Глава 99. Я сказал тебе встать на колени, значит, встанешь
Едва Ван Тао швырнул «Согласие на операцию» в Цинь Цзяна, как Чжэн Юйсю поспешно подбежала, подняла его и принялась извиняться.
— Простите, доктор, простите! У Ван Тао такой паршивый характер, не обращайте на него внимания!
— Доктор, я подпишу! И медицинские расходы сына я тоже все оплачу!
Чжэн Юйсю уже собиралась поставить свою подпись, как Ван Тао грубо оттолкнул её. Она упала, а он схватил «Согласие» и разорвал его в клочья.
— Что ты подписываешь, дура расточительная?!
— Операцию ему уже сделали! Если не подпишем, ни копейки платить не придётся! И клиника ещё будет обязана заботиться о нашем сыночке, кормить и поить! А если какие-то осложнения будут, я с них три шкуры сдеру!
— А если ты подпишешь, нам не только платить придётся, но и за все последствия отвечать самим! Поняла?
Слова Ван Тао вызвали бурю негодования в чате.
---
【Имя】: Твою мать, до чего же наглый мужик! Он же в открытую пытается кинуть доктора Циня!
【Имя】: Вот это я понимаю, открыл глаза на мир. Никогда бы не подумал, что кто-то будет пытаться не платить за операцию!
【Имя】: Я медсестра, и могу сказать, что то, что вы видите, — это ещё цветочки. Многие, казалось бы, бесчеловечные правила в больницах написаны кровью и слезами.
【Имя】: Я работаю в педиатрии. У нас в больнице есть правило: если родственник просит тебя подержать ребёнка, ты должен ущипнуть его, чтобы убедиться, что он заплачет, что он живой.
Многие зрители не понимали, почему некоторые правила в больницах кажутся такими жестокими. Так же, как поначалу они не понимали, почему Цинь Цзян требует сначала оплату, а потом лечит.
На самом деле, причина была проста: защита от таких негодяев, как Ван Тао.
Увидев, что Ван Тао толкнул Чжэн Юйсю, Цзян Лу и её друзья не выдержали и бросились на него с обвинениями.
— Да как вы можете! Доктор Цинь столько сил потратил, чтобы спасти Ван Ху, а вы ещё и пытаетесь его обмануть!
— Да! Здесь ведётся прямая трансляция, всё записывается! Думаете, раз не подписали, то и ответственности никакой?
Но Ван Тао было плевать на обвинения. Он привык к безнаказанности. Эти студентики всё равно не посмеют его тронуть, чего ему бояться?
И в этот момент наконец заговорил Цинь Цзян.
— А ты, я смотрю, очень дерзкий.
Все остолбенели. Даже Лю Янь вытаращила на него глаза. За всё время трансляций Цинь Цзян всегда был спокойным и прямолинейным врачом ТКМ. Никогда ещё он не был таким грозным.
Ван Тао тоже завёлся. Он с презрением посмотрел на Цинь Цзяна.
— Да, я дерзкий. И что ты мне сделаешь?
— Что, ты, врач, посмеешь ударить меня на глазах у всех?
— Давай, ударь! Я даже сдачи не дам. Посмотрим, хватит ли у тебя денег, чтобы расплатиться.
«Твою мать, как же он бесит!»
Зрители впервые столкнулись с таким отпетым негодяем. Настоящий упрямый баран: и бить его нельзя, и не бить — тоже. Чувства у зрителей были смешанные. С одной стороны, они хотели, чтобы Цинь Цзян хорошенько проучил Ван Тао, а с другой — боялись, что он наживёт себе проблем.
Пока все гадали, как поступит Цинь Цзян, тот усмехнулся.
— Я врач. Зачем мне тебя бить?
— Я всего лишь заставлю тебя на коленях молить о прощении, а потом подписать это «Согласие на операцию».
Ван Тао расхохотался, словно услышал самую смешную шутку в мире.
— Ты что, не проснулся? Я буду на коленях тебя молить? Да это ты скорее передо мной на колени встанешь!
Цинь Цзян сел на стул и ровным тоном произнёс:
— В последнее время у вас часто болит голова, зрение стало нечётким, иногда вдруг резко темнеет в глазах, словно вы ослепли?
Лицо Ван Тао изменилось.
— Откуда ты знаешь?
Цинь Цзян не ответил, а продолжил:
— В последнее время постоянно хочется пить, пьёте много воды, а потом часто бегаете в туалет, каждые полчаса?
Ван Тао вытаращил глаза и посмотрел на Цинь Цзяна, как на призрака.
— Ты... откуда ты всё это знаешь?
Цинь Цзян налил себе чашку живительного отвара и, попивая, невозмутимо сказал:
— Все мы люди. Кто может быть уверен, что никогда в жизни не заболеет?
— В древние времена, во время войн, даже самые жестокие полководцы не смели убивать врачей. Знаете почему?
— Потому что врач может вылечить твою болезнь и продлить тебе жизнь на несколько лет.
— А вот вам с вашей болезнью, по-моему, осталось жить не больше трёх месяцев.
*Бум.*
Не успел Цинь Цзян договорить, как Ван Тао рухнул на колени и, не говоря ни слова, трижды отбил ему земной поклон.
— Гениальный врач! Я был неправ, я вас недооценил!
— Гениальный врач, считайте, что я нёс бред! Проявите великодушие, вылечите меня, пожалуйста!
Ван Тао и вправду был наглецом. Но это не означало, что он не боялся смерти! Все симптомы, которые описал Цинь Цзян, у него были. И самое главное, он уже ходил в больницу, но обследование не показало ничего серьёзного. А теперь, услышав, что ему осталось жить всего три месяца, он не на шутку перепугался.
Увидев, как Ван Тао на коленях молит о пощаде, зрители в чате ликовали.
【Имя】: А где же твоя дерзость? Что ж ты на колени-то встал?
【Имя】: Так, так, так. Значит, ты решил больной прийти и наехать на доктора Циня? Ну ты смельчак!
【Имя】: Насколько был дерзким, настолько же стал униженным. Жизнь и смерть — всё в руках доктора Циня.
Остальные тоже не ожидали, что Цинь Цзян всего несколькими фразами сможет так усмирить Ван Тао. Они смотрели на него с нескрываемым восхищением.
— Хотите, чтобы я вас вылечил? — ровным тоном сказал Цинь Цзян. — Не вопрос. Сначала признайте свою вину.
— При... признать вину? — растерялся Ван Тао. — Но я же ничего плохого не сделал. В чём мне признаваться?
— Уверены, что ничего не сделали? — усмехнулся Цинь Цзян. — Тогда я спрошу вас: откуда у неё эти синяки?
Цинь Цзян указал на Чжэн Юйсю, и Ван Тао побледнел.
Цзян Лу, словно что-то поняв, тут же подбежала к Чжэн Юйсю и задрала ей рукав.
Вся рука женщины была в синяках, а кое-где виднелись даже следы от ожогов сигаретой!
Вот же скотина!
Зрители в чате взорвались от гнева, осыпая Ван Тао проклятиями!
Оказалось, что он не просто наглец, а ещё и домашний тиран!
Глаза Чжэн Юйсю наполнились слезами. Столько лет... если бы не сын, она бы давно развелась с Ван Тао. Как она могла терпеть эти нечеловеческие муки?