Глава 47. Запрет (2)
Запрещено?
Мне?
Мне стать совершенствующимся?
— Наставник, ученик не совсем понимает и хотел бы спросить.
— …Что?
— Вы хотите сказать, что мандат/предназначение действительно существует?
— Да… существует. То, что мы, люди, называем судьбой, несомненно, есть, и оно влияет на все живые существа Сансары.
У меня дрожали кончики пальцев.
— Если мандат/предназначение реально, то разве у живых существ есть свобода воли?..
Если свобода воли не существует, и все предрешено, то какой во всем этом смысл?..
— Ну… не совсем так. Совершенствующиеся, получившие духовную силу от небес и разрешение от семи звезд, управляющих движением небес, с 7-го уровня стадии Очищения Ци начинают смутно видеть саму судьбу. Ты просто научился у меня знаниям о небесных явлениях и тому, как читать по звездам. Но с того момента, как небо дарует свое разрешение, совершенствующемуся позволяется смутно видеть то, что зовется небесной механикой.
Наставник продолжал объяснять:
— Конечно, человек не может воочию узреть нечто столь грандиозное, как судьба. Но… самые основы прочесть возможно. Начиная с 7-го уровня стадии Очищения Ци, совершенствующийся может прочесть свою продолжительность жизни и узнать, сколько ему осталось.
— Продолжительность жизни?.. Вы хотите сказать, что продолжительность человеческой жизни действительно предопределена?
— Да.
— В таком случае… зачем нужны совершенствующиеся? Почему они продолжают практиковать, зная, что их жизнь предрешена?..
— Потому что… хотя продолжительность жизни и определена, она не абсолютна.
Продолжительность жизни не абсолютна?
— Например, у совершенствующегося стадии Очищения Ци продолжительность жизни такая же, как у смертного. Но начиная со стадии Накопления Ци, с каждым новым уровнем он получает от небес новую жизнь. Стадия Накопления Ци дает триста лет, стадия Формирования Ядра – шестьсот, стадия Зарождения Души – около тысячи двухсот, а стадия Небесного Человека – около двух тысяч четырехсот лет. Конкретные цифры у всех разные, но, повышая свой уровень, совершенствующийся получает от небес новую продолжительность жизни. Поэтому само его существование вносит изменения в небесную механику, и с древних времен совершенствующихся называли бросающими вызов Небу.
— …Значит, и я не могу получить новый мандат/предназначение совершенствующегося?
— …Не совсем так. Хотя и говорят, что человек может получить новый мандат/предназначение, на самом деле небеса, скорее, с самого начала даруют «судьбу, способную превзойти продолжительность жизни».
Его лицо помрачнело.
— Врожденный талант, врожденные духовные меридианы, врожденное постижение. Именно эта врожденная судьба и становится критерием, определяющим, можешь ли ты изменить свою продолжительность жизни или нет.
— Вы хотите сказать… что мне от рождения суждено не стать совершенствующимся?.. Что мне от рождения предначертано не суметь превзойти свою судьбу?..
— …Похоже, что так.
Я ошеломленно переспросил:
— Тогда… неужели совсем нет способа?..
— …Судя по тому, что я нашел, нет. …Прости.
— Определенная небесами продолжительность жизни… Я не понимаю. Разве небеса – это не просто понятие? Не просто название для голубого неба над головой?
— Это не просто название. Законы, по которым движется этот мир… великие и грандиозные принципы… вот что такое небеса…
Вот оно что.
Небеса, этот мир, не принимали меня.
— Мы все рождаемся, растем и умираем с судьбой, данной нам небесами. И хотя совершенствующихся называют бросающими вызов Небу, это лишь образное выражение для тех, кто вносит изменения в небесную механику. На самом же деле, ни один совершенствующийся не смеет выйти из-под милости небес, что породили его. Поэтому, хотя и говорят, что можно преодолеть продолжительность жизни, на самом деле даже судьбу преодолеть ее даруют небеса…
Наставник взял меня за руку и сказал:
— …Я тоже… был таким. Хотя со мной и нельзя сравнить.
Его голос дрожал.
— Я всю жизнь старался и старался. Плел ручные печати до крови на пальцах, читал заклинания до хрипоты в голосе. Так, потратив всю жизнь, я едва достиг стадии Накопления Ци… Но, как оказалось, с моим талантом начальная стадия Накопления Ци – это мой предел…
Наставник был обладателем Трех Духовных Корней.
