Глава 106. Старый одноклассник сгорает от стыда. С каких это пор Сун Цянь стал таким крутым?
Стрелки часов перевалили за восемь вечера — рабочее время давно закончилось. Смартфон в кармане Сун Цяня задрожал от непрекращающейся вибрации. Бросив беглый взгляд на экран, он увидел иностранный номер.
Лю Найэнь трусил рядом, словно верный оруженосец, нагруженный сумками. Он потянул Сун Цяня за рукав, указывая на вывеску:
— Слушай, зайдём в «К-кофе»? Там новинка — игристый американо со вкусом травяного чая «Ван Лао Цзи». Я мигом куплю!
«Игристиый американо со вкусом травяного чая?..» — Сун Цянь на секунду запнулся, гадая, может ли напиток с таким нелепым названием быть хотя бы отдалённо съедобным. Впрочем, сейчас было не до дегустаций — звонок требовал немедленного ответа.
Приняв вызов, Сун Цянь заговорил на безупречном, полном изысканных интонаций английском. Он замер посреди улицы, и свет фонарей, падая на его плечи, создавал эффект естественного фильтра. При росте в сто восемьдесят шесть сантиметров он выделялся в шумной толпе ярче, чем модель с рекламного плаката.
Прохожие невольно замедляли шаг, бросая на него восхищённые взгляды. А когда до их ушей донеслась плавная иностранная речь, интерес перерос в истинное благоговение. Красивый парень, да ещё и так свободно изъясняется на английском — редкое зрелище.
Одна девчушка, раскрасневшись, сжимала в руках телефон и терпеливо ждала в стороне, пока он закончит разговор, надеясь попытать удачу. Увы, её планам не суждено было сбыться.
Рослый мужчина, чей рост лишь немногим не дотягивал до метра восьмидесяти, бесцеремонно оттеснил девушку плечом. Он сиял, как начищенный медный таз, протягивая два стакана кофе.
— Цянь-эр, держи бодрящее! — в его голосе сквозила почти собачья преданность.
Сун Цянь посмотрел на растерянную девушку, затем перевёл взгляд на Лю Найэня и многозначительно промолчал. Но тот истолковал паузу по-своему:
— Что? Тебе ещё и трубочку вставить? Ладно-ладно, не ворчи, сейчас всё сделаю! — Лю Найэнь заискивающе улыбнулся, а его тон стал почти нежным.
Девушка, не обращая внимания на кольнувшую от резкого движения лодыжку, поспешно убрала телефон. Какое там «познакомиться»... Такие красавчики явно принадлежат другим мужчинам! С гримасой горького разочарования она поспешила скрыться в толпе.
— Сун Цянь, когда это ты так натаскал свой английский? — спросил Лю Найэнь, когда они двинулись дальше.
— Самоучка, — коротко бросил тот.
— Слишком уж быстро для самоучки. — Лю Найэнь прищурился, воскрешая в памяти школьные годы. Сун Цянь тогда учился неплохо, но до такого уровня ему было как до Луны. Неужели за десять лет можно освоить язык до уровня носителя?
Сун Цянь лишь загадочно улыбнулся. Лю Найэнь всегда был отличником, его оценки по всем предметам, кроме английского, были блестящими. Именно провал на экзамене по иностранному языку закрыл ему двери в университет мечты. Английский до сих пор оставался занозой в его сердце. Сун Цянь опасался, что если они продолжат эту тему, Лю Найэнь непременно спросит: «Как ты это сделал? Поделись методикой». А как объяснишь обычному человеку наличие «читов»?
— Ну ты и скромник! — Лю Найэнь хлопнул его по плечу, приняв улыбку за проявление кротости. Решив сменить тему, он отхлебнул американо и едва не выплюнул его обратно. Сморщившись, он с трудом проглотил варево и спросил:
— Ты сейчас с иностранцем говорил? Из какой страны?
— Из Страны Белых Одежд, — ответил Сун Цянь. Он тоже сделал глоток и почувствовал, как к горлу подступает ком. Но, раз уж Лю Найэнь купил это чудо кулинарии, стоило проявить уважение и не выливать его сразу.
— Ого! Твои дела зашли так далеко?
— Угу, недавно подписали с ними несколько контрактов.
Глаза Лю Найэня азартно блеснули. Теперь он смотрел на старого друга совсем иначе.
— Неудивительно... Ты стал совсем другим. Осанка, манера речи, то, как ты держишься с людьми.
Для Лю Найэня Сун Цянь всё ещё оставался тем парнем из старших классов. В те времена Сун Цянь был вечно подавленным и хмурым, словно человек, который с рождения не видел солнца. Когда он взял академический отпуск на год, все решили, что на его будущем можно ставить крест. Но, к всеобщему изумлению, вернувшись, он стиснул зубы и блестяще сдал выпускные экзамены. После этого их пути разошлись на целое десятилетие.
