Глава 234. Черный змей (10)
— Э-э…
Чон Мёнхун никак не мог понять происходящее.
— Почему?
Он лишь растерянно задавал вопросы в пустоту.
«Я… стану пилюлей?»
Он слышал, что при создании пилюль иногда используют жизненную силу живых существ, чтобы накопить ее в лекарственных свойствах. Слышал он и от Гым Сохэ, что для создания пилюль Накопления Ци используют людей.
— Конечно, чтобы попасть в нашу секту и дойти до вознесения, нужно быть настолько талантливым, чтобы достичь стадии Накопления Ци и без всяких пилюль, так что у нас мало кто их ел.
Он помнил, как Гым Сохэ говорила, что в Ордене Золотого Грома полно обладателей Небесного корня, поэтому пилюли Накопления Ци здесь почти не встречаются. Сам Чон Мёнхун тоже думал, что ему никогда не придется есть такие варварские пилюли, сделанные из людей.
«Но чтобы я сам стал пилюлей?..»
Чон Мёнхун огляделся. Он был в Грозовой Тюрьме, куда его притащил наставник Гым Джинчан.
— Через тринадцать шичэней, когда алхимик подготовит все вспомогательные ингредиенты, начнется процесс твоего очищения в Пилюлю Небесного Золотого Грома. А пока готовься морально.
Последние слова Гым Джинчана все еще не укладывались в голове.
«Я вот так здесь умру? Десять лет как собака бился над этим ритуалом, и все зря?»
Было обидно. И злость кипела. Но больше всего было страшно.
«Черт… я вот так умру? Серьезно?»
Чон Мёнхун сидел в Грозовой Тюрьме, обхватив голову руками. Волосы, немного отросшие за десять лет, струились между его пальцами.
«Проклятье… да как же так…»
И в этот момент отчаяния…
Скр-р-р…
Стена за спиной Чон Мёнхуна начала сдвигаться, и в образовавшемся проходе показалась Гым Сохэ.
…! Сохэ!..
Чон Мёнхун вскочил на ноги от удивления. Гым Сохэ нахмурилась и приложила палец к губам.
— Ш-ш-ш! Тише! Я еле пробралась сюда мимо стражи… Тихо, иди сюда.
Чон Мёнхун сглотнул. Даже дурак бы понял: сейчас или никогда.
Он на цыпочках подошел к Гым Сохэ.
— Сохэ, ты меня…
— Да, спасти пришла. Только, пожалуйста, тише. Иди сюда.
Вскоре камера, где был заперт Чон Мёнхун, опустела. А в пустую камеру вошел Гым Джинчан.
— Хм, надеюсь, Сохэ все сделает как надо.
Следом за ним появилась Хон Сурён.
— А теперь, Старейшина Гым, вам пора приступать к следующей части плана.
— Понял. А вы, Старейшина Хон, вовремя отключите Великую Формацию Секты, а как только он сбежит, активируйте ее снова.
— Разумеется.
Гым Джинчан кивнул, бросил короткий взгляд на каменную стену, через которую ушел Чон Мёнхун, и направился к выходу из тюрьмы. Перед тем как уйти, он мельком взглянул на Хон Сурён и спросил:
— Кстати, Старейшина Хон, что-то у вас в последнее время вид нездоровый. Что-то случилось?
— Хм, просто узнала кое-что неинтересное.
— Неинтересное, говорите? Ходят слухи, что у вас со старейшиной Со давно не было парного совершенствования… Может, у него проблемы с низом живота?..
— Заткнитесь, пока я вам этот низ живота не отрезала.
— Кхм-кхм…
От ядовитого замечания Хон Сурён Гым Джинчан кашлянул и поспешно покинул Грозовую Тюрьму. Оставшись одна, Хон Сурён посмотрела в пустоту и криво усмехнулась.
— Кем же для Основателя был Орден Золотого Грома… кем были его потомки?..
* * *
— Сохэ, спасибо тебе огромное. Правда!
Выбравшись из здания тюрьмы, Чон Мёнхун, утирая холодный пот, поблагодарил Гым Сохэ. Та лишь тихо вздохнула.
— Хватит уже. Сейчас все старейшины и Старейшины на совещании с алхимиком. Пилюля, видимо, настолько особенная, что для ее создания собрались не только Старейшины, но и сам Верховный Глава Секты. Благодаря этому у нас есть примерно шичэнь, пока их нет…
Она привела Чон Мёнхуна к месту, где были собраны летающие магические артефакты. Пик Отправления Ордена Золотого Грома был местом стоянки множества летающих кораблей. Она влила свою магическую силу в один из них – малый корабль, способный вместить пятьсот учеников секты.
— Садись. Это артефакт для дальних перелетов. Благодаря встроенной в него Технике Ускользания он может без труда преодолевать тысячи ли. Улетай на нем с Нверёндо.
— Спасибо. Но… ты не летишь со мной?
— Я останусь и скажу главе секты, что ты прячешься где-то поблизости от Ордена. Это выиграет нам время.
Чон Мёнхун посмотрел на Гым Сохэ и спросил:
— Сохэ… зачем ты все это для меня делаешь?
— Не твое дело. Не болтай и быстро садись.
Гым Сохэ с раздраженным видом затолкнула Чон Мёнхуна на борт. Будучи на начальной стадии Формирования Ядра, она легко справилась с ним.
— Подожди, я же не умею управлять…
В этот момент беспокойства Чон Мёнхуна…
Ш-ш-ш-ш!
