Глава 32. Жизнь (6)
Наши боевые духи столкнулись. Какое-то время мы обменивались ментальными ударами, сверля друг друга взглядами. В наступившей тишине вперед шагнул Манхо.
— Мастер, вы собираетесь нарушить свое обещание?
— Обещание?
— Да. Вы ведь обещали, что, если мы уничтожим все владения Клана Макри, вы пойдете с нами на императорский дворец. Вы велели нам выжить ради этого. Так почему вы сейчас забираете свои слова назад? Почему велите возвращаться?
Остальные ученики, источая яростное намерение, подхватили:
— Верно! Почему вы, дав нам обещание, теперь мешаете его исполнить?
— Мы пытаемся выжить, чтобы сдержать слово!
— Мы все вынесли адские тренировки, готовые умереть в любой момент. Так почему!..
Я вгляделся в их мысли. И вновь – цвет, которому не подобрать названия. Но в основном их аура отливала иссиня-черным.
Печаль.
Все они скорбели.
«Вы тоже горюете…»
По своим товарищам, по своим друзьям.
«Простите меня».
Мне было невыносимо жаль и стыдно, как наставнику. Я был недостаточно хорош, и мои ученики погибли.
«Мне так жаль, что сердце леденеет».
Но именно поэтому я не мог отступить.
— Я сдержу обещание. В тот день, когда вы сможете меня одолеть, я пойду с вами на императорский дворец.
Не успел я договорить, как Кехва с кинжалом в руке бросилась на меня.
— В кольцо!
Тут же громогласно скомандовал Манхо, и ученики мгновенно выстроили вокруг меня строй Вольсу – формацию, созданную для борьбы с совершенствующимися. Она была призвана сгладить фатальное преимущество врага: мастера уровня Предела не могли толком распознать намерение совершенствующегося внутри его сознания, в то время как тот видел все их движения насквозь.
«Даже если совершенствующийся видит все твои действия, он не сможет их отразить. Даже если ты не можешь предсказать его движения…»
…этот объединенный строй способен перемолоть любого, кто окажется внутри. Таким был строй Вольсу.
«Он основан на принципах Записи боевых искусств Дворца Небесного Потока, поэтому само его течение мешает восприятию намерения».
Даже если я применю Запись и исчезну из их поля зрения, вырваться из строя будет непросто. Ведь эта техника – не телепортация, а боевое искусство, позволяющее скрыться от восприятия противника, «отрезая» его чувства.
Строй Вольсу был создан для битвы с совершенствующимися, и неважно, предсказуемы твои действия или нет, скрылся ты из виду или нет, — тот, кто попал в ловушку, будет разорван на части. В этом была его суть!
Хоть они и лишились тридцати четырех бойцов, ученики превосходно координировали свои намерения, восполняя пробелы и сжимая кольцо.
Они окружили меня, вращаясь и сокращая дистанцию. Несколько людских стен, вращающихся в разных направлениях, теснили меня, а внутри этого вихря сплетались бесчисленные потоки мысли.
«Они в совершенстве овладели строем Вольсу».
Сами их движения мешали восприятию, и я уже не мог разобрать, чье намерение кому принадлежит. Вместе со странным оптическим обманом, который создавал строй, я потерял их из виду.
— Но этого… недостаточно.
Да, этот строй способен одолеть совершенствующегося. Даже мастер боевых искусств уровня Сбора трех сущностей в вершине будет разорван на части. Однако я уже приблизился к самому пределу этой сферы. Пять Ци, Сходящихся к Началу были уже на горизонте. К тому же, я начал понимать суть Боевого Завета Чжоу Суволя и Канона боевых искусств Чжоу Суволя, которые превосходили Запись боевых искусств Дворца Небесного Потока.
— И с такими навыками вы смеете меня ослушаться? Откуда такая самоуверенность?
