круто, а на деле – боец пятого уровня. Истинный ответ отсеяли в первую же секунду.
— Ладно вам. Старший товарищ Чжан потому и старший товарищ, что он ответ дает, а вы только «а-а-а» говорите. Если бы не он, черта с два бы кто догадался… — резонно заметил кто-то в комнате.
Тем временем Чжан Линчуань, закончив свои дела, перекинулся парой слов с Мэн Даху, попрощался с соседками Сун Ваньцин, и Сяо Сун отвела его в отель. Она сняла ему номер, а себе – соседний.
В отеле.
— Учитель Чжан, простите меня…
Сун Ваньцин стояла перед ним с виноватым видом.
— Что такое? Почему наша отважная товарищ Сяо Сун вдруг извиняется? — С улыбкой спросил Чжан Линчуань.
Он и вправду не понимал причины. В его глазах она сегодня была просто героиней. Пойти наперекор двухсотфунтовому татуированному детине, не испугаться его давления, да еще и так ловко припугнуть полицией… Не сделай она этого, он бы сегодня точно получил по зубам.
— Учитель Чжан, я ведь обещала, что мы не будем пить. Изначально на застолье алкоголь не планировался. Но мои соседки сказали, что хотят вас напоить. Я запретила им глупить, а они ответили, что не будут – мол, если вы не хотите, они сами немного выпьют, и всё. Я думала, Тинтин и остальные действительно пригубят чисто символически… Кто же знал, что в итоге будет столько спиртного. Если бы не выпивка, вы бы не попали в эту историю, когда вас едва не избили. Я чувствую, что должна извиниться, потому что не призналась вам во всем сразу…
Сун Ваньцин сегодня и впрямь чувствовала себя ужасно. Если бы она тогда твердо сказала «нет», подруги бы оставили эту затею.
— Ха-ха-ха! Сяо Сун, ты правда думаешь, что если человек не хочет пить, его можно довести до такого состояния? Мне же никто нож к горлу не приставлял и силой не вливал, — рассмеялся Чжан Линчуань. Он и не подозревал, что причина извинений в этом.
Сун Ваньцин изумленно захлопала глазами. Это было невероятно. Значит, сегодня охотником был вовсе не тот, кто разливал?
У нее в голове даже что-то зашумело от такой мысли.
— Просто коктейль, который смешала твоя подруга, был неплох на вкус, вот я и решил пригубить. Не ожидал, что он так быстро по шарам ударит, — с улыбкой добавил он. Если человек твердо решил не пить, никто его не заставит. А уж уловки этих девчонок он видел насквозь.
На самом деле пить он умел, и неплохо – то ли талант такой, то ли еще что. Обычного человека он бы перепил в два счета. Единственная проблема – когда переберет, становится вялым и может сесть в лужу. После школьного выпускного он проснулся в туалете. А после университета… ну, об этом лучше не вспоминать. Слишком неловко вышло. Поэтому он и не любил алкоголь: стоит начать – и уже не остановишься.
Сегодня, впрочем, все было в норме. Он просто дошел до стадии «поговорить», мозг еще не окончательно затуманился.
— Тинтин и правда мастер смешивать напитки! Мы как-то пробовали в общежитии. Мне кажется, если бы она пошла в бармены, у нее бы отбоя от клиентов не было…
Сун Ваньцин заметно повеселела. Груз вины свалился с ее плеч. К счастью, ничего страшного не произошло – разбей они голову учителю Чжану, она бы не знала, куда себя деть.
— Вот видишь! Мне действительно было интересно попробовать, что она там нахимичила. Да и после горы шашлыка во рту пересохло…
Чжан Линчуань довольно заулыбался.
— Учитель Чжан, вы пойдете в душ? — Сун Ваньцин мигнула своими ясными глазами.
— Нет, я еще в общежитии помылся перед выходом. Пора спать. Ваньцин, ты тоже в соседнем номере ляжешь? — Чжан Линчуань заметил, что в номере две кровати – это был стандартный номер.
— А… уже помылись… Да, я лягу рядом. Вдруг вам ночью нехорошо станет, я присмотрю за вами, — ответила она.
Укладываясь, Чжан Линчуань не заметил, как в глазах товарища Сяо Сун промелькнула тень разочарования.
Тем временем Чэн Цзе с братом уже добрались до больницы.
Медсестры-координаторы на посту вовсю сплетничали.
— Боже! Опять от доктора Сяочуаня привезли! Уже второй за ночь!
Это была Первая аффилированная больница СВНУ.
— Ну так не зря говорят, что доктор Сяочуань – это ходячий генератор прибыли. Куда бы он ни пошел, там у больниц показатели взлетают, особенно в приемном покое… — подхватила другая девушка.
— Э-э… Ну, у него талант находить больных там, где другие и не посмотрят. Это не каждому дано…
— И не говори! Слышала, в Провинциальной больнице его вообще сделали экстренным кодом. Если привозит Сяочуань – значит, случай критический, нужно бросать всё и спасать!
— Слушай, он же наш, из СВНУ. С чего это он вдруг в Провинциальную подался?
— Эх, так он же изначально ветеринаром был. Руководители и не знали, какой он самородок. Знали бы – разве отпустили бы его к конкурентам?
— Говорят, он сейчас в докторантуру собирается. И Провинциальная, и наш факультет клинической медицины уже закидывают его предложениями. Интересно, что выберет?
