Глава 318: «Становление легендой, интернет в огне. Кто, черт возьми, еще смеет сомневаться?!» [Прошу месячные абонементы и рекомендательные билеты]
Как можно увидеть опухоль с помощью телефона? Он что, принимает его за медицинский рентгеновский сканер? Современные технологии еще не достигли такого абсурдного уровня.
— Это как?!
— Нет, ну вы слышали? Старший товарищ Чжан несет какой-то антинаучный бред!
— Образ рассыпался в прах… Такой рассудительный и умный в интернете, а сегодня на лекции выдает нечто запредельное.
— Ошибся и ладно, проехали бы. Но хватать профессора Чан за руку и обещать «показать» опухоль – это же просто издевательство над здравым смыслом.
— И это тот самый ветеринар Чжан, который якобы не общается с фанатками?
— Вот-вот! Если бы он не был почти парой с нашей Сяо Сун, я бы точно решил, что он просто капризничает и ищет повод потрогать женщину.
— Хоть Сяо Сун и красавица, но вдруг ему нравятся именно такие, как профессор Чан? У мужчин бывают странные вкусы, некоторых тянет к зрелым «старшим сестрам». Тем более разница у них всего восемь лет.
…
Зал Дворца Минфан гудел. Студенты были потрясены этой нелепой сценой и вовсю шептались.
— Вот черт… Цинцин, ну у тебя и выдержка! Вокруг такой шум, а ты сидишь как ни в чем не бывало, — Сун Ваньцин, по привычке надевшая маску, оставалась неузнанной для всех, кроме соседок и одногруппников.
Именно этого она и добивалась – не хотела вызывать суматоху на лекции учителя Чжана. Лишние вопросы об их отношениях ей были ни к чему, нужно было учиться не создавать ему проблем.
— Куда спешить? — Невозмутимо ответила она Тинтин и Юньюнь на их приглушенные возгласы. — Скоро всё прояснится. И то, собирался ли учитель Чжан «потрогать» ее, тоже станет очевидно.
Сун Ваньцин было всё равно, нравятся ему «сестренки» или «старшие сестры» – она сама могла быть какой угодно. Но она знала: учитель Чжан никогда не проявлял к ней лишнего интереса. За всё время общения она убедилась, что он не из тех, кто способен на подобные низости. К профессору Чан у него точно не было никаких задних мыслей.
— Верно. Некоторые просто слишком торопятся с выводами, — поддержала ее Хуэй Мэй, сохраняя спокойствие.
— Э-э-э… — остальные примолкли, сосредоточив взгляды на сцене.
Освещение там стало совсем тусклым – сотрудники из студенческого совета выключили часть ламп. В зале по-прежнему стоял гул голосов.
Учителя и руководители в первых рядах хоть и помалкивали, сохраняя достоинство, но в душе у них бушевал шторм. Некоторые уже начали жалеть, что согласились на прямую трансляцию. Эти нелепые выходки могли бросить тень на весь университет.
Ведь вуз уже начал формировать из него образ «звезды сельхозинститута» и даже обсуждал вопрос о его зачислении сразу в докторантуру. Директор Ху планировал забрать его в медицинский институт для совместной подготовки.
Что ж, раз уж каша заварена, придется расхлебывать. Сложнее всего сейчас было троим на сцене, особенно Шэнь Чанмину и Ху Яохуа.
— Старший товарищ Чжан, так достаточно темно? — Спросил студент-активист.
Студсовет – бесплатная рабочая сила вуза. Чему-то научиться там почти невозможно, разве что намозолить глаза начальству и освоить сомнительные навыки «общения с людьми». Для тех, кто метит в чиновники, это полезно, но для серьезной науки – пустая трата времени.
— В самый раз, спасибо, — поблагодарил Чжан Линчуань парня, которому сегодня пришлось изрядно поработать грузчиком. Без его помощи лекция бы не состоялась.
— Сяочуань, и как ты собрался показывать опухоль? Прямо телефоном?! — Шэнь Чанмин смотрел на ученика с непередаваемой смесью чувств. Сердце у него, честно говоря, уже давно ушло в пятки.
Весь зал, Ху Яохуа и Чан Линчжу замерли в ожидании ответа.
— Именно так. Обычного телефона вполне достаточно, — кивнул Чжан Линчуань.
Хлоп! Почти все разом закрыли лица руками. Где это видано, чтобы телефон просвечивал опухоли? Он точно не в себе!
— Товарищ Сяочуань, в твоем телефоне ведь нет функции рентгена… — пробормотал Ху Яохуа, пребывая в полном замешательстве.
Иметь такие достижения в неотложке и так бездарно сливать репутацию… Это было выше его понимания.
— Ха-ха-ха! Надо признать, шутка у старшего товарища Чжана вышла отменная. Декан Шэнь, вы подготовили тайный номер и обвели вокруг пальца и меня, и директора Ху, и всех присутствующих! — Внезапно рассмеялась Чан Линчжу.