Его духовный корень был истинным, но духовные меридианы – тонкими, а с рождения в теле было много нечистой ци, поэтому он так и остался на начальной стадии Накопления Ци.
— Я одержимо следовал пути «сначала просветление, затем понимание» и всю жизнь посвятил изучению формул закона и заклинаний, чтобы… чтобы младшие последователи, прочитав мои заметки и озарения, могли даже с недостаточным талантом достичь как можно более высоких сфер. И ты, обладатель пяти духовных корней, рожденный простым смертным, достиг 7-го уровня стадии Очищения Ци… Ты блестяще доказал ценность того, к чему я стремился… Но, видимо, у каждого человека… есть свой удел.
Те же слова, что я услышал в день нашей первой встречи.
Но тогда они были обращены ко мне, а сейчас – к нему самому.
— Прости, что у тебя такой никчемный Наставник. Прости, что с таким мандатом/предназначением я ничего не могу для тебя сделать…
— …Нет. Это я… прошу прощения, что оказался таким никчемным учеником…
Две бездари, стиснув зубы, извинялись друг перед другом.
— Я больше… ничего не могу для тебя сделать. Но… хоть это и бесполезно… я хотя бы попытаюсь. Буду искать в древних текстах и ритуалах способ, как тот, кому не суждено быть совершенствующимся, может получить разрешение небес…
— …Спасибо.
— Что может сделать тот, кого отвергли небеса… Небеса определили наш мандат/предназначение, но они не определили, как мы проживем свою жизнь в его рамках… Поэтому я буду бороться вместе с тобой до самого конца.
Наши взгляды встретились.
— И это… все, что я как Наставник могу для тебя сделать.
«…»
Я ничего не ответил.
Я лишь крепко сжал губы и опустил голову.
Слов не было, но мы понимали друг друга.
* * *
С того дня моя жизнь сильно изменилась.
Я больше не плел ручные печати до крови и не практиковал техники.
Вместо этого я вместе с Наставником пропадал в хранилище клана Чхонмун, разыскивая всевозможные древние тексты, книги о ритуалах и небесной механике.
«Каковы критерии, по которым небеса одним даруют разрешение, а другим – нет?»
Дело в моей внутренней силе?
Или в том, что мастер боевых искусств, изначально не имевший духовного корня, достиг Пяти Ци, Сходящихся к Началу и насильно его обрел?
Или в том, что я пришел из другого мира?
Или в моей регрессии?
А может, моя судьба просто такова?
Однако в древних текстах сведения о людях, отвергнутых небесами, были настолько редки, что найти что-либо было почти невозможно.
Но, читая книги о небесах, небесной механике и судьбе, я начал немного лучше понимать это понятие.
Говорилось, что с 7-го уровня стадии Очищения Ци совершенствующиеся начинают читать свой мандат/предназначение.
Конечно, не в деталях, а лишь примерно зная, какова их продолжительность жизни.
С повышением уровня они узнавали, сколько им осталось, все точнее.
Совершенствующийся стадии Накопления Ци мог очень смутно предчувствовать, будут ли грядущие события для него благоприятными или нет.
На стадии Формирования Ядра это предчувствие становилось точнее, и он мог уже более детально различать удачу и неудачу в грядущих событиях.
Информации о том, насколько развито чувство судьбы у тех, кто достиг стадии Зарождения Души и выше, не было, но говорилось, что оно точнее, чем у совершенствующихся стадии Формирования Ядра.
Я также нашел книгу, в которой рассматривался вопрос о свободе воли человека.
Например, если смертный, которому небеса даровали восемьдесят лет жизни, действительно ли проживет ровно восемьдесят лет? Что будет, если какой-нибудь злонамеренный совершенствующийся убьет его одним ударом?
Ответ был таков: небеса лишь даруют судьбу, но им безразлично, пройдет ли существо свой путь до конца.
Одним словом.
Человеку дается путь под названием «судьба».
Но из-за внешнего давления или по собственной воле некоторые не проходят до конца даже тот путь, что был им предначертан.
«Вот как».
Читая книги о судьбе, я размышлял о том, что случалось со мной раньше.
«Несмотря на то, что в первой жизни мое здоровье и состояние тела были совершенно иными, во множестве жизней я умирал ровно в один и тот же день, в один и тот же час, в одно и то же мгновение».
Разве такое возможно с точки зрения вероятности?
Даже при том, что состояние моего здоровья менялось в каждой жизни!
Из-за этого я даже думал, что предопределенная мне судьба реальна, и, возможно, у меня нет свободы воли.