В тот же миг, когда моя концентрация достигла предела, я вошел в мир намерения, и передо мной предстали десятки тысяч оттенков мысли. Погрузившись в них, я, благодаря своему озарению, уподобил их намерения своему.
Запись о созерцании совершенствующихся и превосходстве над боевыми искусствами.
Это боевое искусство выходило за рамки простого отсечения мысли и восприятия. Оно развивало озарение Сбора трех сущностей в вершине до абсолюта, позволяя полностью слиться с движениями противника.
Мой меч проник сквозь потоки намерения стремительно вращающегося строя Вольсу. Хоть в их строй и вторглось чуждое намерение, ученики не почувствовали ничего необычного, пока моя фехтовальная стойка полностью не растворилась в их формации.
Будь среди них хоть один, кто достиг совершенства средней стадии Предела и владел нитями меча, он бы что-то заподозрил. Но рост моих учеников был скован мстительными призраками их родных, обитавшими в их верхних даньтянях.
Хруст!
Я без колебаний погрузился в течение строя и обрушил свою Ауру Меча на его поток.
Ба-бах!
В воздух взметнулась пыль. Земля содрогнулась.
— Кх-х!..
— Держать!
Техника Меча Одиночного Зла. Гора за Горой!
Аура Меча раскололась на тысячи осколков и разлетелась во все стороны. Пусть и расколотая, это все еще была Аура Меча – нечто совершенно иное, чем просто рассеянная Ци.
Грохот!
Стойка, изначально созданная для рассеивания Ци меча, теперь, разлетаясь во все стороны, уничтожила их строй.
— Вам меня не остановить! До тех пор, пока вы сами не разорвете эту одержимость, не вознесете души своих родных и не постигнете Истинную Волю!
Строй Вольсу рухнул.
— Разве вашей целью не было стать сильнее и отомстить за свои семьи? Если хотите стать сильнее – избавьтесь от одержимости!
Применив стойку Изгиб Склона, я сотряс землю, окончательно разрушив их формацию, и распылил парализующий порошок. Потратив все свои яды и противоядия в набегах, ученики не смогли устоять и один за другим повалились на землю.
Один из них, по имени Гюсан, что сражался посохом волчьего зуба, посмотрел на меня.
— Как… как нам это сделать? Как можно… заглушить голоса своих родных?.. — его голос дрожал. — Вы… вы не можете нас понять!
Я не смог ему ответить. Все, что я мог, — это силой увести павших учеников. Только это.
— Простите… что я такой никчемный наставник… Пойдемте. Я помогу вам… стать сильнее. Помогу…
— И куда это вы собрались? Я ждал, пока вы закончите хоронить этих смертных, а вы тут устроили потасовку… Вот же эти мастера Мурима.
Старейшина Главный Смотритель, спустившись на летающем магическом артефакте, прервал меня, цокнув языком.
— Смешные вещи говоришь. По какому праву ты уводишь штурмовой отряд? Я признаю, ты хороший инструктор, но в такой ситуации я не могу позволить дезертирство.
— Какой толк в грядущих битвах от моих слабых учеников, которые даже не достигли Сбора трех сущностей в вершине? Теперь те, кто не овладел этим искусством, бесполезны. Качество станет важнее количества.
— То, что они не важны, не значит, что они бесполезны.
— Клан Макри уже начал готовиться к обороне. В оставшихся владениях наверняка находятся совершенствующиеся средних и поздних стадий Очищения Ци. Мои ученики им не противники.
— То есть ты признаешь, что плохо их обучил?
— Да. Я плохо их обучил, а потому прошу позволения исправить свою ошибку и сделать их снова полезными. Прошу вас, разрешите.
На лбу старейшины вздулась вена. С раздраженным видом он начал собирать магическую силу.
Я поспешно отступил за пределы его области влияния, готовый в любой момент выхватить меч.