За его спиной взметнулась огромная тень.
— Ты… Хонбом?
Это была гигантская черная многоножка, Хонбом.
Гу-у-у-у!
Чон Мёнхун обомлел, ощутив волны духовной ци и мощь Ментального Сознания, исходящие от Хонбома.
— Постой, ты…! Ты уже достиг стадии Формирования Ядра?
[Я все еще на начальной стадии, как и госпожа Гым Сохэ. Если бы вы не столкнулись с феноменом во время ритуала, вы бы наверняка меня превзошли.]
— Невероятный талант… Кстати, а ты зачем здесь?
[Я пришел, чтобы управлять кораблем вместо вас.]
— Ты? Ты умеешь управлять летающим магическим артефактом? Как?
[Мой хозяин научил меня.]
— Ого…
Чон Мёнхун хотел было восхититься, но тут его осенило.
— Постой, если ты демонический зверь-питомец старейшины… разве ты не подчиняешься своему хозяину? Если ты уйдешь со мной…
Он с подозрением посмотрел на Хонбома, но тот спокойно начал объяснять:
[Мой хозяин поддерживает ваш побег. Он из тех, кто не желает, чтобы такой талантливый человек, как вы, с Телом Золотого Грома, стал пилюлей лишь из-за каких-то трудностей с феноменом. Кроме него, еще несколько Старейшин Ордена придерживаются того же мнения.]
— Что?!
[Вам не придется скрываться вечно. Продержитесь несколько недель, а затем поддерживающие вас Старейшины и старейшины придут вам на помощь.]
Выслушав объяснение Хонбома, Чон Мёнхун наконец отбросил подозрения.
— Прости, что усомнился. И… спасибо тебе тоже.
[Я лишь выполнял приказ старейшин.]
С этими словами Хонбом уменьшился в размерах и встал за штурвал корабля.
— Ну что ж, Чон Мёнхун, — сказала Гым Сохэ, скрестив руки на груди, — до встречи, береги себя.
— …Спасибо, Сохэ.
Он прикусил губу.
«Как же мне стыдно за себя».
До сих пор он видел в Гым Сохэ лишь «объект для завоевания» или «будущего партнера для парного совершенствования» и постоянно увивался за ней. При этом при любой возможности он заглядывался на других учениц секты. Но в этот момент Чон Мёнхун дал себе клятву.
«Если я благополучно покину Орден Золотого Грома и так же благополучно вернусь… я буду смотреть только на Гым Сохэ».
Под управлением Хонбома летающий магический артефакт взмыл в небо. Под ночным небом Кванханге, усыпанным бесчисленными звездами, корабль с Чон Мёнхуном на борту спокойно пролетел сквозь Великую Формацию Ордена Золотого Грома.
Оглядываясь на Орден, Чон Мёнхун думал:
«Я обязательно вернусь!..»
А Гым Сохэ смотрела на удаляющийся корабль, с которого ей махал рукой Чон Мёнхун. С ее губ сорвался вздох.
— Ха… вот же идиот…
Хоть они и сблизились за последние десять лет, Гым Сохэ совершенно не видела в Чон Мёнхуне мужчину. Для нее он был просто непутевым младшим братом, которого нужно защищать.
— Нет, ну разве не странно, что он улетает на корабле, а Великая Формация Секты даже не срабатывает? Эх…
Она цокнула языком, глядя на уже далекий корабль. Рядом с ней приземлился мужчина в белом одеянии.
— Не будьте к нему слишком строги, госпожа.
— О, старейшина Со?
Она покраснела, глядя на подошедшего к ней «старейшину Со» – Со Ынхёна.
«Как же я завидую старшей сестре Хон. Стать даосским спутником такого человека, как старейшина Со, а не какого-то Чон Мёнхуна…»
Со Ынхён улыбнулся, глядя туда, где исчез Чон Мёнхун.
— Ну что ж, раз Чон Мёнхун отправился в путь, пора активировать Великую Формацию?
— Да, я пойду скажу прадедушке.
Гым Сохэ, используя Технику Ускользания, полетела к Залу Золотого Грома, где находился Пёкхо, а Со Ынхён, стоя на Пике Отправления, тихо улыбнулся.
«Тебе очень повезло, Чон Мёнхун».
* * *
В-в-в-в…
Чон Мёнхун вздохнул, глядя на ночное небо.
— Черт побери…
Десять лет – слишком короткий срок, чтобы все, что казалось идеальным, пошло прахом. Десять лет он взывал к небесам, но они так и не смилостивились. Его надежды на парное совершенствование с Гым Сохэ были жестоко разбиты, а старейшины секты, видя, что он не может преодолеть феномен, постепенно теряли к нему интерес.
Особенно памятным был случай, когда к нему пришел вспыльчивый Пёкхо и обругал его на чем свет стоит.
— Со Ынхён как-то протянул руку и сразу прорвался, а ты не можешь?
— Почему не можешь? Ты же обладатель Тела Золотого Грома! Невозможно, чтобы ты не мог сделать то, что смог Со Ынхён! Если ты не полный бездарь, ты должен это сделать!
— Я и мои товарищи Хогвак и Чхонмун Сону на стадии Очищения Ци могли использовать магию уровня Накопления Ци! Со Ынхён может, почему ты не можешь?!
— Проклятье! Потратить время на такого бездаря! Что за пустая трата времени! А-а-а-а-а!
Воспоминание о том, как его в гневе сравнивали с Со Ынхёном, которого он всегда считал ниже себя, было худшим за все время пребывания в Ордене Золотого Грома.
