Глава 49. Решительность и кара! Не это ли называется — по заслугам?!
Сун Цянь по привычке натянул одеяло на голову, пытаясь отфильтровать доносящиеся из коридора крики Чжоу Вэньвэнь.
— Сыночек, вставай! Солнышко уже вовсю светит! Мама приготовила твои любимые блинчики с начинкой — они в сто раз вкуснее тех, что внизу продают!
Чжоу Вэньвэнь с сияющей улыбкой и тарелкой в руках вплыла в комнату сына. Это было странно. Очень странно. Обычно, если Сун Цянь залеживался в постели, мать не ругалась, но начинала яростно пылесосить прямо у его двери, а закончив, принималась с остервенением драить пол шваброй. Те несколько квадратных метров паркета перед его комнатой даже стали заметно светлее остального пола.
— Сы-ы-ын! — Чжоу Вэньвэнь улыбалась так ярко, словно была подсолнухом под лучами июльского солнца.
— Мам, ну не кричи так, — у Сун Цяня от такой перемены в её поведении едва не начался нервный тик.
— Ну так блинчики-то будешь?
— Да, спасибо, мам.
Чжоу Вэньвэнь посмотрела на него с нежностью. Ей казалось, что сын как-то неуловимо изменился — стал более степенным, вежливым.
Несмотря на субботу, Сун Цянь не собирался весь день прохлаждаться дома. Он уже уволился со всех своих подработок. Какое же это блаженство — не пахать на дядю и не высчитывать каждый юань, пытаясь растянуть его на неделю. Когда в кармане есть деньги, на душе покой.
Дожевав блинчик, он неспешно побрел в ближайший торговый центр, где находился «Старбакс». Достав черную карту, он немного повозился с банковским приложением — пользовался им впервые, но быстро во всём разобрался. Лю Вэйчжэнь, управляющий банком, оформил ему карту с приятным бонусом: бесплатный большой стакан кофе каждый день. Триста шестьдесят пять дней в году. Мелочь, а приятно — привилегия крупного вкладчика.
Грех не воспользоваться. Сделав глоток флэт-уайта и закусив его прихваченным из дома блинчиком, Сун Цянь почувствовал, что жизнь прекрасна. Сочетание западного кофе и домашней выпечки — это и есть истинный комфорт.
Вскоре у обочины затормозил автомобиль Сун Жуйшаня. Сун Цянь со стаканом в руках забрался на переднее сиденье. Отец покосился на кофе и оживился:
— Это мне? Какой ты у меня заботливый.
Хлюп! — Сун Цянь демонстративно сделал большой глоток.
— Это бонус к моей карте, по одному стакану в день. Хочешь так же — положи десять миллионов на счет, и будешь хоть обпиться этим кофе.
Сун Жуйшань разочарованно поджал губы.
— Пап, ты уже не в том возрасте, чтобы кофе с алкоголем мешать. У тебя и так аритмия, побереги себя, — добавил Сун Цянь. — Я тебе не купил только ради твоего же сердца.
Искусство дипломатии в действии. Отцу стало приятно от такой заботы, и он сразу сменил тон на более покладистый:
— Ну, куда сегодня? Командуй, я весь во внимании.
Сын теперь был кормильцем: он вытащил компанию из долговой ямы, фактически совершив чудо и посадив падающий самолет. Если он не спаситель, то кто? Так что поработать личным водителем у собственного сына отцу было только в радость.
— Едем в офис к Фэн Каю. Пусть вызывает всех сотрудников.
— Так суббота же сегодня.
— С таким контрактом у них совесть есть отдыхать? Или им семизначные годовые бонусы не нужны? — ледяным тоном произнёс Сун Цянь.
— Понял, сейчас позвоню Фэн Каю.
Сун Жуйшань набрал номер друга. Тот не возражал — ради собственного дела он готов был в офисе и ночевать. Но вот сотрудники… Это было проблемой. У каждого семья, дети, домашние дела. По субботам они превращались из наемных работников в примерных мужей и заботливых отцов.
— Скажи им, что у нас готовы чертежи. Пусть выходят и принимаются за работу.
— А? Уже?! — Сун Жуйшань опешил. — Откуда чертежи? Это законно? Ты их не перекупил часом у кого-нибудь по дешевке? Сын, послушай отца: такие грязные методы нам не нужны.
— Пап, ты что, такого плохого мнения обо мне? — вздохнул Сун Цянь.
Он, конечно, не мог признаться, что полный пакет документации состряпал продвинутый внеземной ИИ.
— Пап, дядя Фэн в этом деле собаку съел. Пусть он и ты продумаете, как переманить лучших специалистов по дизайну интерьеров. Предлагайте любые зарплаты.
— Хочешь заняться хедхантингом?
— Именно. Проект грандиозный, нынешних штатных ресурсов нам не хватит и на десятую часть.
— Понял, обсудим это с Фэн Каем.
По дороге в офис телефон Сун Цяня пискнул. Сообщение от Пань Тая, его лучшего друга.
Panda : «Бро, ты видел, что в чате группы творится?! Просто жесть!»
Сун Цянь : «Не смотрел. А что случилось?»
Сун Цянь вышел из диалога, но в группе их потока было тихо.
Panda : «Ой! Сорян, забыл, что ты в академе был год! Тебя же нет в новом чате. Добавить?»
Сун Цянь : «Не надо».
Когда Линь Чэнфэн травил его в университете, все, кроме Пань Тая, делали вид, что так и надо. Никто не заступился, никто не пошел к декану. Этот холодный коллектив и бывшие однокашники Сун Цяню были даром не нужны.
Panda : «Короче, Линь Чэнфэна собственный отец из компании вышвырнул!!! В группе кто-то вякнул, мол, Линь, устрой по блату к бате в фирму. А тот как сорвется: „Мечтай больше! Меня самого под зад коленом выставили, а ты туда же! Закатай губу!“»
Panda : «Мне знакомый сказал, видел его в баре. Зрелище жалкое: на левой щеке след от пятерни, правая вообще какими-то полосами порезана, будто когтями. Сидит, в одну точку смотрит и глушит виски один за другим».
Сун Цянь : «Хех, по заслугам и честь».
Panda : «Да вообще кайф! Этот урод только и умел, что на слабых срываться. Повезло ему, что у папаши деньги были, а сам он — полный ноль».
Читая это, Сун Цянь невольно ухмыльнулся. Похоже, у Линь Шаньтина действительно начались серьезные проблемы. Что посеешь, то и пожнешь.
Кто смотрел на Сун Жуйшаня как на пустое место? Кто ставил ему подножки? Линь Шаньтин. Сун Цянь легко мог представить, как тот отвешивает сыночку звонкую пощечину, а затем швыряет ему в лицо стопку документов. Острые края бумаги полосуют кожу, и кровь медленно стекает по щеке на воротник…