Глава 34. Демонстрация сокровищ продолжается битва Дракона и Феникса (Часть 2)
— И как же? — тут же клюнула аудитория.
— Ночная жемчужина.
Услышав это легендарное название, зрители изумленно заморгали, отказываясь верить своим ушам. Ночная жемчужина? Тот самый мифический артефакт из сказок и императорских легенд? Неужели эта жуткая зелень и есть прославленное сокровище?
— А как вы себе представляли ночную жемчужину, друзья? — с интересом спросил Нин Фань.
Ответы посыпались как из рога изобилия, один наивнее другого:
— Ну… я думал, это что-то вроде здоровенной лампочки Ильича! Положил на стол — и вся комната светом залита!
— Ага, я тоже так считал!
— В кино показывают, что она сияет, как миниатюрная Луна!
— Или хотя бы дает свет, как хороший, яркий факел!
…
Глядя на эти фантазии, взращенные дешевыми сериалами, Нин Фань не смог сдержать снисходительного вздоха.
— Дорогие мои друзья, — мягко осадил он их, — то, что вы описываете, это не ночная жемчужина. Если вы когда-нибудь в реальной жизни встретите камень, который сам по себе, без всяких батареек, излучает энергию такой чудовищной мощности, чтобы освещать целую комнату… мой вам совет — бегите оттуда со всех ног.
— Потому что уровень радиационного фона там будет такой, что вы растворитесь в воздухе раньше, чем успеете написать завещание.
— Да ладно?! Настолько жестко? — опешили зрители.
Они, конечно, были не сильны в геологии, но слова Нин Фаня звучали слишком уж пугающе. Подумаешь, светится в темноте! Неужели это действительно так смертельно опасно?
— Настолько жестко, что вы даже пискнуть не успеете! — внезапно вклинился в беседу пользователь с ником «Кот-физик», чье сообщение было выделено цветной рамкой премиум-аккаунта.
— Я работаю в Институте физики при Академии Наук Ся, и могу официально заявить: Мастер Нин прав на все двести процентов! — безапелляционно заявил ученый.
— В природе подавляющее большинство светящихся объектов лишь отражают фотоны. А вот если объект сам испускает видимый свет ночью — это тепловое или ионизирующее излучение. Проще говоря: вы видите пламя или раскаленную магму красными только потому, что их температура достигает шестисот градусов по Цельсию.
— Это и есть излучение! — продолжал сыпать фактами Кот-физик. — И чтобы заставить камень светиться ровным белым «лунным» светом, о котором вы мечтаете, его температура должна быть не ниже полутора тысяч градусов!
— Если человек по своей глупости решит потрогать такой «артефакт» голыми руками, его родственники могут смело сэкономить на кремации — от идиота останется лишь горстка пепла.
После такой исчерпывающей научной лекции чат мгновенно притих. Осознав, от какой потенциальной угрозы их только что уберег Нин Фань, зрители разразились потоком благодарностей.
— Ладно, не берите в голову, — отмахнулся Нин Фань. — Шанс встретить радиоактивный булыжник в повседневной жизни стремится к нулю. А если уж встретите — уповайте на милость богов!
— Давайте лучше вернемся к нашему гвоздю программы — вот этой милой куриной лапке!
Нин Фань вытащил из кармана иссохшую, гротескно скрюченную конечность и небрежно покрутил ее на ладони. Кожа на когтях настолько затвердела от времени, что казалась вырезанной из драгоценного нефрита, отбрасывая красивые, маслянистые блики в свете ламп.
Где-то внизу, на полу студии, засуетилась и тревожно заквохтала недавно побежденная бойцовая птица.
— Мастер Нин, — осторожно начал один из зрителей, — только не говорите, что эта курица… как-то связана с тем самым Петухом Яростного Взора?
— В десяточку, — кивнул Нин Фань с довольной ухмылкой. — Скажу больше: эта неприметная с виду птица и есть тот самый уникальный, рождающийся один на миллион Петух Яростного Взора!
— Да быть такого не может! — взорвался чат недоверием.
Люди просто отказывались верить в подобные совпадения. Это ж надо: только что он нашел древний артефакт из когтей этого мифического создания, и тут же, буквально в соседней подворотне, прикупил живой оригинал?! Он что, собирает их как коллекционные карточки?!
— Согласен, совпадение вопиющее, — не стал спорить Нин Фань. — Но вы все своими глазами видели, что произошло несколько минут назад.
— Стоило мне достать этот высохший коготь, как девять отборных, тренированных бойцовых петухов попадали в обморок от первобытного ужаса. И лишь эта птица не только устояла на ногах, но и сохранила боевой задор. Поверьте мне, кроме Петуха Яростного Взора, ни одна другая тварь в перьях на такое не способна.
— Неужели в какой-то засохшей лапе кроется такая чудовищная мощь? — с благоговением и страхом шептались зрители, вспоминая, как легко эта птица раскидала целую стаю сородичей.
Нин Фань не стал утруждать себя долгими философскими рассуждениями. Он лишь загадочно блеснул глазами и перевел взгляд в темный угол комнаты.
— Раз слова вас не убеждают, — произнес он с предвкушением, — позвольте мне продемонстрировать вам, как эта птичка справляется со змеями.
— Какого черта?! Курица против змеи? — Зрители совершенно опешили от такого заявления.
Но не успели они переварить эту мысль, как камера резко сменила ракурс, выхватив из полумрака длинное, покрытое ромбовидным узором тело. Светло-коричневая гадина с двумя рядами темно-бурых пятен, тянущихся вдоль чешуйчатой спины, уютно свернулась кольцами в узкой щели между стеной и полом.
— Матерь божья! — в панике застрочили по клавиатурам зрители.
— Это же Короткохвостый щитомордник! Самая распространенная и смертоносная ядовитая змея на территории всей страны Ся!
Многие из тех, кто жил в южных провинциях, мгновенно узнали в этом гаде своего ночного кошмара.
— Если эта тварь укусит, а под рукой не окажется сыворотки — это гарантированный билет на тот свет! Мастер Нин, вы серьезно собираетесь натравить на эту машину смерти несчастную курицу?!
— А вы как думали? — кровожадно усмехнулся Нин Фань. — Я же обещал вам настоящую битву Дракона и Феникса!
Он вытянул руку, указывая направление, и легким тычком подтолкнул напрягшегося Петуха Яростного Взора в сторону змеиного логова.
Почувствовав приближение врага, щитомордник молниеносно взвился в воздух, сворачиваясь в боевую пружину. Его уплощенная голова угрожающе раскачивалась из стороны в сторону, а раздвоенный язык с пугающей скоростью рассекал воздух, пробуя его на вкус. Петух же замер на месте, словно вкопанный, не издавая ни звука.
В кадре, отделенные друг от друга лишь парой метров пустоты, застыли два смертоносных хищника.
Атмосфера в студии и по ту сторону экранов сгустилась до такой степени, что ее можно было резать ножом. Тысячи людей затаили дыхание, не смея даже моргнуть, в ожидании кровавой развязки.