«Черт…»
При мысли о Пёкхо даже те немногие теплые чувства, что оставались к Ордену, испарились без следа.
— Если бы не ты, Гым Сохэ и еще несколько друзей, я бы давно ушел из этой секты, а так остался и навлек на себя беду. Если подумать, начиная с Верховного Патриарха, все только и делали, что выражали свой гнев и презрение ко мне, — сказал Чон Мёнхун, глядя на Хонбома, который, уменьшившись до размеров человеческого торса, управлял кораблем.
Хонбом невозмутимо ответил:
[Говорят, противоположность любви – не гнев и ненависть, а безразличие. Гнев, который проявляли к вам Старейшины, разве не доказывает, что они не хотели вас отпускать?]
— Ха, смешно. Сначала они изливали на меня свой гнев, а когда ничего не вышло, просто потеряли всякий интерес, не так ли? Посмотри, даже мой наставник долгое время не появлялся, а потом пришел, только чтобы запереть меня в Грозовой Тюрьме ради какой-то пилюли…
Гр-рохот!
В тот момент, когда Чон Мёнхун изливал свой гнев на Хонбома, сзади раздался оглушительный громовой удар.
Ур-р-рохот!
Огромный громовой удар прогремел позади них. Чон Мёнхун в ужасе обернулся. Что-то желтоватое, похожее на молнию, преследовало их корабль, скользя по облакам.
— Хо, Хонбом!
[Поднимаемся. Держитесь крепче.]
Вжух!
Хонбом повернул штурвал, и корабль начал набирать высоту. Прорвав облака, они вылетели наверх, а их желтоватый преследователь последовал за ними.
Гу-у-у-у!
— А, Н-наставник?!
Это была гигантская фигура Гым Джинчана. Огромное тело, сотканное из желтых молний, приняло отчетливые очертания. Словно грозовой шторм обрел форму великана!
— Хо, Хонбом! Н-наставник нас догнал!
[Не волнуйтесь, я не чувствую силы уровня стадии Небесного Человека. Вероятно, он отделил часть своего сознания и послал за нами Внешнее Воплощение Души. В нем силы не больше, чем в Остаточном Духе стадии Небесного Человека.]
— Насколько силен этот остаточный дух?! Ты сможешь с ним справиться?
[Ну… обычно Остаточный Дух культиватора стадии Небесного Человека по силе равен уровню от поздней стадии до Великого Совершенства Формирования Ядра.]
Хонбом невозмутимо добавил:
[Естественно, если я с ним столкнусь, от меня останется только жареный Хонбом.]
В тот же миг громовой гигант в облике Гым Джинчана указал на корабль пальцем. Огромная мощь грозовой молнии сконцентрировалась и ударила в их сторону. Облака были разорваны в клочья, и вокруг разразился шторм.
— А-а-а-а-а! Быстрее, улетай! Пожалуйста! — кричал Чон Мёнхун, вцепившись в поручень.
[Да!]
Корабль резко набрал скорость, но Внешнее Воплощение Души Гым Джинчана не отставало.
Грохот, грохот, грохот!
— А-а-а-а-а!
Чон Мёнхун, бледный от ужаса, дрожал, вцепившись в поручень, пока в них летели разряды молний. Один из них устремился прямо к нему.
— А-а-а-а-а! Спаси… а?
Т-треск, т-треск…
К его удивлению, боли не было. Разряд молнии впитался в его тело, и он с изумлением почувствовал, как грозовая молния внутри него преобразуется в магическую силу.
— Ого… это…
Наблюдавший за ним Хонбом сказал:
[Господин Чон Мёнхун, у вас может и есть иммунитет к грозовой молнии, но у этого корабля его нет. Чтобы избежать неприятностей, как только что, отправляйтесь на корму и отражайте атаки.]
— Хм…! Понял!
Поняв, что небольшие разряды ему не страшны, Чон Мёнхун почувствовал прилив уверенности. Он побежал на корму и активировал Технику Алого Грома, одновременно разжигая в груди гнев.
Т-треск!
Вокруг него заплясали красные молнии.
— Та-а-а-ат!
Он сложил ручную печать, и поток красных молний столкнулся с остаточными разрядами, летящими в корабль. Мелкие разряды, выпущенные Внешним Воплощением Души Гым Джинчана, были полностью нейтрализованы Техникой Алого Грома Чон Мёнхуна. Но даже если это были лишь остаточные разряды, само Воплощение Души обладало силой уровня Великого Совершенства стадии Формирования Ядра, а Чон Мёнхун был всего лишь на 6-м уровне стадии Очищения Ци.
Хрясь!
— Кх-х-х…
Магическая сила Чон Мёнхуна мгновенно иссякла. Но он стиснул зубы и протянул руку.
— Давай!
Хрясь!
Один из разрядов молнии ударил прямо в корабль, но тот остался невредим. Чон Мёнхун выставил руку вперед, и молния полностью впиталась в его ладонь. Его магическая сила мгновенно восполнилась, и он без остановки выпускал красные молнии.
Гр-рохот!
Видимо, раздраженное тем, что Чон Мёнхун отражает его атаки, Внешнее Воплощение Души Гым Джинчана начало преследовать их еще быстрее.
[Господин Мёнхун, я увеличиваю скорость. С этого момента ни на секунду не отключайте Технику Алого Грома!]
— Л-ладно!
Пи-и-и-ит!