— Хватит нести чушь и пытаться увести отряд! Ты в своем уме? Эта тайная кровавая схватка между Кланом Чжин и Кланом Макри имеет под собой основание лишь потому, что в ней участвует много смертных. Если они массово отступят, это даст верхушке Клана Макри повод для вмешательства.
— Даже если мои слабые ученики уйдут, люди, которых привел господин Ким…
— Хватит нести чушь! За неподчинение приказу…
В руке старейшины сгустилась магическая сила.
Но в этот момент…
Чья-то сильная рука бесшумно схватила его за запястье. Это был Ким Ёнхун.
— К-когда ты вошел в мою Область Сознания…
— Хм-м, послушайте, господин из Семьи Чжин, — Ким Ёнхун с улыбкой сжал его руку еще сильнее. Кровь перестала поступать в кисть старика, его пальцы побелели, и магическая сила начала рассеиваться.
— Брат Со – мой земляк. А вина земляка – это и моя вина. Так что накажите и меня заодно.
— Н-негодяй!..
Старейшина попытался вырваться и сотворить какое-то заклинание другой рукой, но потоки Ци, исходящие от Ким Ёнхуна, рассекали и уничтожали любую его магию. После недолгой битвы Ки старейшина, побагровев, взревел:
— Ладно, ладно! Считай, что я забыл о неподчинении приказу! А теперь отпусти!
Только тогда Ким Ёнхун разжал хватку. Старик, обливаясь холодным потом, начал восстанавливать руку с помощью магической силы.
— Я-то прощу, но старейшины клана не позволят вам просто так уйти. То, что я говорил, — не мое личное мнение. Эти ребята – не просто боевая сила, они – наше оправдание! Неважно, годятся они в бой или нет, они должны участвовать!
— В таком случае, у меня есть просьба, — сказал я, глядя на своих учеников. — Мои ученики насильно пробудили свой талант и с трудом достигли уровня Предела, но мои тренировки помогли им утвердиться на этом уровне. Однако, чтобы двигаться дальше, им нужно постичь Истинную Волю и овладеть нитями Ци. Но пока в их верхних даньтянях обитают души их родных, это невозможно.
— И что?
— Я знаю, что именно вы провели этот ритуал. Прошу вас, вознесите мстительные духи из моих учеников. Теперь они для них лишь ограничение.
— Хм, ты просишь меня извлечь призраков?
Старейшина окинул взглядом моих учеников и цокнул языком.
— К сожалению, это невозможно. Даже если я попытаюсь снять заклинание, оно не сработает, пока эти парни сами не захотят расстаться со своими семьями. Есть только два способа его снять: либо старейшина уровня Формирования Ядра силой извлечет души, либо они сами их отпустят.
— …
— Ах да, есть и третий. Когда эти ребята умрут, заклинание развеется само собой. Разве ты сам этого не знал? — спросил он, глядя на меня прищуренными глазами.
«Он знает». Я горько улыбнулся и кивнул. Да, это была лишь тщетная надежда.
Тем временем паралич начал отпускать, и ученики заговорили:
— Кто… позволил… вам решать… за мою семью…
— Мы не согласны…
— Недостаток мастерства… мы восполним боевым опытом!
Ни один из них не хотел отпускать своих родных. Ни один.
Старейшина посмотрел на них, а затем с насмешкой обратился ко мне:
— Ха, а инструктор, похоже, даже не знает, кого он учит. Ты что, думал, они живые? Да все они уже давно распрощались с жизнью! Твои ученики живы, но в то же время мертвы! Они – мертвецы, отдавшие свои души мести! Ха, ладно. Я немного помогу.
Он сложил ручную печать, и из его ладони вырвался зеленый свет, который проник в сознание оставшихся учеников.
— Это Техника Вознесения Мстительного Духа! Если твои ученики смогут избавиться от своей привязанности к семьям и разорвать узы, духи естественным образом вознесутся. Да, если они смогут это сделать!