Однако в тот раз, когда я обезглавил наследного принца Макри Хёна, я впервые умер раньше своего срока, и это заставило меня задуматься, что, возможно, продолжительность жизни не так уж и предопределена.
Но…
«Согласно объяснению в этой книге, небеса даровали мне около пятидесяти лет жизни. И если я буду идти по пути судьбы, то смогу прожить этот срок. Но из-за внешнего давления или из-за своего выбора и воли, я могу не пройти весь предначертанный мне путь до конца и умереть раньше».
Эта книга утверждала, что судьба – это не жестко заданный сценарий, а скорее, предначертанный человеку путь, и, следовательно, у человека есть свобода воли.
Проблема лишь в том, что выйти за пределы предначертанного пути невозможно.
Книга завершалась мыслью о том, что свободная жизнь во времени, дарованном небесами, — это право и добродетель каждого смертного. Поэтому все существа должны жить свободно и с благодарностью в пределах отпущенной им жизни.
«…Это… похоже на саму книгу».
Мне показалось, что описание судьбы в книге очень напоминало саму книгу.
Автор книги, возможно, хотел вместить в нее очень много.
Но размер бумаги ограничен, и объем книги тоже имеет предел.
Автор пишет свою историю в заданных рамках, но не может выйти за их пределы.
Никакая история не может выйти за обложку книги.
Когда книгу закрываешь, вся история заканчивается.
«Вот оно, понятие судьбы…»
Значит ли это, что для меня здесь действительно конец?..
Неужели я…
«Нет, не значит».
Я стиснул зубы.
Даже если книга закрывается, моя история постоянно возвращается к началу.
И эту судьбу, несомненно, даровали мне небеса.
А если так, то на то должна быть причина.
«Я постоянно преодолевал судьбу…»
В первой жизни мне была уготована участь нищего, который умрет в нищете.
Но что сейчас?
Я оттачивал свое мастерство владения мечом и, несмотря на свой ничтожный талант, достиг легендарного для Мурима уровня Пяти Ци, Сходящихся к Началу.
Я освоил искусство бессмертных, которое, как считалось, доступно лишь тем, кто рожден с духовным корнем, насильно обретя его через достижение Пяти Ци, Сходящихся к Началу.
Пусть судьба и давила на меня.
Я снова и снова ее превозмогал!
— Ответ… должен быть.
Непременно должен быть ответ!
Я, как одержимый, читал и перечитывал древние тексты.
* * *
Однажды.
Наставник, держа в руках один манускрипт, подошел ко мне с совершенно налитыми кровью глазами.
— В верхнем хранилище клана я нашел один древний свиток.
Книга, которую принес Наставник, была без названия, вся ветхая и готовая вот-вот рассыпаться в пыль.
— Прочти.
Я взял книгу и начал читать.
Это был сборник народных сказаний древних времен.
В них рассказывалось о матери и юноше. Однажды лютой зимой мать заболела, и целитель сказал, что вылечить ее может только карп. Но зимой карпа было не достать. Тогда юноша пошел к реке и стал своим теплом растапливать лед, и тут лед сам треснул, и из воды выпрыгнул карп.
Или о слепце, который потерял оба глаза, но так усердно молился небесам, что однажды к нему вернулось зрение.
Или о старике, которому пришел срок умирать, но он тысячу раз совершил жертвоприношение небесам, и его жизнь была продлена, и тот, кто должен был умереть, получил дополнительное время.
— Хоть это и народные сказания, и в основном о смертных, но ведь у них есть нечто общее, не так ли?..
— …Да. В невозможных ситуациях происходили невероятные чудеса.
— Верно. Особенно последняя история в сборнике, о старике, который тысячу раз совершил жертвоприношение и получил дополнительную жизнь… Возможно…
— Вы хотите сказать, что если пробовать снова и снова, то получится?
— Да… Истории в этом сборнике в основном несут в себе урок о том, что искренность достигает Небес. Даже смертные, если приложат все силы, могут растрогать небеса.
Голос Наставника дрогнул.
— …Хотя, конечно, это может означать и то, что все наши до сих пор отчаянные усилия не были искренними.
«…»
Верно.
Кто из нас не старался?
Но как бы мы ни старались, небеса упорно не открывали врата.
Что же делать?
— …Давай продолжать проводить ритуалы.