— Ха-ха, ну да… Сяочуань просто решил, что лекция получается скучноватой, и захотел всех немного взбодрить, ха-ха-ха! — Подхватил Старина Шэнь.
«Номер?!»
«Твою мать, так это просто шоу?»
«Вот черт, а я уж подумал, что ветеринар Чжан и впрямь спятил!»
…
— А? Так это просто постановка сельхозинститута для настроения?
— Похоже на то. Как еще телефоном опухоль увидишь.
— А мне кажется, они просто пытаются спасти положение…
После слов Чан Линчжу и Шэнь Чанмина мнения в зале и в интернете разделились. Часть зрителей с облегчением выдохнула, другие же почуяли неладное – уж слишком неуклюжей была эта попытка замять скандал.
Чан Линчжу и Шэнь понимали: в такое оправдание мало кто поверит, но нужно было спасать то, что еще можно спасти.
— Учитель Чан, Старина Шэнь, я вовсе не сошел с ума… Смотрите внимательно. Сейчас случится чудо, — Чжан Линчуань включил фонарик на телефоне.
Он поднял руку Чан Линчжу так, чтобы тыльная сторона была обращена к залу, а ладонь плотно прижал к яркому светодиоду на задней панели смартфона. В полумраке вся кисть вдруг вспыхнула завораживающим алым светом. В этом кроваво-красном сиянии отчетливо проступили все кровеносные сосуды. Но что было самым поразительным – в самом центре ладони проглядывало нечто, напоминающее крошечное сердечко.
Глу-глу… послышалось со всех сторон – люди непроизвольно сглатывали от изумления.
Даже в зимнюю стужу в зале стало жарко от волнения. Фотограф мгновенно поймал момент и выдал на экран крупный план ладони. Зрители в стриме видели всё даже четче, чем те, кто сидел в зале. С задних рядов невозможно было разглядеть сосуды, была видна лишь светящаяся красная кисть.
«?»
«??»
«??»
«Да ладно?!»
«Нет, братан, ты это серьезно?!»
«Лицо горит! Те, кто орал про „потрогать за руку“, вам сейчас очень стыдно, да?»
«Вот именно! Человек видит болезнь, а вы – только пошлость! Имейте совесть!»
«Офигеть… Я в шоке. Беру свои слова назад, зря я сомневался в ветеринаре Чжане. Я был неправ».
«+1. Кто я такой, чтобы судить гения? Прости меня, Чжан! O(╥﹏╥)o.»
«Э-э… а почему в центре ладони маленькое сердечко? Объясните знающие люди, что это за дела?»
«Не знаю, но у здорового человека сосуды так не выглядят».
«Я только что проверил на себе – фонарик и правда просвечивает ладонь, но никакого сердечка у меня нет!»
Даньмаку в стрим-комнате летели с бешеной скоростью. Те, кто только что брызгал ядом, словно получили звонкую пощечину и теперь посыпали голову пеплом. Как они могли сомневаться в таком Большом Боссе?
В то же время пошли вопросы о странном «сердечке». Самые дотошные зрители тут же включили фонарики на максимум и прижали к ладоням, сообщая всем, что у них ничего подобного не наблюдается.
«Вот черт… Рука слишком толстая, не просвечивает!»
«Ох, я думал, я один такой! Нашелся товарищ по несчастью!»
«Какая жалость! Только нашел способ сэкономить на обследовании, и тут выясняется, что жир мешает экономии! Грех-то какой!»
Вечернее время идеально подходило для таких экспериментов – стоило лишь выключить свет. Любопытство гнало людей проверять себя, но многих ждало разочарование: свет просто не пробивался сквозь плоть, и никаких сосудов видно не было.
[Стрим-комната Северо-Восточного Народного Университета: максимальное число зрителей – 1 890 000.]
Благодаря этому невероятному ходу и слухам о «крахе репутации», число зрителей вплотную приблизилось к двум миллионам. Популярность взлетела до небес.
— Старший товарищ Чжан – крутой!
— Эй, вы, кто орал про похоть и антинаучность! Разуйте глаза!
— Потрясающе! Просто чертовски круто! Встаем и аплодируем! Кто еще, мать вашу, смеет сомневаться?!
— Братан, отныне я твой преданный фанат до гроба!
— И я! А те, кто думал про «зажать ладошку» – у вас просто души гнилые! Мы всегда за Чжана!
…
Студенты очнулись от шока. Словно на стадионе после решающего гола, многие повскакали с мест, вскидывая кулаки. Их восторг был искренним и неподдельным. Чжан Линчуань своими прошлыми поступками уже завоевал сердца многих, и пока на него лилась грязь, его сторонники с трудом сдерживали гнев. Теперь же наступил момент триумфа. Это было по-настоящему сладостно!
Зал взорвался аплодисментами. Особенно неистовствовали задние ряды: не имея возможности разглядеть руку профессора вживую, они все зашли в стрим и теперь видели четкий крупный план. Те, кто попробовал просветить свои руки и ничего не увидел, окончательно признали в Чжане живую легенду.