— …
— Хе-хе, какой забавный приказ от того, кто даже не понимает, кого учит! Ни старейшины клана, ни твои ученики не хотят, чтобы они покидали поле боя! Так что отбрось свои пустые заблуждения и веди отряд как положено.
Закончив, старейшина бросил гневный взгляд на Ким Ёнхуна, пробормотал «смертный выскочка» и улетел на своем артефакте.
Я стиснул зубы, глядя в небо. Я ничего не мог сделать.
— Господин Ким… я уже сомневаюсь, правильно ли мы поступили, обратившись за помощью к Клану Чжин.
— Я тоже.
— Что же нам делать?.. — я был в отчаянии. — Что мне делать?..
Он тихо вздохнул.
— Ничего не поделаешь. Клан Чжин, конечно, не святые. Но… совершенствующиеся Клана Макри – это чистое зло! У нас нет другого выбора…
Стиснув зубы, я дал ученикам противоядие и помог им подняться. Мне не оставалось ничего, кроме как собрать их и вести в следующий бой. Ведь этого хотели все, кроме меня.
* * *
Прошло еще полгода.
Сегодняшняя ожесточенная битва закончилась. Я бродил по руинам владений Клана Макри, собирая тела жертв и моих учеников.
— В последнее время у тебя прибавилось седых волос, — сказал Ким Ёнхун, с сочувствием глядя на меня, когда мы вместе собирали тела. — Ты в порядке?
В последнее время я стремительно старел. В прошлых жизнях, за исключением самой первой, я принимал много духовных лекарств, и старение не было таким быстрым. Но теперь мои волосы седели с ужасающей скоростью.
— Я в норме.
— Не перенапрягайся, — с жалостью в голосе сказал Ким Ёнхун и отошел собирать другие тела.
Среди обломков я нашел тело своего ученика, Ки Сэгу. Его верное оружие, большая сабля, всегда была в идеальном состоянии и даже сейчас чисто отражала мое лицо. Мои глаза были налиты кровью, под ними залегли черные тени. Губы потрескались, а седые волосы были всклокочены.
Я снова вытащил тело погибшего ученика из-под завалов. Я был слаб, и сегодня снова не смог его спасти.
— Почему!! — закричал я в небо. — За что ты так со мной?! Почему!!
Я кричал до хрипоты.
— Зачем ты дал мне такой талант?! Почему я до сих пор застрял на уровне Сбора трех сущностей в вершине?! Почему! Почему! Почему я все еще не могу достичь Пяти Ци, Сходящихся к Началу?! Почему я…
Я вцепился в землю и зарычал. На земле остались отпечатки моих пальцев.
— Почему… я ничего не могу сделать…
Я знаю. Это не вина небес. Это все моя вина. Если бы я старался хоть немного больше. Если бы до изнеможения тренировал свое намерение. Если бы стремился к вершинам, даже рискуя, что мой мозг взорвется… Да, будь я хоть немного сильнее, все было бы иначе.
— Прошу… дай мне талант… Прошу… дай мне силу…
Я выл, скрежеща зубами.
— Почему я до сих пор… после всего… так беспомощен…
Я жалел. Зачем я по-глупому бросил учеников в это пекло? Я должен был до последнего возражать, рискуя жизнью. Нет, зачем я вообще их учил? Надо было отказаться от них, даже если бы меня изгнали. Нет… зачем я вообще пришел сюда и связал себя с ними? Да, не надо было вступать в Клан Чжин, чтобы остановить злодеяния Клана Макри.
Ученики, которых я учил из чувства вины, незаметно стали частью моей жизни. И каждый раз, когда они умирали, я чувствовал, будто от меня отрывают кусок плоти.
— Тела собраны, Наставник.
— Выжившие?
Манхо подошел ко мне, когда я стоял с покрасневшими глазами у тела Ки Сэгу, и, стиснув зубы, доложил:
— Триста четырнадцать… человек.
— Хорошо… Пойдем.