«…»
— Если небеса откажут раз – попросим десять, откажут десять – попросим сто, откажут сто – будем молить тысячу раз… Будем проводить ритуал снова и снова… и до бесконечности спрашивать, действительно ли это невозможно…
Наставник стиснул зубы и продолжил:
— Спросим, действительно ли мы должны здесь остановиться!..
— …Да, Наставник.
Я посмотрел ему в глаза и твердо кивнул.
* * *
С того дня мы беспрестанно путешествовали по стране, читая по звездам и пытаясь провести ритуал.
Конечно, каждый раз небо затягивали тучи, и связь с духовной силой небес прерывалась.
Однажды мы даже отправились в Государство Ён, на гору Куволь, чтобы провести ритуал там.
Вершина горы Куволь возвышалась над облаками, и Наставник предположил, что если провести ритуал там, то облака нам не помешают.
Но даже на вершине, что была выше облаков, стоило нам начать ритуал, как вскоре еще выше, словно призраки, появлялись новые облака.
Словно небеса были готовы пойти против законов физики, лишь бы не пустить меня на путь самосовершенствования.
Мы с Наставником снова и снова посещали Священные Горы, великие реки и долины, выбирая семь из двадцати восьми звезд и неустанно проводили ритуалы.
Между ритуалами я понемногу изучал у Наставника знания о 8-м уровне стадии Очищения Ци.
8-й уровень, Полный Путь Шести Гармоний, — это этап, на котором шесть направлений – Небо, Земля и четыре стороны света – применялись к Ментальному Сознанию, и магическая сила стимулировала его.
Говорили, что на этом этапе Ментальное Сознание совершенствующегося значительно расширяется, а магическая сила, заполнив все духовные меридианы, делает его намного сильнее.
К сожалению, без завершения 7-го уровня практика 8-го была бесполезна.
Но я упорно усваивал теорию и ее озарения.
В то же время я изредка встречался с Ким Ёнхуном, слушал его рассказы о боевых искусствах и постигал суть Пяти Ци, Сходящихся к Началу.
И время шло.
День, когда моя жизнь должна была оборваться, приближался.
* * *
— Есть ли у тебя вопросы по поводу Пяти Элементов?
— На сегодня больше нет.
— Хорошо, тогда пойдем готовиться к ритуалу.
Мне оставалось жить совсем недолго.
Конечно, у меня была надежда, что после достижения Пяти Ци, Сходящихся к Началу моя жизнь продлится, но, изучив книги в хранилище клана Чхонмун, я понял, что умру в тот же срок, что и раньше.
Мои познания в последнее время значительно продвинулись.
Я достиг не 8-го уровня стадии Очищения Ци, Полного Пути Шести Гармоний, а 9-го – Истока Пяти Элементов.
Конечно, практиковать Технику самосовершенствования 9-го уровня я по-прежнему не мог.
Но в чистом понимании техники я не уступал совершенствующемуся 9-го уровня стадии Очищения Ци.
Недавно я даже начал предварительно изучать материалы по 10-му уровню стадии Очищения Ци – Четырем Символам Праведности.
«Кстати, Четыре Символа Праведности – процесс, в котором девять объединенных потоков духовной сущности, духовных меридианов и духовных изменений снова объединяются в два, — очень мне подходит».
Поскольку главной задачей было объединение меридианов, то, будь у меня время, я бы точно смог достичь этого уровня.
— Так, солнце садится.
Мы с Наставником начали ритуал.
Конечно же, и на этот раз небо затянуло тучами, и поток духовной сущности прервался.
— …И снова неудача.
— …Да.
Наставник кивнул и тихо вздохнул.
И снова.
Я уже сбился со счета, сколько раз мы пытались.
— Ладно, завтра снова попробуем в Пустыне Дапчхон. Кажется, там тучи сгущаются медленнее…
— Наставник.
— Хм, что?
Я, стараясь улыбаться, обратился к Наставнику, собиравшему ритуальные инструменты:
— Я бы хотел, чтобы завтра мы не проводили ритуал.
— Что за вздор? Завтра в Пустыне Дапчхон сойдется Духовная Сущность Неба и Земли. Если не завтра, то когда еще…
— Ученику нужно кое-что сделать. Не могли бы вы отложить ритуал всего на один день?
— Хм… Следующий подходящий день для ритуала будет через месяц. Ты сможешь вернуться в клан Чхонмун за месяц?
Я горько усмехнулся и ответил:
— …Я вернусь.
Через двадцать дней.
Именно в этот день я до сих пор всегда умирал.
В день, когда моя жизнь обрывалась.