Руководство вуза одобрительно кивало. Ректор Фэн Сицай, сидевший в самом центре, не скрывал удовлетворения. Диагностика этого парня и впрямь была феноменальной – проблема действительно крылась в руке. Проректор же чувствовал себя неловко, ведь он был из тех, в чей адрес сейчас летели проклятия восторженной толпы.
— Офигенно! Цинцин, теперь я понимаю, почему ты была так спокойна! Ты просто верила в него всем сердцем!
— Так находить опухоли… Я просто в ауте!
— Я же говорила, что на лекциях старшего товарища Чжана всегда можно чему-то научиться! Смотрите, и правда научились!
Тинтин и Юньюнь были в восторге, а Хуэй Мэй с горящими глазами заявила, что «запомнила метод».
— Чему ты там научилась? Твою-то руку свет не пробивает! — Подколола ее Сяо Ли.
— Сяо Ли! Ну ты! — Хуэй Мэй едва не взбесилась.
— Фу-ух… — Сун Ваньцин выдохнула с облегчением. Хоть она и храбрилась, внутри всё равно всё сжималось от страха. Не потому, что она не верила учителю Чжану, просто его ход был слишком уж рискованным. Вон, даже его наставник Старина Шэнь чуть инфаркт не схватил.
Гул в зале не смолкал.
— Тише, друзья, давайте потише… — Шэнь Чанмин чувствовал себя так, словно за последние несколько минут его мозг несколько раз пропустили через центрифугу. В голове до сих пор звенело, но статус ведущего обязывал держать строй.
«Братва, это реально не сценарий».
«Ха-ха, посмотрите на ошарашенную физиономию наставника! Он из кожи вон лез, чтобы спасти ученика, а тот взял и стал легендой, введя собственного профессора в ступор».
«Как научный руководитель, я прекрасно понимаю чувства профессора Шэня. Когда твой лучший студент творит такое… Другой профессор уже подал сигнал „замять дело“, Шэнь уже забросил сеть, чтобы вытащить парня, а тот вдруг подтверждает свои слова таким безумным способом».
«Старина Шэнь – мировой мужик, жаль только, что ему достался такой ученик-экстремал. Хорошо еще, что сердце крепкое, а то от таких перепадов и помереть недолго!»
Когда Шэнь Чанмин заговорил, камера отъехала назад, и в кадре рядом с рукой Чан Линчжу появился он сам. Он и не подозревал, что его сейчас обсуждает вся страна. Шэнь и впрямь был в глубоком шоке. Будь он сейчас не на сцене, а где-нибудь в чистом поле, он бы от души проорался, чтобы выплеснуть эмоции.
Обычный фонарик высветил патологию! Любой медик сразу бы понял: с сосудами на этой ладони не всё ладно. Он был уверен, что Старина Ху сейчас чувствует то же самое.
И он не ошибся. У Ху Яохуа уже дергался глаз. Сначала он думал, что ученик Шэня сошел с ума, теперь же он понимал – это он сам сегодня сойдет с ума. Теоретически он знал, что такое возможно, но почему, черт возьми, это случилось именно так?!
— Боже… Похоже, это и впрямь не постановка декана Шэня. Старший товарищ Чжан, ты действительно нашел проблему у меня в руке. Видите? Там словно маленькое сердечко. Но почему мои сосуды сложились в такой рисунок? — Чан Линчжу чувствовала уколы совести. Хоть внешне она и помогала ему, внутри царило полное недоверие. А теперь она сама, завороженная, демонстрировала «сердечко» на камеру.
Для нее это было в новинку. Она и представить не могла, что фонарик в телефоне можно использовать подобным образом.
— Учитель Чан, та проблема, о которой я говорил, как раз в центре вашей ладони. Это ведь то самое место, которое вы не проверяли? — Спросил Чжан Линчуань.
Будь ладонь обследована, патологию бы точно нашли. Значит, этот участок просто пропустили.
— А? Так это «сердечко» и есть та самая опухоль? Но что это за опухоль? Почему она выглядит так странно и чем опасна? Я ведь совсем не чувствую дискомфорта, — она была в полном замешательстве. Ей и в голову не приходило проверять ладони, да и кто бы мог подумать, что там бывают опухоли.
— Что это за опухоль, почему она такой формы и чем грозит… Думаю, на эти вопросы профессиональнее ответит директор Ху, — Чжан Линчуань жестом пригласил Ху Яохуа к разговору.
Всё-таки тот был деканом медицинского института, и его слово в таких делах имело больший вес.
— Директор Ху, что это за «сердечко»? Это и правда опухоль? — Чан Линчжу продолжала подсвечивать ладонь, с любопытством глядя на коллегу.
— Его называют не «сердечком»… его называют «береги жизнь»… — тяжело вздохнув, произнес Ху Яохуа.
— А?! — Чан Линчжу от испуга выронила телефон. Она уставилась на Ху Яохуа, не веря своим ушам.
Эта штука может стоить ей жизни?
…
Пять тысяч знаков доставлены. Знаю, маловато, завтра постараюсь добавить еще больше!