Пошатываясь, я поднял тело ученика и понес его к месту погребения.
Я похоронил их на солнечном склоне, и Ким Ёнхун прочел поминальную молитву. Его ритуал утешения духа окутал могилы, и души жертв вознеслись. Он прочел молитву и над телами моих учеников. Из могил смертных, над которыми он молился, поднялись маленькие огоньки и растворились в воздухе.
Мы молча смотрели на это.
И в этот момент…
— Ха, ха-ха! Наконец-то, наконец-то разрешение получено!
Один из совершенствующихся Клана Чжин, сражавшийся с нами, восторженно закричал. В его руке был тактический талисман.
— Все сюда! Переговоры между старейшинами нашей главной семьи и верхушкой Клана Макри завершены!
Он с ликованием обвел нас взглядом.
— Клан Макри согласился разрешить нам бросить вызов императорскому двору Государства Ён, если с нашей стороны будут участвовать только смертные и совершенствующиеся стадии Очищения Ци!
— О-о-о! Наконец-то наши старейшины добились своего!
— Как и ожидалось от них.
В глазах совершенствующихся Клана Чжин зажегся восторг, а мои ученики и мастера Мурима под командованием Ким Ёнхуна были переполнены воодушевлением.
Только мы с Ким Ёнхуном горько усмехнулись.
«Переговоры». Сотни жизней, отданных до сих пор, были лишь разменной монетой в торге верхушки кланов совершенствующихся. Ким Ёнхун, похоже, чувствовал то же самое. С кривой усмешкой он спросил у совершенствующегося:
— То есть… то, что они разрешили смену, означает, что мы можем «бросить вызов» императорскому двору Государства Ён, который является их вассалом?
— Верно. Изначально крупномасштабное нападение на императорский двор было бы расценено как вызов Клану Макри, и нам пришлось бы вступить в полномасштабную войну. Но раз они согласились на смену, это значит, что мы можем собрать большую армию и пойти на них без риска тотальной войны.
«…Значит, смена императорского двора для них – всего лишь потеря вассала».
Судя по его тону, для Клана Макри целое государство Ён было не более чем подчиненной силой, и его смена была вполне допустимой потерей.
— Однако они не собираются просто так отдавать власть. Они лишь позволяют бросить вызов, и, как я уже сказал, с нашей стороны не могут участвовать совершенствующиеся стадии Накопления Ци. Более того…
Совершенствующийся нахмурился, и его лицо исказилось от досады.
— Со стороны Клана Макри могут участвовать все совершенствующиеся, непосредственно связанные с императорской династией. Все бывшие императоры Государства Ён, и в особенности…
— Вы говорите об императоре-основателе…
— Да, об императоре-основателе Государства Ён, Макри Хвансине! Все императоры до него были слабыми адептами стадии Очищения Ци, но он, по воле клана, уже на момент восхождения на престол был талантливым совершенствующимся поздней стадии Очищения Ци. А после… он отрекся от трона и достиг стадии Накопления Ци.
Лица совершенствующихся Клана Чжин омрачились.
— Это значит…
— Да, это значит, что мы можем бросить им вызов только силами смертных и адептов стадии Очищения Ци, а у них будет один боец стадии Накопления Ци – Макри Хвансин.
— Проклятые ублюдки из Клана Макри! Как адепт Очищения Ци может победить адепта Накопления Ци?! Это…
Однако совершенствующийся Клана Чжин, который на мгновение помрачнел, вдруг просиял. Он посмотрел на Ким Ёнхуна и широко улыбнулся.
— Но не волнуйтесь… У нас есть он!
Он подошел к Ким Ёнхуну и хлопнул его по плечу.
— Этот юный мастер боевых искусств по силе равен совершенствующемуся стадии Накопления Ци… Так что на тебе лежит большая ответственность! Когда эта миссия закончится, старейшины клана решили принять тебя в Семью Чжин как приемного зятя, женив на одной из дочерей высшего круга. Почитай это за честь!
