Глава 92. Да это похлеще любой пытки!
Услышав слова Цинь Цзяна, зрители в чате покатились со смеху.
---
【Имя】: Болезнь, которую можно подцепить только в результате «бурной активности с повреждением тканей»... Ну и силён этот парень!
【Имя】: Я сейчас погуглил картинки этой болезни. Чуть не сдох от отвращения.
【Имя】: Я тоже по глупости полез гуглить. Меня от вчерашнего ужина стошнило.
【Имя】: А ну-ка, кто гуглил, расскажите, как оно выглядит?
【Имя】: Вы когда-нибудь покупали сырую говядину в нарезке? Такие красно-белые ломтики. Вот так оно и выглядит.
Цинь Цзян не знал, что любопытные зрители уже вовсю ищут в интернете картинки, «улучшающие аппетит».
Он тем временем выписывал рецепт и продолжал:
— Лечится эта болезнь довольно легко, достаточно укрепить иммунитет. Проблема в том, что у неё долгий инкубационный период, и на ранней стадии заражения никаких симптомов нет.
— Я выпишу вам несколько курсов травяного отвара. Принимайте их дома. И пока не закончите лечение, с женой вместе не спите.
Тан Пин горько усмехнулся.
«После таких-то слов, какой у него вообще может быть шанс спать с Чжу Хун в одной постели?»
И действительно, в следующую секунду Чжу Хун со всей силы влепила ему пощёчину.
Лицо её побагровело от гнева.
— Ах ты, Тан Пин! С виду такой честный и порядочный, а за спиной у меня такие дела творишь!
— Говори! Кто она?! Когда вы успели снюхаться?!
Видя, как взбешена жена, Тан Пин поспешил оправдаться:
— Дорогая, это всё случайность!
— В прошлом месяце я же ездил в командировку, встречался с клиентом. Мы оба перебрали, и в ту ночь... Это всё вышло случайно, правда! Я вообще ничего не помню!
Цинь Цзян вышел из аптеки с приготовленным отваром Бачжэнь и поставил его на стол. Услышав жалкие оправдания Тан Пина, прямолинейный по натуре доктор не смог смолчать.
— Пьяный мужчина физически ни на что не способен. Будь он хоть сам Нефритовый император, реакции не будет.
— Поэтому, если у вас была связь с другой женщиной, значит, в тот момент вы были в сознании.
Эти слова подлили масла в огонь. Чжу Хун тут же набросилась на Тан Пина с кулаками, крича, что больше не будет с ним жить.
Тан Пин хотел было позвать на помощь родителей, но те встали на сторону правды, а не на сторону сына, и тоже были готовы его поколотить.
Цинь Цзян поспешил вмешаться.
Шутка ли, старику только что сделали операцию на мозге! Если он сейчас разволнуется и у него разойдутся швы, отвечать придётся ему.
К счастью, Чжу Хун быстро пришла в себя.
— Сегодня отцу и Гого сделали операции, — стиснув зубы, сказала она. — Я не буду с тобой сейчас разбираться.
— Пойдём домой. Дома я с тобой посчитаюсь!
Чжу Хун всё-таки понимала, что не стоит выносить сор из избы. Вот это хорошая жена.
Глядя, как уходит вся семья из пяти человек, зрители вздыхали.
【Имя】: Ну и семейка! У каждого своя болячка, и все такие опасные.
【Имя】: Но больше всех я восхищаюсь пацаном! Проглотить швейную иглу — это надо иметь стальные... нервы.
【Имя】: А вот тут не соглашусь! А дед с ножом в голове? Он что, хвастался этим?
Когда семья ушла, Цинь Цзян наконец смог сесть на стул и перевести дух. Две операции подряд отняли у него немало сил.
Он как раз собирался заварить себе чаю, как в клинику вошли несколько полицейских и медсестёр, неся на носилках человека.
При виде этой процессии все оживились.
«Внушительная делегация! Неужели на носилках какая-то важная шишка?»