— Может, присядем вон там? Столько лет не виделись, — предложил Лю Найэнь.
— Идёт.
Они направились к скверу в центре улицы. В беседке парка собралась стайка стариков. Дедушки наперебой демонстрировали свои таланты: кто-то выводил трели на флейте, кто-то терзал струны эрху, а кто-то надувал щеки над соной. Мелодии, подхваченные ветром, забирались под одежду.
Поначалу звуки были даже приятными — флейта и эрху создавали атмосферу старой доброй классики. Но когда началась основная часть и в дело вступила пронзительная сона, Сун Цяню стало не по себе. Вкус американо с «Ван Лао Цзи» начал бродить во рту, а душераздирающие вопли соны раз за разом били по нервам. Сун Цяню казалось, что его провожают в последний путь...
Лю Найэнь же, напротив, довольно покачивал головой в такт. Когда стих последний аккорд, он неистово зааплодировал:
— Браво, дедули! На бис!!!
Старики воодушевились:
— Молодец, парень! Сразу видно — ценитель!
Сун Цянь посмотрел на друга с нескрываемым ужасом.
Им пришлось выслушать ещё час игры на соне. Сун Цянь чувствовал, как его сознание медленно рассыпается на куски. Наконец, Лю Найэнь с довольным видом поднялся, и они направились к выходу из парка. На самом деле, пока звучала музыка, Лю Найэнь не бездельничал — он потихоньку гуглил компанию Сун Цяня.
[Компания «Шэнъюань Новые Материалы» получила заказ на 3 миллиарда долларов от Страны Белых Одежд]
[Компания «Шэнъюань Новые Материалы» подписала контракт на 2 миллиарда долларов со Страной Кувейт]
[...]
Заголовки финансовых новостей пестрели названиями компании его друга. Лю Найэнь и раньше догадывался, что Сун Цянь стал большим боссом, но когда эти догадки обрели форму «миллиардов долларов», масштаб реальности обрушился на него всей своей тяжестью. Он осознал, насколько велик стал человек, идущий рядом. И то, что такой гигант сидит с ним в обычном парке и слушает фальшивую сону, заставило Лю Найэня почувствовать себя польщённым.
— Сун Цянь, ты теперь такая шишка... Небось, презираешь старого одноклассника за бесполезность? — внезапно спросил Лю Найэнь, и в его голосе проскользнула горечь.
— С чего бы это? — Сун Цянь удивлённо покосился на него. — Мы столько лет знакомы. Разве наш староста когда-нибудь презирал меня?
Он пошёл вперёд, глядя на бесконечный поток машин вдали, словно погружаясь в воспоминания.
— В тот год, когда я взял перерыв в учёбе, на мой день рождения ты подарил мне баскетбольный мяч «Spalding». Помнишь?
— Да это просто мяч, — отмахнулся Лю Найэнь. — Приз за полторы тысячи метров на школьной спартакиаде.
— Для тебя — просто мяч. Но я тогда даже в школу не ходил, а ты всё равно пришёл и вручил его мне. — Сун Цянь знал, что тот подарок был попыткой вытащить его из депрессии, заставить хоть немного подвигаться и отвлечься.
— Ну, я же был старостой, — пробормотал Лю Найэнь. Заботиться об одноклассниках — прямая обязанность.
Плотина молчания прорвалась, и разговор потёк сам собой. Они делились историями из жизни и работы. Староста сетовал на начальника, который вечно вставлял палки в колёса, а Сун Цянь рассказывал о командировках в Страну Белых Одежд и приёмах у короля. Несмотря на то, что их миры теперь были бесконечно далеки друг от друга, ни один не выказал и тени скуки.
Сун Цянь терпеливо анализировал проблемы друга, а Лю Найэнь с упоением расспрашивал о том, каких знаменитостей тот видел на королевском банкете.
— То, что ты говорил про системы хранения энергии... Звучит чертовски круто, — признал Лю Найэнь. Он слышал, что страны залива буквально дерутся за контракты с компанией Сун Цяня, но до конца не понимал сути технологии.
— Будет время — заглядывай ко мне в офис. Я лично проведу тебя по цехам и всё объясню.
— Серьёзно? — Глаза Лю Найэня загорелись, и даже мерзкий американо в его руке на миг показался вкуснее.
— Конечно. Если наш многоуважаемый староста желает почтить мою скромную компанию своим визитом, я буду только рад! Я серьёзно: приходи в любое время. Даже если я буду занят, пришлю секретаря, она всё покажет.
— Ну, смотри, я ведь и правда приду, господин президент Сун!
— Перестань паясничать. Мы же свои люди.