Глава 544. Восхождение в Истинные Бессмертные
Небо и Земля исказились.
На мгновение я не мог понять, что происходит. Но тут же осознал ситуацию.
«Кровный Звук… самоуничтожение?..»
Я вспомнил, как в последний миг Кровный Звук, испустив свет, подобный сумеркам, взорвался с невообразимой [Силой]. И как моих товарищей отбросило этим взрывом куда-то за пределы Царства Солнца и Луны.
И я понял, в каком положении нахожусь сейчас.
«Я… а-а… вот как».
Все было развеяно в прах. Вся моя плоть и особая способность, Небо, Земля, Разум, Колея, даже сила, которую добавила Ким Ён. Все стало космической пылью, и лишь одинокое сознание парило в пространстве.
И даже в этом состоянии я чувствовал, как с каждой секундой приближается [смерть].
Стало немного досадно. Всю 999-ю регрессию я отчаянно цеплялся за жизнь, но в итоге не смог увернуться от взрыва Кровного Звука и вот так бесславно умираю.
«И все же…»
Я жил изо всех сил. Это была жизнь, о которой без преувеличения можно было сказать, что я вложил в нее всего себя. Безумно обидно, но… и эту смерть я могу принять.
Когда я так подумал, ву-у-унг! Я вдруг заметил, что мое сознание затягивает «куда-то».
«Э-это…»
Я вздрогнул и посмотрел туда, куда меня затягивало. Там было Солнце, красно-желтое, с нежным алым оттенком, как свет на заре. Солнце было прекрасно. Я чувствовал, как один лишь его свет озаряет и согревает всю вселенную. Но, увидев его, я покрылся мурашками до глубины души.
В центре Солнца, в самом его ядре, что-то сияло. Это было существо в древнем одеянии, с императорским венцом на голове и красно-желтой маской на лице.
Как только я осознал его, [мудрость], исходящая от него, подсказала мне, кто это.
Третий Престол Восьми Бессмертных Света.
Небесный Монарх Солнца!
«К-как такое…!»
Один из властителей Кванмёнчжона притягивал мою душу. Он держал руки на уровне груди, почти соприкасаясь ладонями, и собирал между ними свет. И в этом свете я чувствовал знакомую энергию. Это была моя [плоть]!
То существо воссоздавало мою плоть, развеянную Кровным Звуком в космическую пыль, и на ее основе призывало мою душу.
«Он пытается меня возродить?!»
Но чем ближе сила притяжения подносила меня к тому существу, тем яснее я понимал, что это не так.
«Э-это!..»
И, поняв, что оно делает, я не мог не ужаснуться.
«Э-это безумие… такое возможно?! Даже если он один из высших Истинных Бессмертных… как… как!..»
Д-д-д-д-д!
Мое сознание начало стремительно превращаться в силу притяжения. После стадии Разрушения Звезд, начиная со стадии Формирования Звезды, можно было отчасти контролировать этот процесс и заставить превращенное в силу притяжения сознание действовать как настоящее с помощью искусства бессмертных Восьми Принципов. А с уровня Открытия Мира можно было и обратить этот процесс вспять. Но я, хоть и достиг этого уровня, никак не мог противостоять превращению моего сознания в силу притяжения под действием Небесного Монарха Солнца.
Почему начиная со стадии Разрушения Звезд сознание превращается в силу притяжения? Почему именно с этой стадии начинается серьезное освоение искусства бессмертных? Возможно… потому что стадия Разрушения Звезд – это подготовительный этап к ритуалу восхождения в Истинные Бессмертные.