Пока пациента спасали, медсестры обсуждали тех двоих, кого он прислал сегодня.
Один – с разрывом аневризмы при синдроме Марфана, ради которого заместитель директора общей хирургии лично вызвал кардиохирургов на сложнейшую операцию. Другой – молодой парень с реакцией на алкоголь и цефалоспорин, уже успевший одной ногой ступить на тот свет. Настоящий экстренный код.
Все больше казалось, что решение Провинциальной больницы было пророческим и основанным на чистом опыте.
В операционной тем временем не смолкал звук приборов.
Ди-ди-ди…
Операция по лечению синдрома Марфана продолжалась. Лица врачей оставались предельно суровыми.
Родственники Юньчжоу уже приехали и ждали в коридоре вместе с его товарищами по команде. Все изнывали от тревоги.
Домашние, сложив руки, молились. Когда они узнали новость, им показалось, что небо рухнуло. Они помнили, как отец Юньчжоу то ли из-за опухоли в животе, то ли еще из-за чего лег на операцию и так и не встал со стола. Тогда технологии были не те, никто толком не понял, что случилось. Семья подозревала, что это тоже был синдром Марфана, ведь болезнь наследственная.
Они молили об успехе, ведь мальчику всего двадцать два года – такая молодая жизнь.
Дедушка Юньчжоу сидел с каменным лицом. Бабушка и дедушка по материнской линии мерили коридор шагами.
Операция затянулась до самого утра. Наконец врачи выдохнули, на их лицах появилось выражение облегченного удовлетворения.
Вскоре каталку вывезли из операционной.
— Профессор Ху, спасибо вам огромное! Как там Юньчжоу? Операция прошла успешно? — Родственники тут же бросились к ним. Спортсмены тоже повскакивали со своих мест.
— Все прошло успешно. К счастью, обнаружили болезнь рано, да и процедура оказания помощи у нас отлажена! — Ху Яохуа снял маску и улыбнулся.
Несмотря на бессонную ночь и полное истощение, он был по-настоящему счастлив. Ему удалось предотвратить вторую трагедию – Юньчжоу не умер от синдрома Марфана.
— Слава богу!
— Получилось! Спасли!!
Родственники разрыдались от счастья. С плеч товарищей Юньчжоу тоже словно огромная гора свалилась. Какое счастье. Если бы не старший товарищ Чжан, парня бы уже не было. Они и не догадывались о его состоянии. Знай они о такой болезни, ни за что бы не выпустили его на поле. Ведь по сравнению с жизнью любая игра – лишь легкое перышко!
— Ну всё, я пойду отдыхать. Юньчжоу еще долго восстанавливаться, так что наберитесь терпения и будьте морально готовы, — с этими словами Ху Яохуа ушел.
Что до Чэн Цяо, его тоже привезли вовремя – он не успел ни остыть, ни окоченеть. По словам врачей, если бы его нашли только утром, застали бы как раз период трупного окоченения. В первый час после смерти тело теряет тепло и остается обмякшим – просто гора плоти, которую легко передвинуть. Но спустя час оно начинает остывать и твердеть.
Девять утра.
Чжан Линчуань смущенно проснулся в своей постели.
Сун Ваньцин уже ушла на занятия. На прикроватной тумбочке стоял завтрак.
«Сун Ваньцин.»
«Учитель Чжан, наш профессор Чан перенес лекцию. Я хотела прогулять, но он прислал сообщение. Видела, что вы сладко спите, поэтому будить не стала. Отдыхайте хорошенько, а как проснетесь – обязательно позавтракайте, все на тумбочке~»
Чжан Линчуань прочитал сообщение.
«Все в порядке, учеба важнее.»
Он отправил ответ. Прогуливать из-за него было неправильно. Она не ответила – видимо, уже обсуждала с учителем Чжаном свою научную работу. Перед окончанием учебы дел всегда невпроворот.
«Ли Цзыцин ⑨»
Чжан Линчуань закрыл чат с Сяо Сун и открыл сообщения от Ли Цзыцин. Та прислала штук восемь или девять.
«Старший товарищ Чжан, вы уже спите? У меня завтра экзамен!»
«Фото_экзаменационного_листа. Jpg.»
…
«Опять привычный подъем в шесть утра. Говорят, привычка формируется за 21 день – похоже, так и есть. Выдвигаюсь!»
«Старший товарищ Чжан, спасибо за вдохновение. Благодаря вам я столько времени грызла гранит науки. Сегодня я наконец выхожу на поле боя, пожелайте мне удачи! Я обязательно покажу отличный результат!»
«Ха-ха-ха~ Кстати, чтобы не отвлекаться, я удалила все развлекательные приложения, даже в WeChat и QQ включила детский режим. Мой старый добрый Доуинь… Как только сдам, сразу скачаю обратно. Давно я вам лайки не ставила~»
…
Сегодня было 21 декабря, суббота. Начались экзамены по иностранным языкам (CET-4 и CET-6). Ли Цзыцин в аудитории строчила не покладая рук. Она помнила, как в сентябре чуждалась иностранного языка и даже немного его боялась. Но после нескольких месяцев «цифрового детокса» и тренировок в режиме берсерка задания казались ей невероятно простыми!!
…
7800 слов доставлено. Эх, опять не дотянул до десяти тысяч~