Глава 13. Шок! Так навыки тоже можно прокачивать?!
Хлоп! — дверь распахнулась без малейшего предупреждения. Отсутствие привычки стучаться в комнату ребёнка — это базовый навык большинства китайских родителей.
Сун Цянь, увлечённо беседовавший с Цзян Таном, внезапно столкнулся взглядом с родителями. Для Сун Жуйшаня и Чжоу Вэньвэнь в комнате не было никаких голограмм. Сын, в одиночестве лежащий на кровати и что-то бормочущий под нос, выглядел в их глазах как жертва посттравматического шока, у которой после пережитого землетрясения окончательно «поехала крыша».
В полумраке спальни повисла тяжелая, гнетущая тишина.
— Цянь-эр... — голос матери дрогнул, глаза мгновенно налились слезами. Слова застряли в горле.
— ? — Сун Цянь озадаченно моргнул. «Мама сегодня сама на себя не похожа».
Сун Жуйшаня же захлестнула волна вины. То, что сын не может найти работу — вина обстоятельств и кризиса. Но он, отец, ничем не мог помочь, и это грызло его изнутри. Дела в его собственной компании шли к краху, платить зарплаты было нечем. Он тащил на себе груз ответственности за семью, но совсем позабыл о душевном состоянии сына. «Я плохой отец», — пронеслось у него в голове.
— Пап, мам, вы чего? — спросил Сун Цянь.
Чжоу Вэньвэнь шмыгнула носом, а лицо отца стало суровым и торжественным.
— Вы что... за моей спиной сделали тест ДНК? Оказалось, я не ваш сын? — выдал Сун Цянь.
Трогательная сцена семейного единения мгновенно рассыпалась в прах. Сун Жуйшань криво усмехнулся:
— Ага, подобрали тебя на рынке за прилавком с курами.
Чжоу Вэньвэнь, сквозь слезы, перешла на родной диалект:
— Уж лучше бы я свинину запекла, чем тебя родила!
— ...
— Цянь-эр, иди фрукты поешь, — скомандовала мать. Сун Цяню пришлось покинуть своё убежище и переместиться в гостиную.
Яблоки и бананы — самые дешевые фрукты, что были в лавке. Но Чжоу Вэньвэнь постаралась: всё было аккуратно нарезано, красиво разложено на тарелке, а бананы даже политы шоколадным соусом.
— Мам, ваш «банановый десерт» просто великолепен, — одной фразой Сун Цянь разогнал остатки материнской тревоги. — Это не просто нарезка, это уровень как минимум трех звезд Мишлен.
«Искусство общения — великая вещь», — подумал он. Жену нужно баловать словами, но и с матерью это работает безотказно. Обычные фрукты тут же показались всем невероятно вкусными.
Вид сына, который до этого часами разговаривал сам с собой в запертой комнате, не давал Сун Жуйшаню покоя. Он немного помолчал, собираясь с духом, и решил, что в этот редкий момент семейного спокойствия пора выложить карты на стол.
— Цянь-эр, это я виноват. Не смог обеспечить тебе достойную жизнь. Если бы я был более способным, какая разница — нашел бы ты работу или нет? Я бы просто содержал тебя, и ты мог бы всю жизнь не работать.
Отец и сын редко говорили по душам. Сун Цянь сохранял невозмутимое выражение лица, но внутри у него стало очень тепло.
— Пап, это моя вина. Вы давно должны были быть на пенсии. Если бы я нашел нормальную работу, вам бы не пришлось так вкалывать.
Ещё два месяца назад, когда отец за бесценок распродал через интернет все свои рыболовные снасти, Сун Цянь заподозрил неладное. До выхода на пенсию Сун Жуйшань работал в компании отца Линь Чэнфэна — извечного соперника Сун Цяня. Уйдя на покой, старик Сун решил открыть своё дело. Сначала всё шло в гору, компания крепла, и Сун Цянь уже начал привыкать к мысли, что он — сын богатого предпринимателя. И вот теперь такой поворот.