Корабль окутался светом ускользания, и Чон Мёнхун понесся вперед в ослепительном луче света.
«Черт, сейчас стошнит».
Но, как и советовал Хонбом, он не отключал технику. Тем более что Внешнее Воплощение Души Гым Джинчана приближалось. Лицо гигантского громового великана было всего в трех чжанах от кормы, и он продолжал метать молнии.
Хрясь!
Чон Мёнхун без остановки поглощал и выпускал грозовые молнии. Казалось, будто из кормы быстро летящего корабля вырываются красные разряды.
— Кх-х-х! Черт побери! Оставьте ученика в покое! Хонбом, долго нам еще так?!
[Скоро мы достигнем барьера Нверёндо. Как только мы его пересечем, Внешнему Воплощению Души будет трудно нас преследовать!]
— Хорошо!
Хрясь!
Чон Мёнхуна тошнило от непрерывного использования техники, но он стиснул зубы и терпел. И вот, он увидел, что корабль достиг края Нверёндо.
«Наконец-то!..»
Теперь оставалось лишь пересечь ту завесу за пределами.
[Еще немного потерпите!]
— Да!..
И в этот момент…
[Ах ты-ы-ы!!]
Гр-рохот!
На краю Нверёндо, куда они направлялись, появился еще один громовой гигант.
[Куда это ты собрался?!]
Это была фигура заместителя главы секты Джин Хви.
[Ах ты негодяй, посмел бежать из школы!]
Гр-рохот!
Мощнейший удар молнии обрушился на корабль.
[Господин Мёнхун!]
Услышав отчаянный крик Хонбома, Чон Мёнхун с трудом принял на себя обрушившуюся на него грозовую молнию.
«Т-тело сейчас разорвется!»
Его плоть поглощала грозовую молнию и обращала ее в силу, но и у нее был предел. Если влить в него грозовую молнию сверх этого предела, его магическая сила достигнет максимума и он может взорваться. Чон Мёнхун почувствовал, что его даньтянь вот-вот взорвется.
«Вот так… умереть…»
В этот момент в его голове прозвучал голос Хонбома:
[Выпускайте! Используйте Технику Алого Грома и бездумно выпускайте силу!]
«!..»
Чон Мёнхун стиснул зубы и последовал указанию Хонбома. В тот же миг из всего его тела вырвалась красная молния.
— А-а-а-а-а-а!
На мгновение гигантская грозовая молния вырвалась из тела Чон Мёнхуна, и все вокруг окрасилось в красный цвет. Корабль с Хонбомом и Чон Мёнхуном вырвался из этого хаоса.
[Продолжайте использовать Технику Алого Грома! Не останавливайтесь, господин Гым Джинчан все еще преследует нас!]
— Л-ладно!
Чон Мёнхун, едва не лишившись чувств, ответил. Дрожащей рукой он метнул разряд Техники Алого Грома в преследующего их Гым Джинчана.
[В барьере Нверёндо есть четыре слабых места – на востоке, западе, севере и юге. Выходить нужно через них. На востоке нас встретил господин Джин Хви, так что теперь мы направимся на северный край, чтобы покинуть остров! Я полечу быстрее, потерпите еще немного!]
— Ладно!..
* * *
Грохот, гр-рохот!
На восточном краю Нверёндо, откуда улетел Чон Мёнхун, остались нерассеявшиеся красные грозовые молнии. Словно кто-то намеренно удерживал их. Над молниями Внешнее Воплощение Души Джин Хви сложило ручную печать.
[Восточная Четверка.]
Гу-у-у-у!
В тот же миг грозовая молния, выпущенная Чон Мёнхуном, превратилась в красный Столп и ударила в восточный край Нверёндо. От этого Столпа в сторону севера, куда летел Чон Мёнхун, используя Технику Алого Грома, протянулась слабая красная тропа.
* * *
На северном краю.
[Ах ты негодяй, Чон Мёнхун! Как ты посмел покинуть школу и бежать?!]
— Черт, это же вы хотели сделать из меня пилюлю?! — крикнул Чон Мёнхун, увидев Старейшину, преградившего ему путь на северном краю.
Гр-рохот!
И снова мощнейшая грозовая молния ударила в Чон Мёнхуна, поджаривая его.
[Даже если так решила школа, ты должен был принять это!]
— Бред какой-то!
Хрясь!
Чон Мёнхун, впитав до отказа направленную на него грозовую молнию, по совету Хонбома выпустил ее с помощью Техники Алого Грома.
[Господин Мёнхун, северный край тоже перекрыт, летим на запад!]
— Ладно!
Хонбом снова изменил курс корабля. А Внешнее Воплощение Души Старейшины на северном краю вновь собрало выпущенную Чон Мёнхуном красную грозовую молнию и создало из нее красный Столп. От красной тропы, тянувшейся с восточного края, к нему протянулся свет.
[Северная Четверка.]
Когда Старейшина, охранявший северный край, произнес заклинание, красная тропа с востока соединилась с северным Столпом. Он протянул руку, и от северного Столпа протянулась еще более яркая красная тропа, устремившись вслед за бегущим Чон Мёнхуном.
* * *
На западном краю было то же самое.
— Черт! Хонбом, восток, север и запад перекрыты!
Чон Мёнхун, выпустив грозовую молнию, закричал на Хонбома.
[Прошу прощения… Попробуем на юг, до самого Южного Края!]
— Не неси чушь! Там со стопроцентной вероятностью тоже будет засада! Нужно придумать другой способ побега…
Гр-рохот!
