Глава 87.2 - Драконы и волшебники
Азриэль медленно закрыла и открыла глаза. Над ее головой простиралось ночное небо, на котором ярко сиял полумесяц. То, о чем сказал ее брат-близнец, было далекой мечтой, подобной луне в ночном небе. Все оказалось намного масштабнее, чем история, которую она ожидала. Она перевела дыхание и тщательно подобрала слова.
— Получается, что страж предотвращает возрождение магической цивилизации, а цель твоей госпожи противоположна, и она хочет возродить магическую цивилизацию, верно?
— Да, — согласился Бенхирам.
— Предотвратить развитие магии — и есть долг стража? Правда?
— Да. Это то, что делает Рёма Решит, — сказал он.
Азриэль покачала головой.
— Я не могу в это поверить.
— Я понимаю. Должно быть, трудно смириться с тем фактом, что тот, кто тебе так сильно нравится, совершает подобные поступки.
— Нет, я не это имела в виду. Это значит, что есть что-то, чего я не понимаю, — объяснила Азриэль.
— Что? — непонимающе переспросил Бенхирам.
Азриэль высвободила руку из хватки Бенхирама и посмотрела на него ясными глазами.
— Мой фамильяр — это искусственный фамильяр, созданный в древние времена. Он сказал, что стражи — это те, кто сражается с драконами. Это совершенно не похоже на то, что ты говоришь.
— Его слова тоже верны, потому что стражи древних времен действительно так и делали. Они были теми, кто поклялся защищать людей от драконов, — Бенхирам пожал плечами и прошептал: — Вот, почему Рёма Решит — разбитый страж, который стал хуже за тысячу лет.
— Почему хуже? — спросила она.
— Рамхита, ты знаешь о процессе, который проходит волшебник, чтобы стать стражем?
— Он вырывает и запечатывает свое сердце?
Бенхирам продолжил:
— Ты точно знаешь, что это значит?
Она не знала. Это было все, что знал Марти, а Рёма не мог рассказать.
Когда Азриэль отрицательно помотала головой, Бенхирам объяснил:
— Сердце, которое он запечатывает — это настоящее сердце и человеческий разум одновременно.
— Человеческий разум? — повторила девушка.
— Человеческие чувства, вроде… любви, милосердия, сострадания и ярости, — уточнил ее брат.
Она должна была принять это, как только услышала, потому что это объясняло чувство, которое она испытывала, наблюдая за Рёмой. Он легко убивал волшебников, потому что не испытывал ни жалости, ни сострадания.
«Но... если он запечатал свои чувства, почему он так относится ко мне?»
Рёма раскрыл ей свои эмоции. Недавно он даже рассердился на нее. Азриэль думала, что Рёма считал равными только людей, обладающих магией глаза дракона, и именно поэтому относился к ней по-другому.
«Но если дело не в этом, а в том, что он запечатал свои эмоции, то Рёма вообще не должен испытывать ко мне никаких чувств. Неужели, Бенхирам ошибается? Или...»
Юноша спокойно объяснил:
— Необходимо отделить свое сердце и убрать эмоции, которые могут отвлечь от битв. Только так можно сражаться с драконами.
— Ты хочешь сказать, что у Рёмы нет сердца, и он не испытывает эмоций?
— Рамхита, ты знаешь историю о том, почему его называют Волшебником Горизонта?
— Знаю. Он вышел победителем, сразившись с черным драконом. Битва шла в течение семи дней и ночей, — ответила девушка.
— Этот черный дракон был последним драконом, — заявил он.
— Последним?
— После убийства последнего дракона прошла тысяча лет,и не осталось драконов, с которыми нужно сражаться. Долг, который страж должен был выполнять, исчез, — сказал Бенхирам.
— Он лишился своей цели… — шокированно пробормотала Азриэль.
— Да. Стражи — это те, кто вырвал свои сердца, чтобы защитить людей от драконов. Но продержаться столько лет после потери этой цели? Это невозможно.
— Но у Рёмы есть цель, — возразила она.
— Обычно стражи держались группой, но по прошествии тысячи лет не осталось никого, кроме него. Разве ты не знаешь, что это значит? — спросил Бенхирам.
— Хочешь сказать, что Рёма сошел с ума из-за того, что прошел через это? Говорить, что он сломлен только потому, что не исчез — это всего лишь глупые рассуждения! — закричала она.