Ритуал восхождения в Истинные Бессмертные был таков: по тому же принципу, по которому я когда-то перед Чинругоком полностью выпустил ци смерти Еретического Три Тхэгыка, сознание постепенно превращается в силу притяжения, и эта сила достигает своего пика. Затем она начинает сжиматься, пока не сожмется в единую точку, уничтожив все, чем был совершенствующийся. Так, однажды сжатые плоть и особая способность Истинного Человека вновь расширяются, попадают в Пустое Пространство, постепенно распадаются и превращаются в Ши. А душа Истинного Человека, пережив полное уничтожение, направляется в [Царство Смерти], чтобы объединить в себе «жизнь и смерть», а затем явить искусство бессмертных, которое она создала, пройдя путь от стадии Разрушения Звезд до стадии Открытия Мира.
Вокруг этого искусства рождается существо, полностью принявшее жизнь и смерть. И в Трех Тысячах Великих Миров его называют Истинным Бессмертным.
Если вкратце: со стадии Разрушения Звезд сознание начинает превращаться в силу притяжения, на стадии Формирования Звезды совершенствующийся учится контролировать эту силу с помощью искусства бессмертных, а на стадии Открытия Мира доводит ее до абсолютного пика. И восхождение в Истинные Бессмертные – это сжатие этой силы до пика, чтобы уничтожить себя, сбросить оболочку своей жизни, объединить жизнь и смерть и стать совершенно новым существом.
Это было то просветление, которое я получил перед Чинругоком, и тот ритуал восхождения, который я подтвердил, сверяясь с Ёхи.
И… Небесный Монарх Солнца сейчас насильно притягивал мою душу, чтобы [зачерпнуть] силу [Царства Смерти], насильно объединить ее со мной и принудительно повысить мой ранг.
«Н-нет!..»
Я снова вспомнил предупреждения Ян Суджина и бесчисленных других высших существ.
Остерегайся света!
«Нельзя попадаться Небесному Монарху Солнца!..»
Я чувствовал это. Это существо вовсе не из симпатии ко мне решило помочь мне с восхождением. Я ощущал чистый злой умысел. И я понял, что этот злой умысел связан с уничтоженными мной Семью Небесными Владыками Большой Медведицы.
«Семь Небесных Владык… заключили какой-то договор с Кванмёнчжоном? Я уничтожил их проекции, и теперь меня хотят схватить и что-то со мной сделать?!»
Точно я не знал. Но одно было ясно: ни в коем случае нельзя было позволить Небесному Монарху Солнца совершить мое повышение. Если он это сделает, я, может, и не умру, ведь он сам черпает силу смерти и проводит ритуал за меня. Но я вспомнил слова Кровного Звука: за каждое пророчество есть цена. И вспомнил [мудрость], которую он мне вложил: «За каждое пророчество есть цена. И Силы Света, считающиеся вершиной пророчества, всегда славились тем, что перекладывали свою цену на других».
Я предчувствовал, что если я пройду восхождение под его началом, то на вечность буду прикован к Кванмёнчжону цепью, выплачивая цену за свое вознесение. Со мной будут обращаться хуже, чем с домашним скотом, хуже, чем с одушевленным кораблем бессмертных.
«Нужно вырваться!..»
Я отчаянно пытался вырваться из его хватки. Но поскольку он воссоздал мою плоть и формировал силу притяжения, я понимал, что так просто мне не сбежать. Все, что я мог сделать сейчас, оставшись лишь душой, — это… переместиться в одно из четырех измерений, наложенных на эту звездную систему.
«Ч-черт побери…»
Я с ужасом оглядел четыре измерения. В Реке Истока бешено металась воля Семи Небесных Владык. Будучи прямыми учениками Небесного Владыки Времени, они, очевидно, схватят меня, если я туда сунусь. Я посмотрел на Сад Небесной Пещеры и загробный мир. Несравненно [глубокая и древняя тьма], с которой не могли сравниться ни Небесный Монарх Солнца, ни Семь Небесных Владык, заполняла их. Даже Сад Небесной Пещеры был поглощен тьмой [Древнейшего] и казался мрачным.
«Н-нет…»
Я чувствовал это. Передо мной стоял выбор: либо попасть в руки Небесного Монарха Солнца и вознестись с помощью Сил Света, либо войти в объятия [Древнейшего] и вознестись, приняв жизнь и смерть своими силами.