Цинь Цзян поспешно встал.
— Товарищи полицейские, что случилось?
— Это задержанный нами подозреваемый, Тянь Ван, — ответил пожилой полицейский Чан Шоушань. — Как только доставили его в участок, он потерял сознание. Как ни пытались, разбудить не можем.
Цинь Цзян удивлённо поднял бровь.
— А в больницу не возили?
— Возили, — пояснил Чан Шоушань. — Врачи его обследовали, сказали, что он в полном порядке, никаких проблем. Но разбудить его не могут, никакой реакции.
— Бывает же такое. А он не притворяется?
— Поначалу мы тоже думали, что притворяется, — с горькой усмешкой ответил Чан Шоушань. — Но потом поняли, что, какие бы методы мы ни применяли, он совершенно не реагирует.
— Доктор Цинь, если не верите, можете сами попробовать.
Такой загадочный случай, естественно, заинтересовал Цинь Цзяна.
Сначала он приподнял веки Тянь Вана. Судя по реакции зрачков на свет, тот действительно был без сознания. Но когда Цинь Цзян прощупал его пульс, он понял, что Тянь Ван на самом деле в сознании. Пульс бодрствующего и находящегося в обмороке человека отличается.
Цинь Цзян похлопал Тянь Вана по щеке.
— Господин Тянь, проснитесь, пожалуйста. Вы уже в больнице, нет нужды притворяться.
— Даже если вы будете симулировать, от правосудия вам не уйти. Какой приговор вынесут, такой и будет.
Обычно человек, находящийся в сознании, реагирует на внешние раздражители. Вот, например, сейчас Цинь Цзян хлопал Тянь Вана по лицу. Обычный человек, даже если бы пытался сдержаться, всё равно невольно бы дёрнулся или напряг мышцы, ведь он не знает, в какой момент и куда придётся удар.
Но, к удивлению Цинь Цзяна, когда его ладонь опускалась на лицо Тянь Вана, тот не выказывал абсолютно никакой реакции!
Это поразило его.
Тянь Ван был в сознании. Как ему удавалось подавлять инстинктивные рефлексы?
— Доктор Цинь, мы уже пробовали разные способы его разбудить, — сказал стоявший рядом Чан Шоушань. — Ничего не помогает.
— Пожалуйста, посмотрите его повнимательнее, что с ним такое?
Интерес Цинь Цзяна разгорелся ещё сильнее. Он протянул руку и с силой сдавил точку на носогубной складке Тянь Вана. Это очень болезненная точка, и вытерпеть такое давление мог далеко не каждый.
Но, как бы сильно ни давил Цинь Цзян, Тянь Ван по-прежнему не реагировал!
Зрители в чате изумлённо ахали.
【Имя】: Вот это мужик! Неужели можно так правдоподобно притворяться?
【Имя】: Мне кажется, это уже не просто симуляция. У него, наверное, что-то с болевыми рецепторами, вот он и не реагирует.
【Имя】: Невозможно разбудить того, кто притворяется спящим.
【Имя】: А может, он не притворяется, а и вправду болен?
Зрители наперебой строили догадки и предлагали свои решения. Кто-то советовал ущипнуть его, кто-то — применить иглоукалывание.
Но Цинь Цзян не собирался прибегать к таким методам. Он — врач, а не тюремный палач. Не будет же он устраивать допрос с пристрастием.
Подумав, он спросил у Чан Шоушаня:
— Как долго он уже в отключке?
— Целый день, — поспешно ответил тот. — Ни ест, ни пьёт, мы уже беспокоимся.
Цинь Цзян усмехнулся.
— Еда и питьё — это второстепенно. Если человек сутки не мочится, у него же мочевой пузырь лопнуть может.
— Вот что. Положите его на кушетку. Я сейчас принесу мочевой катетер, сначала вставлю его, чтобы помочь опорожниться.
*Цссс!*
Зрители ахнули.
«Вставить катетер?»
«Да это же похлеще любой пытки!»