Как только Чон Мёнхун показал намерение свернуть в другую сторону, Гым Джинчан начал обстреливать его не Магией Сабельного Грома, а магией других атрибутов. Чон Мёнхун в ужасе закричал:
— Лети! Лети хоть куда-нибудь! Куда угодно!!
Корабль под управлением Хонбома направился на юг. Преследующий их Гым Джинчан кивнул Старейшине, охранявшему запад. Красная тропа, тянувшаяся с севера, достигла запада.
[Западная Четверка.]
На западном краю тоже возник красный Столп и вонзился в землю. И от него, вслед за Чон Мёнхуном, устремился красный луч света, несравнимо более мощный, чем прежде.
* * *
— Эй, Хонбом.
[Да, господин Мёнхун.]
— Там, сзади, за клоном моего наставника, еще что-то гонится?
Чон Мёнхун, охваченный дурным предчувствием, посмотрел на Хонбома. Прямо за их кораблем летело Внешнее Воплощение Души Гым Джинчана, а за ним тянулась красная «тропа», преследуя их.
Хонбом, мельком взглянув назад, сказал:
[Это Драконья Вена. Не волнуйтесь, для использования подобной магии требуется очень долгое время на подготовку. Если это не культиватор стадии Сачукки, к тому же очень искусный в управлении Драконьими Венами, он не сможет ничего сделать с ней за короткое время.]
— Н-но эта Драконья Вена преследует меня! Что происходит?!
[Эм-м, этого я и сам не знаю…]
— Черт! Меня же в пилюлю превратят! Сделай что-нибудь!!
Чон Мёнхун в ужасе кричал на Хонбома, но тот лишь невозмутимо управлял кораблем. Наконец, они достигли южного края Нверёндо. И лицо Чон Мёнхуна исказилось отчаянием. Там, на южном краю, их ждало основное тело его наставника, Гым Джинчана.
— Мёнхун, куда это ты так спешишь?
Не успел Чон Мёнхун ничего сказать, как в него ударил мощнейший удар молнии. Это был настоящий Столп Света. Чон Мёнхун, находясь в нем, из последних сил поглощал грозовую молнию, пока его не распирало, и снова выпускал ее с помощью Техники Алого Грома, едва держась.
— Зачем ты пытаешься сбежать из школы?
— Ес… тес… твен… но!..
Глаза Чон Мёнхуна налились кровью. Сколько раз он уже поглощал грозовую молнию и обращал ее в силу? Он уже был похож на духа молнии, сотканного из красных разрядов.
— Умирать… не хочется… вот и все!..
Гр-рохот!
Красная молния Чон Мёнхуна отбросила грозовую молнию Гым Джинчана. Тот протянул руку к красной молнии, и выпущенные Чон Мёнхуном разряды собрались в его ладони. Гым Джинчан, формируя из молнии Столп, спросил:
— Если бы мы не собирались тебя убивать, ты бы остался в секте?
На лице Гым Джинчана промелькнуло что-то вроде вины, но Чон Мёнхун, обезумев от ярости, закричал:
— Конечно же, я бы немедленно сбежал из этой паршивой секты! Последние десять лет! Меня здесь только унижали, презирали и считали бездарем! Даже если бы вы не собирались меня убивать, у меня нет ни малейшего желания оставаться в таком месте!..
Хрясь!
Чон Мёнхун, изрыгая проклятия, испускал красные грозовые молнии.
— Ни малейшего!!
В тот же миг красная тропа Драконьей Вены, следовавшая за Чон Мёнхуном, наконец достигла Гым Джинчана. Тот вонзил красный Столп в землю.
— …Южная Четверка.
Гу-у-у-у-у!
Чон Мёнхун вздрогнул. Воздух на Нверёндо изменился. По всему острову начали вспыхивать красные огни.
— …Хонбом, возвращайся в секту.
[Слушаюсь.]
По приказу Гым Джинчана Хонбом развернул корабль. Эта сцена была настолько естественной, что Чон Мёнхун в ужасе застыл.
— П-постой! Что ты делаешь, Хонбом!!
Вж-ж-жух!
Хонбом молча управлял кораблем, а Гым Джинчан со скоростью молнии оказался рядом с Чон Мёнхуном. Зрачки Чон Мёнхуна задрожали.
— Н-наставник!..
— …Мёнхун.
Гым Джинчан положил руку ему на плечо.
— Прости за все.
— …Что?
Гу-у-у-у-у!
Из земли бурлила красная Драконья Вена. Но это была не просто Драконья Вена. Это была грозовая молния. И особенно знакомая Чон Мёнхуну. Это была грозовая молния его собственной Техники Алого Грома!
— Ч-что это…
Чон Мёнхун, узнав свою собственную силу, был в полном замешательстве. Казалось, весь Нверёндо кипит его силой. Гым Джинчан виновато почесал щеку.
— Последние десять лет по всему Нверёндо велись земляные работы, — начал он объяснять.
* * *
Я сидел на Пике Отправления и ждал возвращения Чон Мёнхуна. Хон Сурён, управляя Великой Формацией Секты, собрала рассеянные по всему Нверёндо грозовые молнии Чон Мёнхуна и направила их к главному зданию Ордена. А на вершине Пика Громового Облака сам Пёкхо помогал в проведении ритуала. На время ритуала весь Орден Золотого Грома превратился в один гигантский алтарь.