— Женитьба…
Лицо Ким Ёнхуна исказилось, словно он что-то вспомнил.
— Ну, об этом потом. Клан Макри ведь знает, что моя сила равна уровню Накопления Ци, так? Не будет потом проблем?
На его вопрос совершенствующийся Клана Чжин хитро улыбнулся.
— Хе, пусть ты и начал в последнее время изучать техники совершенствования для утешения духа, твоя магическая сила соответствует лишь 3-му или 4-му уровню Очищения Ци. Они установили предел в 14-й уровень, так что ты подходишь под их критерии! Ха-ха-ха, что бы они ни говорили, они ничего не смогут сделать! Ха-ха-ха!
Он радостно рассмеялся и продолжил:
— Хоть мы и не сможем помочь, с твоей силой ты справишься с Макри Хвансином. Тебе даже не нужно его убивать. Достаточно просто сдерживать!
Он объяснил дальше:
— Законная власть в Государстве Ён – это нынешний император Макри Чжон и его сын Макри Хён. Если мы убьем этих двоих, это будет победа Клана Чжин. Все предыдущие императоры были бездарны и не смогли достичь стадии Накопления Ци, поэтому все они мертвы. А Макри Хвансин официально тоже мертв, так что даже если он выживет, проблем не будет! Пока ты будешь сдерживать Макри Хвансина, наши адепты и смертные убьют Макри Чжона и Макри Хёна, и Клан Чжин вернет себе эту страну!
Совершенствующийся взволнованно воскликнул:
— Императорская династия Чжин снова возвысится!
Как оказалось, этот человек был потомком императорской династии Чжин и больше всех жаждал вернуть власть над Государством Ён. Ведь даже для клана совершенствующихся титул императорской династии имел огромный вес.
Некоторое время он пламенно расписывал славу, которая ждет Клан Чжин. Затем, в крайнем возбуждении, он вместе с другими совершенствующимися улетел на своем артефакте.
Мы покинули владения, и я посмотрел на своих учеников, которые молча слушали речь.
— Пришло время… сдержать обещание.
Мысли учеников были разными, но на лицах всех застыла решимость. Я же, стиснув зубы, повторил ту же просьбу, что и перед их первым боем:
— Прошу вас, выживите.
И их ответ был таким же.
— Простите, Наставник.
— Я прошу вас как наставник. Пожалуйста, выживите.
— …
Теперь у меня не было даже повода их остановить. Ведь я сам пообещал, что, если они выживут, я помогу им отомстить.
— Вы жили до сих пор, чтобы отомстить за свои семьи, и не боитесь смерти, я знаю. Но что будет с теми, кто останется?.. Почему вы не думаете о моих чувствах?
— Простите.
В их глазах мелькнул иссиня-черный отблеск.
— Мы знаем о ваших чувствах. Но… Мастер, вы не знаете наших…
— Что я не знаю ваших чувств? Я?!
Ким Ёнхун, наблюдавший за нашим разговором, подошел ко мне.
— Неблагодарные щенки… Вы хоть знаете, что чувствует ваш наставник, прежде чем нести такую чушь?!
От него хлынула мощная волна ци, и все ученики рухнули на землю.
— Кха!
— Кх-а-а…
— К-х-х!..
— Что Со Ынхён может не знать?! Разве вы не слышали от него?! — зарычал он в гневе. — Духи ваших павших товарищей, чья скорбь до сих пор не утихла, разве не Со Ынхён, по моей просьбе, принял их в себя?! Мой брат стареет на глазах из-за этого, а вы, зная это, смеете нести такой бред?! Наглые щенки, как вы смеете…
Внезапно Ким Ёнхун, прочитав мысли учеников, осекся и резко повернулся ко мне:
— Ты… ты им ничего не говорил?
— …
— Глупец! Тупица! Тупой наставник и тупые ученики!