«Выберу Царство Жизни – попаду к Небесному Монарху Солнца и стану рабом Кванмёнчжона. Меня ждут адские дни, когда Небесный Владыка Меча и Пика будет каждый день фамильярно похлопывать меня по плечу. Но выберу [Царство Смерти] — попаду к [Древнейшему] и на веки вечные буду превращен в чучело…»
Буквально выбор между жизнью и смертью! «Если я умру сейчас… смогу ли я вернуться?» Я задумался, но мне показалось, что и это не вариант. [Древнейший] может преследовать меня и сквозь регрессии. И сейчас он, сменив свое обычное равнодушие, поглотил даже область Сада Небесной Пещеры и вывел свою волю на внешний круг Преисподней, чтобы поймать меня. «Если я вернусь, меня поймают!»
За мгновение, показавшееся вечностью, я перебрал бесчисленное множество вариантов. Но вскоре понял.
«…Вспомнить, так всегда и было».
Да. Мне всегда навязывали жестокий выбор, и я мучился, раздумывая над предложенными путями. Но, если подумать, всегда был и другой путь. Просто я не решался бросить все и рискнуть.
«…Смогу ли я».
Я отвернулся от Преисподней и Небесного Монарха Солнца и посмотрел на другое измерение.
Пустое Пространство. Область смерти, наиболее близкая к Царству Чистоты. Возможно, эта попытка приведет меня к полному уничтожению души. Смерть. Окончательная смерть.
«Смогу ли я… отбросить жизнь?»
Я оглянулся на свою прошлую жизнь. Начиная с 0-й регрессии, до возвращения, и 1-й регрессии, с которой все началось. И до нынешней, 999-й. Во всех этих жизнях я жил изо всех сил. «Попаду в Кванмёнчжон – проживу всю жизнь рабом, но когда-нибудь появится надежда. Попаду в загробный мир… не знаю. Информации о нем еще меньше. Но ясно одно: там придется провести невыносимо долгое время. Я-то выдержу, но…»
Не было особой надежды, что мои товарищи смогут пережить это долгое время и увидеть меня снова.
«…Все-таки».
Какой бы путь я ни выбрал, в итоге я отдалюсь от своих связей. Но… войдя в царство истинной смерти, я смогу обрести более сильную надежду. «Даже если я умру здесь…»
Я оставлю свой след в Пустом Пространстве. Оставлю след своей жизни, чтобы когда-нибудь те, кто меня знает, увидели его. И… стану зачином, который позволит моим товарищам достичь величайшей истины этого мира, равной судьбе, — Царства Чистоты. Если не смогу встретиться с ними при жизни, то достигну своих связей после смерти.
Я отпустил все. У меня никогда не было особой привязанности к жизни. С самого начала я желал лишь места, где мог бы упокоиться с миром.
Ки-ри-ри-рик!
Вокруг моей души поднялось незримое марево. Это было полярное сияние. Я почувствовал, как Небесный Монарх Солнца вздрогнул. Даже для такого могущественного существа, как он, мой выбор казался невероятным. Из области [Древнейшего] донеслась многозначительная вибрация. Не знаю, о чем он думал, но я понял, что это немного нарушило его планы.
«Вперед, Меч Непостоянства».
Ву-у-унг!
Я, окутав свою душу своим искусством бессмертных, своей жизнью, превратившейся в полярное сияние, устремился в Пустое Пространство. Достигнув его, я наконец понял то, чего не знал раньше. «Мой даньтянь… не был завершен». Как и восхождение в Истинные Бессмертные рождается из слияния жизни и смерти, так и даньтянь становится совершенным, лишь пережив и то, и другое.
«…Вперед».
В царство чистой смерти.
Я отточил свое сознание, чтобы войти в совершенно новое Царство Чистоты, свободное от взгляда света и взгляда загробного мира. Стойка для входа в самое глубокое место, где не могут найти ни жизнь, ни смерть.