— Вот же счастливчик ты, Чон Мёнхун. Ради тебя одного Верховный Глава Секты, все старшие и младшие ученики, все ученики секты десять лет вели земляные работы по всему Нверёндо, создавая формацию и готовя основу для твоего Ритуала Приношения Семи Звездам.
Сегодня был благоприятный момент для ритуала. Я посмотрел на ночное небо. Этот план был моей идеей. План, вдохновленный воспоминанием о том, как Чхонмун Рён собрал Драконьи Вены, чтобы вырастить плод долголетия.
«Феномен Небесной Рекомендации можно преодолеть только „своими силами“».
Но что входит в понятие «свои силы»? Если взять магический артефакт и выстрелить в небо, это будет считаться «своими силами»? А если я создам артефакт высшего класса, который можно использовать с магической силой 6-го уровня стадии Очищения Ци, это будет «своими силами»?
«Если учесть мой случай, случай Ким Ён и О Хёнсока…»
Просто использовать магический артефакт, чтобы пробить феномен, было нельзя. Ким Ён тоже «лично» управляла деревянными марионетками, чтобы преодолеть его. С помощью внешнего предмета, такого как магический артефакт, феномен не одолеть. Если бы это было возможно, Чхонмун Рён просто попросил бы своего друга, мастера магических артефактов Гонмё Чхонсэка, создать артефакт для меня. Суть в том, что для преодоления феномена требовалось вложить «свою волю и жизненную силу».
Поэтому и был разработан этот сложный и грандиозный план.
Гу-у-у-у-у!
За красной Драконьей Веной грозовые молнии, которые Чон Мёнхун разбрасывал по всему Нверёндо, постепенно усиливались, увеличивая его «собственную энергию». А высоко в небе его корабль прибыл на Пик Громового Облака.
«Нужно усилить собственную энергию Чон Мёнхуна с помощью Драконьей Вены, собрать ее на алтаре, а затем его собственной волей направить эту энергию в небо».
Тогда феномен будет прорван.
«Чтобы создать эту формацию, Пёкхо и бесчисленные Старейшины Ордена Золотого Грома десять лет копали по всему Нверёндо».
Роль формации заключалась в усилении энергии Чон Мёнхуна и помощи ему в управлении этой огромной силой.
«Потому что он сам бы ни за что не смог бы ее контролировать и направить».
Были задействованы все мастера формаций Ордена Золотого Грома. Ради одного него.
— Какая у всех воля… ради одного ученика, — пробормотал я, глядя на спускающегося на Пик Громового Облака Чон Мёнхуна.
Не знаю наверняка, но, скорее всего, и в той регрессии, где меня не было, Старейшины секты как-то мобилизовали все силы, чтобы помочь ему.
— Ради возрождения Золотого Бога Ян Суджина, обладателя Тела Золотого Грома, чего только не сделаешь, — сказала подошедшая ко мне Хон Сурён.
— Зачем вы пришли?
— Чтобы обеспечить тебе защиту, — сказала она, скрестив руки на груди. — Ты ведь собираешься прорваться на среднюю стадию Зарождения Души?
— …Вы догадались.
— Все увлечены Чон Мёнхуном, но я, как твой партнер по парной культивации, все-таки о тебе беспокоюсь. Будь благодарен и спокойно формируй Дух Ян.
— Спасибо.
* * *
— …Так вот в чем дело.
Выслушав объяснение Гым Джинчана, Чон Мёнхун наконец все понял.
«…Это не было безразличие».
— Иди сюда, Чон Мёнхун, — поманил его Пёкхо. На вершине Пика Громового Облака был воздвигнут алтарь для Ритуала Приношения Семи Звездам.
«Все это… ради меня…»
— Сейчас начнется Ритуал Приношения Семи Звездам. Какому созвездию будешь приносить дары?
— …Мой талант невелик.
«Они так долго готовились. Все они…»
— Я принесу дары… Семи Созвездиям Зеленого Владыки.
«Они думали обо мне».
Десять лет земляных работ. Грандиозный план, о котором не знал только сам Чон Мёнхун.
Ритуал начался. Чон Мёнхун принес дары Восточной Четверке, Семи Созвездиям Зеленого Владыки, символизирующим Восток и элемент Дерева. И вот, на этапе перед получением звездного света с небес…
Гу-у-у-у-у!
Небо затянуло грозовое облако. И в тот же миг красная Драконья Вена, раскинувшаяся по всему Нверёндо, устремилась к Пику Громового Облака.
План, придуманный Со Ынхёном, воплощенный в жизнь Старейшинами и мастерами формаций Ордена Золотого Грома и, наконец, завершенный всеми вместе. Метод, который ни Чхонмун Рён, ни Со Ынхён не могли бы применить в Водном мире, где не хватало духовной ци, но который был возможен в Кванханге, где ее было в избытке. Безумно собрать всю духовную ци Нверёндо, чтобы усилить магическую силу одного человека. Затем с помощью формации очистить ее, оставив в усиленной магической силе только чистую сущность, исходящую от «самого Чон Мёнхуна». После такого очищения оставалась лишь ничтожная, одна миллиардная часть от изначальной усиленной энергии. Но если масштаб усиливающей формации охватывал весь Нверёндо, то даже эта миллиардная часть легко превосходила уровень Накопления Ци!
Чон Мёнхун втянул в себя кипящую вокруг него «свою собственную» энергию, пропустил ее через свое тело и выпустил в небо.
Гр-рохот!
Его Техника Алого Грома не достигла небес. Сила иссякла на полпути. Но Чон Мёнхун без остановки втягивал в себя безграничную мощь, кипящую вокруг.