Он в отчаянии ударил себя в грудь.
— Слушайте все! Ваш наставник, чтобы исполнить вашу заветную месть хотя бы после вашей смерти, сделал то же самое, что и вы! Он, не будучи вам кровным родственником, принял души ваших друзей в свой верхний даньтянь и вместе с ними рубил ублюдков из Клана Макри!
От этих слов на лицах учеников отразился ужас.
— Вы что, не заметили, как ваш наставник в последнее время стремительно стареет?! Приняв в себя души двух сотен неродных ему мстительных духов, он кардинально сократил свою жизнь! Вы не знали, с какими чувствами жил ваш наставник, чтобы исполнить вашу упрямую и дерзкую месть?!
Он кричал, не сдерживая ярости:
— Тупые, наглые, эгоистичные щенки! Вы думаете, только ваша скорбь имеет значение? Вам плевать, что чувствует ваш наставник?!
— Хватит, брат.
— Ах ты, упрямый дурак! Зачем ты все это взвалил на себя одного? Думал, тебя похвалят? Думал, эти тупые эгоисты будут тебе поклоняться? Я согласился на твою просьбу, думая о ваших с ними отношениях. И что в итоге?! Ты до сих пор все держал в себе и молчал! Ты!..
Ким Ёнхун, перестав метаться, тяжело вздохнул.
— Фух… Ладно. Разбирайтесь сами. А я пойду вперед.
На несколько мгновений воцарилась тишина. Собравшись с мыслями, я заговорил:
— Сначала я получил согласие от первых тридцати четырех павших. Я спросил у каждого разрешения и принял души моих учеников в свой верхний даньтянь. С тех пор все погибшие дети были со мной… Конечно, я не мог принять души и их родных, но, по крайней мере, они сами после смерти оставались со мной…
Раньше я лишь с досадой смотрел на учеников, которые, цепляясь за мертвых, оттачивали свою месть. Но, приняв в себя мстительные духи, как и они, я наконец-то смог их понять.
Учитель и ученик влияют друг на друга. Как они переняли что-то от меня, так и я перенял что-то от них. Наверное, поэтому их и называют одним словом — «учитель и ученик».
Теперь я не мог просто их останавливать. Ведь я понял их чувства, их скорбь, своим собственным сердцем.
— Теперь… я хотя бы отчасти могу вам сопереживать. Я могу… хотя бы немного понять, как велика ваша боль и страдание.
Я обвел их взглядом и сказал:
— Но, несмотря на это, я…
Встретившись с их чувствами лицом к лицу, сопереживая им всем сердцем, я произнес свое сокровенное желание:
— Я хочу, чтобы вы жили.
Мой талант ничтожен. Даже находясь в несравненно лучших условиях, чем другие мастера, проходя путь Сбора трех сущностей в вершине, даже приняв души учеников и усилив свои скромные способности до предела, я все еще не мог постичь последнюю из Семи Страстей. Я не мог найти намерение желания.
Мое желание – это жизнь.
Зная это, я все еще не мог найти последнее намерение, не мог достичь Пяти Ци, Сходящихся к Началу, и не знал, что такое жизнь.
Жизнь, полная неудач. Снова и снова.
Так пусть хотя бы…
— Я не прошу вас отказаться от мести или забыть свою скорбь. Но…
Хотя бы вы.
— Прошу вас, живите…
Проживите эту жизнь.
До этого момента ученики никогда не слушали меня. Но сейчас они, наконец, кивнули в ответ.
— Мы… обязательно выживем.
— Мы выживем и вернемся, чтобы поклониться вам, Наставник!..
Начиная с Манхо, они один за другим склонились передо мной.
— Мы выживем, Наставник!
Возможно, впервые с тех пор, как мы стали учителем и учениками, наши сердца бились в унисон.
Так, перед решающей битвой, мы наконец-то смогли понять друг друга.
И день битвы приближался.