Словно птенец, который только начал расправлять крылья, попал в бурю и был безжалостно сброшен на землю. Сун Цянь подумал, что, пожалуй, лучше бы он всю жизнь оставался обычной «земляной курицей», не знавшей высоты.
Сун Жуйшань, никогда не куривший дома, вышел на балкон и достал сигарету. Сун Цянь последовал за ним и щелкнул зажигалкой.
— Дела в компании совсем плохи. Скорее всего, скоро банкротство, — горько признался отец. Он так сильно сжал сигарету, что она едва не сломалась.
— Пап... — глядя на него, Сун Цянь почувствовал, как волна раскаяния захлестывает сердце. Он решил во всём признаться. — На самом деле, те сорок тысяч на курсы английского... Я знаю, что их дали вы, а не мама.
— Хм, ну хоть это ты понял.
— Но я не записывался на курсы.
Сун Жуйшань замер:
— Я вложил их в криптовалюту. И всё прогорел, — голос Сун Цяня звучал глухо, будто он только что вернулся с ледяных просторов севера. Признаваться в таком было невыносимо тошно.
— Если бы я их тебе не отдал, они бы всё равно сгорели в компании, — отец выдавил подобие улыбки. — «В молодости не учишься — в старости пожалеешь». Я сам всегда жалел, что плохо знаю английский, и хотел, чтобы у тебя было это преимущество. Прости, что заставлял тебя идти на эти курсы без твоего согласия. Если не лежит душа — не учись.
Слова отца гулким эхом отозвались в груди Сун Цяня. Заметив тень разочарования в глазах старика, он вдруг осознал: для ИИ цивилизации III типа какой-то английский — это же сущие пустяки! Цзян Тан знает все языки мира. Если он захочет, он в мгновение ока сделает его полиглотом.
«Цзян Тан», — беззвучно, одними губами позвал он. На запястье тут же вспыхнула невидимая для окружающих голограмма.
— Слушаю, хозяин. — Кот выглядел настолько реалистично, что Сун Цянь видел каждую ворсинку — точь-в-точь как у его настоящего кота из детства.
«Мне нужен навык владения английским», — мысленно приказал он.
— Прошу разрешения на синхронизацию с вашим мозгом.
Сун Цянь едва заметно кивнул. Над головой голографического кота поползла полоса загрузки.
[Английский язык: 1%... 10%... 50%... 100%]
Цифры сменились за доли секунды.
«И это всё?» — Сун Цянь засомневался. В голове не было ощущения, что в его «деревянный череп» вставили новый чип.
— Хозяин, вы полностью овладели английским языком. Вы можете свободно переключаться между американским, британским и даже тем ирландским акцентом из Голуэя, который сами британцы с трудом понимают, — отрапортовал Цзян Тан.
Сун Цянь хотел было что-то ответить, но наткнулся на взгляд отца. Поддавшись какому-то наитию, он выпалил:
— Пап, я не тратил деньги на курсы только потому, что я уже знаю английский.
Сказал и тут же пожалел. Сун Жуйшань вскинул брови:
— Ну-ну, заливай больше! Слушай, передо мной можешь хоть сказки сочинять, но при матери — ни слова. Если она взбесится, разгребать мне.
Видя, что отец ему ни капли не верит, Сун Цянь почувствовал азарт. В этот момент у соседа сверху на полную громкость работало «Новости дня» — старик был туговат на ухо.
Диктор: «В восточной части Лондона, Великобритания, произошёл пожар в полицейском участке...»
Сун Цянь мгновенно начал синхронный перевод:
— A fire broke out at a police station in the eastern part of London, United Kingdom...
Диктор: «На месте работают 30 пожарных машин и 175 спасателей...»
Сун Цянь:
— At the scene, there were 30 fire engines and 175 firefighters involved in extinguishing the fire...
Диктор: «На данный момент пострадавших нет, причины возгорания выясняются».
— Currently, there have been no casualties reported due to the fire. The cause of the fire is still under investigation.
Речь лилась плавно, с безупречным лондонским прононсом. Такому произношению позавидовали бы даже иностранные партнеры, с которыми когда-то работал Сун Жуйшань. Это был триумф.