«Это… несравнимо с простым поглощением и преобразованием молнии в магическую силу!»
Потерь энергии при преобразовании почти не было! Чон Мёнхун, черпая бесконечную силу, продолжал метать грозовые молнии в небо. Угасающая мощь Техники Алого Грома бесконечно усиливалась, и красная молния начала медленно, постепенно подниматься к небесам.
И наконец, на краю Пика Громового Облака, Чон Мёнхун изо всех сил закричал:
— Небеса!!
Гр-р-рохот!
Красная молния, разорвав небесные облака, проложила путь между звездами и человеком. Чон Мёнхун, простерши руки к небу, принял Духовную Сущность Неба и Земли. Так он совершил Ритуал Приношения Семи Звездам и успешно достиг 7-го уровня стадии Очищения Ци.
* * *
Грохот, гр-рохот!
В одном из уголков Ордена Золотого Грома, пока все внимание было приковано к обладателю Тела Золотого Грома, Чон Мёнхуну, был еще один человек, пытавшийся прорваться на среднюю стадию Зарождения Души. Это был Со Ынхён.
Гр-рохот!
Небо затрепетало и обрушило на него двухцветную Небесную Кару. Со Ынхён с закрытыми глазами применил Технику Сабельного Грома.
Гу-у-у-у-у!
Начиная со стадии Зарождения Души, все культиваторы сталкиваются с Небесной Карой. При переходе от стадии Формирования Ядра к Зарождению Души – один разряд молнии. При переходе от начальной к средней стадии Зарождения Души – два. Двухцветная Небесная Кара ударила в тело Со Ынхёна, но он, защищенный грозовой молнией, остался невредим. Вторая Небесная Кара, еще более яростная, обрушилась на него.
Гр-рохот!
Со Ынхён принял и второй удар. Казалось, будто в него ударил Столп Света! Находясь в этом Столпе, Со Ынхён с закрытыми глазами погрузился в созерцание своего внутреннего мира.
* * *
Как я, такой бездарь, смог всего за десять лет освоить более девяти тысяч техник Ордена Золотого Грома? Отчасти благодаря проклятию, полученному от хозяина Знамени Небесного Грома, которое дало мне знание и талант к грозовой молнии. Но была и другая причина.
«Девять тысяч техник Ордена Золотого Грома изначально были единым целым».
По мере изучения техник я обнаружил, что среди устных формул есть «связующие» фрагменты. И когда я освоил около сорока техник до 2-го или 3-го уровня, я смог восстановить «исходный текст» этих связующих формул. Он был мне знаком. Поскольку я знал его раньше и понимал его смысл, я смог применить его к Технике Сабельного Грома и освоить все девять тысяч техник за такой короткий срок!
И исходный текст техник Ордена Золотого Грома был таков:
— Глава 1. Все существа рождаются свободными и равными в своем достоинстве и правах. Они наделены от небес разумом и чувствами и должны поступать в отношении друг друга в духе равенства.
— Глава 2. Каждое существо должно обладать всеми правами и свободами, провозглашенными настоящим ритуалом, без какого бы то ни было различия, как-то в отношении бытия, уровня, мировоззрения, сферы, происхождения, или иного положения в материальном мире, Преисподней, Царстве Бессмертных, на Планете Фрагментов или в любом ином статусе. Кроме того, не должно проводиться никакого различия на основе судьбы или истории, подвластно ли существо высшим силам, на основе его судьбоносного, божественного или иерархического положения.
— Глава 3. Каждое существо имеет право на жизнь, на свободу судьбы и на личную неприкосновенность.
— Глава 4…
Это было не столько «устной формулой», сколько своего рода ритуальным текстом, читаемым во время церемонии. И я знал его первоисточник.
«Всеобщая декларация прав человека…»
Это была Всеобщая декларация прав человека, которую я видел на Земле, только слова были заменены на подходящие для этого мира, а языку была придана магическая сила, чтобы предложения обрели «мощь». Такова была формула, которая открывалась после изучения всех техник Ордена Золотого Грома.
Т-треск!
Я мысленно произнес все двадцать девять глав, управляя своей магической силой в соответствии с заложенной в них магической мощью. Именно потому, что я уже знал Всеобщую декларацию прав человека и благодаря проклятию понимал законы грозовой молнии, мне и удалось освоить все девять тысяч техник за десять лет.
«Так значит, Ян Суджин действительно из того же мира, что и я?»
Теперь я был уверен. Ян Суджин, Завершающие Судьбу – все они были с Земли.
Т-треск!
Произнеся все двадцать девять глав, я почувствовал, как сила грозовой молнии достигла предела. И в тот же миг…
Бах!
Достигшая предела сила грозовой молнии отбросила давящую на меня Небесную Кару! Одновременно с этим застоявшаяся практика хлынула неудержимым потоком. Моя Зарождающаяся Душа, имевшая легкий голубой оттенок – Иньский Дух, – раскололась пополам, и одна из половин начала окрашиваться в красный цвет. От межбровья пошла линия, разделившая область Иньского Духа и другого изначального духа – Духа Ян. Наконец-то я успешно создал Дух Инь-Ян.