Куньлунь!
Так я, ради ритуала восхождения в бессмертие, достиг царства смерти. Я не знал, прервется ли на этом моя регрессия, смогу ли я обрести вечный покой. Вероятно, если я потерплю неудачу, регрессия прервется, я обрету вечный покой и стану зачином для моих товарищей, чтобы они в будущем смогли достичь этого Царства Чистоты и освободиться от небес. Если же я преуспею, то вознесусь как Истинный Бессмертный и должен буду снова жить. Любой исход меня устраивал.
Ки-рик, ки-ри-ри-ри-ри-рик…!
Я почувствовал, как что-то неприятное притягивает меня. Это было явное ощущение возвращения. Чувствуя, как мое сознание распадается в Царстве Чистоты, я начал полностью уничтожать себя, сопротивляясь притягивающей меня особой способности регрессии.
Что победит: возвращение или Куньлунь? Если победит возвращение, меня ждет первый день 1000-й регрессии. Если победю я, меня ждет полный вечный покой. Любой исход меня устраивал, и я, укрывшись в Царстве Чистоты, закрыл глаза.
Это было мое тысячное возвращение. И одновременно мой ритуал восхождения в бессмертие.
* * *
*
* * *
«…Где это я…»
Я открыл глаза. И увидел перед собой свечу, испускающую белоснежный свет. Почему-то этот свет показался мне похожим на тот, что я видел на Острове Пэнлэ.
Са-а-а-а-а…
Вокруг, кроме этой свечи, была лишь кромешная тьма. И я вдруг понял, что одет в монашеское одеяние Дынгсонхян раннего периода. Мое тело было телом Со Ынхёна времен Земли, без всякой закалки, и я не чувствовал в нем ни капли магической силы или энергии. Это не было похоже на то, как меня пригласили в «мир иллюзорного сна» на Острове Пэнлэ. Это было нечто более фундаментальное. Да… словно моя душа была заточена в возможности моего прошлого, моей собственной силой истории.
И, осознав это, я почувствовал, как по всему телу пробежали мурашки.
«Э-это…»
Дыхание перехватило. Ведь я уже сталкивался с чем-то подобным раньше.
Колыхаясь, пламя свечи перед глазами создало призрак. Это был то ли призрак девушки из горной деревни, которая, чтобы свести концы с концами, ходила на заработки в дом важного господина, то ли призрак монахини, всю жизнь посвятившей поиску Истины, то ли призрак двуглавого властителя. Но страшнее всех этих призраков было существо, находящееся [за ними].
— Ха-ах… ха-ах…
Чувствуя удушающее давление, я невольно пал ниц и поклонился. В отличие от того раза, когда я поклонился под давлением Ён Сына, этот поклон был вызван ужасом, исходящим из самой глубины моего существа. Существо за призраком что-то [рисовало]. За пламенем свечи смутно виднелась… буддийская храмовая картина.
Когда существо закончило рисовать, мерцающий перед глазами призрак застыл. Это был [Некто] с лицом Ким Ён. Существо открыло рот.
— Доволен ли ты был своим путешествием до сего момента?
Я, обливаясь холодным потом, задрожал. Похоже, мой ход Куньлунем провалился.
— Нет, раз ты здесь, значит, он увенчался успехом, — с легкой улыбкой спросил призрак свечи с лицом Ким Ён.
«Меня читают…»
Я решил, что лучше не строить неуклюжих планов, а склонить голову и выказать почтение существу передо мной.
— Простой Путь Человека Со Ынхён… приветствует [Древнейшего].
Женщины, при встрече с которыми искажалась сама история. Небесный Владыка Преисподней, преследовавший меня сквозь регрессии, идя против течения истории. [Владыка Дворца Черепов и Черного Призрака], о котором говорил Юо. Все это было одно и то же существо. Глубочайшая и величайшая тьма. Древнейший. Небесный Владыка Преисподней. Бог смерти. Владыка Преисподней.