Но я стиснул зубы, готовясь к последствиям. Устная формула, созданная из объединения девяти тысяч техник Ордена, действительно на мгновение максимизировала мощь Небесной Кары, что и позволило мне усилить громовую ци в теле и достичь средней стадии Зарождения Души. Но после того, как Небесная Кара достигла своего пика…
П-ш-ш-ш…
Окружавшая меня грозовая молния начала тускнеть. Сила грозовой молнии, наполнявшая мой даньтянь, стала расплываться и рассеялась, став бесцветной. Вскоре я вернулся в то же состояние, что и до изучения Техники Сабельного Грома. «Сила» в моем даньтяне все еще соответствовала средней стадии Зарождения Души. Практика, накопленная с помощью Техники Сабельного Грома, тоже осталась. Но после произнесения объединенной формулы, атрибут грома Техники Сабельного Грома полностью исчез, став без атрибута.
Да. Я объединил все техники Ордена Золотого Грома и с помощью этой силы достиг средней стадии Зарождения Души. Но техника, созданная этим объединением, больше не могла называться техникой Ордена Золотого Грома.
— Поздравляю с достижением средней стадии Зарождения Души, — с сожалением цокнула языком Хон Сурён. — Но… выбрать такую нелепую формулу, которая полностью лишает преимуществ Техники Сабельного Грома и превращает ее в обычную духовную ци… Зачем? Чон Мёнхун успешно прошел ритуал, и как только он достигнет стадии Зарождения Души, он сможет решить проблему дисгармонии техник…
— Ну, практика-то никуда не делась, — беззаботно рассмеялся я. — Раз уж так вышло, буду дальше исследовать эту безымянную формулу.
— А что там исследовать? Теперь понятно, почему прошлые главы секты скрывали ее. Потому что это дурацкая техника, которая просто лишает способности управлять грозовой молнией.
— Ну, это так, но…
— Что «но», дурак! Ладно, я пойду поздравлю Чон Мёнхуна, а ты сиди тут и думай, правильно ли поступил.
Хон Сурён, явно недовольная тем, что я лишился Техники Сабельного Грома, улетела в сторону Пика Громового Облака, где был Чон Мёнхун. А я, оставшись сидеть, погрузился в глубокое постижение этой безымянной формулы.
«Со стопроцентной вероятностью эту формулу оставил Ян Суджин».
К тому же она основана на Всеобщей декларации прав человека. В ней определенно что-то есть. Для меня, уже дважды столкнувшегося с подготовкой Ян Суджина, изучение этой формулы было не выбором, а необходимостью.
Я снова с самого начала применил эту безымянную формулу, лишенную всяких атрибутов.
«Хм, никаких изменений».
Но использование магической силы без атрибута ничего не меняло. Даже скорость накопления магической силы была удручающе медленной.
«Эта формула… это вообще техника?»
И в тот момент, когда я, размышляя об этом, произнес последнюю, двадцать девятую главу, я почувствовал что-то странное.
«Всеобщая декларация прав человека состоит из тридцати статей…»
Безымянная формула, скопированная со Всеобщей декларации, где первая статья стала первой главой, имела только двадцать девять глав. Я мысленно вспомнил последнюю статью.
— Ничто в настоящей Декларации не может быть истолковано как предоставление какому-либо государству, группе лиц или отдельным лицам права заниматься какой-либо деятельностью или совершать действия, направленные к уничтожению прав и свобод, изложенных в настоящей Декларации.
Одним словом, статья, запрещающая злонамеренное толкование Декларации. И как только я вспомнил ее…
У-у-у-у-у!
…!
Одновременно с моей ментальной проекцией, безымянная формула внезапно пришла в движение.
«Ч-что это…!»
Я пытался что-то сделать, но она не поддавалась. Магическая сила без атрибута хлынула бурным потоком, заполняя все тело. Затем она потекла в мой верхний даньтянь, оттуда в средний, а из среднего – в нижний. Она бешено устремилась в Зарождающуюся Душу внутри моего Золотого Ядра.
И в этот момент…
Па-а-а-а-а-ах!
Я вдруг понял, что попал в странное пространство.
«Это место…»
Тьма. Глубокая, непроглядная тьма. И холод. Ощущение было похоже на то, что я испытал на нижнем ярусе Бонмёнчжу, когда встретил [его]. Я напряженно огляделся.
— Потомок?
«!..»
Я почувствовал, что кто-то прямо передо мной говорит со мной своим голосом.
— Вы!..
Я хотел было посмотреть вперед, но вздрогнул, опустил взгляд и осторожно спросил:
— Вы… Золотой Бог?
— Да. Я спросил, потомок ли ты.
— Да… я вступил в Орден Золотого Грома…
— Сюда не может войти никто, кроме Завершающего Судьбу. Хватит притворяться.
Я осторожно спросил у существа, которое должно было быть передо мной, у Золотого Бога Ян Суджина:
— Устная формула, которая появляется после объединения всех техник Ордена Золотого Грома… это…
— Да, то, что тебе знакомо.
«…»
— Но важно не это. Не хочешь ли ты услышать, почему я попросил Владыку Преисподней создать для потомков место на самом дне Преисподней, куда не проникает [Свет], и оставил здесь свою посмертную мысль?
Я напрягся.
— Прежде чем мы начнем, я должен предупредить тебя об одном.
Так началась моя беседа с Основателем Ордена Золотого Грома. С тем, кто отнял Знамя Небесного Грома у его хозяина. С существом, вызвавшим бесчисленные бури, – с Золотым Богом Ян Суджином.
— Остерегайся [Света]. Он, по воле Императора, находится рядом с тобой – всегда, везде, в любой форме. Он окружает тебя так, как ты даже не можешь себе представить.